Сергей Ромашов – Потомок Рода (страница 13)

Этот плешивый дед сам меня сюда и завел, а теперь ломает комедию. Он такой же лесник, как я космонавт. В современном мире лесом давно заведуют специализированные муниципальные предприятия – это всем известно. У них там и форма соответствующая, и техника на вооружении приличная, и сотрудники помоложе – уж точно не такие вот сомнительные деды со старорусским говором работают. Опять же, избушка эта, утварь древняя, словно старик – завсегдатай реконструкторских фестивалей. Алатырь с руной он хочет, вот из-за чего весь сыр-бор.

Во мне боролись чувства: нетерпение сбежать из этого лесного балагана и осторожность. Интуиция кричала, что дед не отпустит меня просто так, даже получив камень. А сердце чуяло, что передо мной не тот, кому стоит доверить алатырь. Кто же этот старик и как он так быстро меня выследил? Ведь я получил артефакт буквально этим утром.

– Да без проблем, – с деланой беспечностью бросил я. – Только вы меня сначала выведите отсюда. А там посмотрим, найдется ли у меня что-нибудь подходящее. С фестиваля реконструкторского еду, сувениров в рюкзаке навалом.

Старик скривился в недоброй усмешке, обнажив неестественно белоснежные зубы.

– Так тому и быть. Идем.

Он поднялся с лавки, опираясь на корявую палку, и вышел из избушки. Я последовал за ним, жадно вглядываясь в окружающий лес. Мой проводник уверенно направился к березовой рощице, что манила белыми стволами на краю поляны. Солнечный свет и белизна деревьев усыпляли бдительность, внушали обманчивое чувство безопасности. Ловушка на дурака, что ж, не расслабляемся. Старик напевал себе под нос какую-то тягучую мелодию, будто баюкая заплутавшего путника. Чем глубже мы заходили в лес, тем призрачнее становился свет. Деревья высились вокруг, как гигантские чудовища, наблюдавшие за каждым нашим шагом. Корявые стволы были изуродованы причудливыми наростами, напоминающими зловещие лица и скрюченные фигуры. Лес с каждой минутой становился все гуще и мрачнее. Солнце уже едва пробивалось сквозь плотную листву, и каждый шорох, каждый треск веток отдавался в голове неприятным, зловещим эхом. Внутри крепло ощущение, что меня ведут на убой.

– Что-то дороги не видно, и лес пошел совсем дремучий. Туда ли мы идем? – спросил я, не надеясь на честный ответ.

– Так тропка вона где ведет, не шугайся, выведу. Придумал, что подаришь? – проскрипел старик, не оборачиваясь.

Я резко остановился, почувствовав, как камень в кармане завибрировал, отзываясь теплом в бедре. Сунул руку в карман и вздрогнул, нащупав алатырь. Артефакт раскалился. Проводник тоже замер, медленно обернулся ко мне, и в его глазах вспыхнули зеленые огоньки. Ну все, представление окончено.

– Почтенный, мы оба знаем, что тебе нужно. Да и кто ты такой, я, кажется, догадываюсь. Леший, – обличающе произнес я, мысленно перебрав все, что знал о существах из славянской мифологии.

– Приятно видеть образованного молодца, нынче это редкость, – растянулся в зловещей ухмылке старик, обнажив почерневшие гнилушки вместо белоснежных зубов. – Токмо, не леший, а лешак боровой. Вот и славно, что докумекал как и чаво. Давай руну и ступай себе с миром.

– Не так быстро, старик. У меня тут вопросики назрели, если позволишь, – бросил я, разворачиваясь к лешаку вполоборота и готовясь к нападению.

Как ни странно, панического ужаса не было и в помине. Этот лесной дед, безусловно, представлял собой опасность, и я оценивал его как серьезного, возможно, чересчур сильного противника. Лешаки ведь, по сути, духи. В большинстве культур найдется немало преданий о мифических существах, обитающих в лесах. Они могут принимать разные обличья, заманивать путника в чащу и бросать на съедение зверью, измором брать. Как справиться с таким врагом физически – ума не приложу. С другой стороны, не припомню историй, чтобы лешаки кого-то голыми руками рвали на части. Если так, то лично он меня не тронет, максимум корягу под ноги бросит или хищников натравит. А в Задельненском бору какие хищники, лисицы небось да ежи. Или все, что я знаю о духах леса, – брехня? Сейчас и выясним.

– Ладно, спрашивай три раза, – подумав, разрешил боровой.

– Прямо как в сказке, – проворчал я и чуть было не спросил, почему только три, но вовремя сообразил, что потрачу вопрос впустую.

Видимо, число три – сакральное для лешака. Логично. Триглав – бог триединства в славянской мифологии. Он символизирует творение, сохранение и разрушение, а еще взирает одновременно на три мира: Явь – наш материальный мир, Навь – потустороннее царство мертвых и обитель темных божеств, и Правь – мир светлых богов. Поэтому мне позволено задать только три вопроса. Черт, да у меня их в черепной коробке роится столько, что она вот-вот треснет. Первый вопрос подсказал сам камень, что словно раскаленный уголь жег карман.

– Что вообще такое этот ваш алатырь с руной?

– Эк ты бестолочь! Видать, вконец отчаялся Перун, коли таких гонцов шлет неразумных. Алатырь твой есть камень, начало и конец всего сущего и не сущего, око Рода. Перун поставил на нем свою печать, сиречь нашептал тайны сокровенные. А ты – гонец его. Судьба твоя отныне руну жрецу Перуна отнести, на службу его призвать. В тебе же кровь слуг перуновых течет, отчего вещей простых не разумеешь? – выразил недоумение боровой, покачиваясь из стороны в сторону, словно деревце на ветру.

На небе, чей кусочек едва проглядывал сквозь темную крону, тем временем сгущались тучи. В спертом воздухе чувствовалось приближение грозы. Я вытер выступивший на лбу пот и быстро обдумал слова лешака. Выходит, руна – это одновременно и божественная флешка с полезной информацией, и символ особого статуса – посланника Перуна на Земле, что-то вроде патриарха у православных или Папы Римского у католиков, насколько я понял. А еще у меня, оказывается, необычная родословная, кровушка непростая. Интересно, по чьей линии такое наследство привалило? И где искать этого избранного? У лешака я спрашивать об этом, конечно, не стану. Откуда ему знать, сидя в своей лесной глуши? Важно другое – как он вышел на меня так быстро? Ну, зашел я за сосенку на мгновенье, и что? Мало ли таких? Не слышал, чтобы люди повально пропадали из-за этого в лесах. Тут в день десятки человек останавливаются облегчиться. Если бы лешак всех губил, давно бы шум на всю область подняли, прочесали бор и спокойной жизни ему не дали.

– Как вы, глубокоуважаемый боровой, обо мне узнали? Я же гонцом, как вы сказали, трудоустроился считай утром. У вас в лесу остановился совершенно случайно, а вы меня мигом в оборот взяли, – задал я второй вопрос, обшаривая взглядом местность в поисках путей к отступлению.

Впрочем, бежать было глупо. Лес его владения, все равно никуда не денусь. Кричать «Ау!» бесполезно, никто не услышит, телефон в машине, в полицию не позвонить. Надо договариваться. Лешак тем временем менялся. Все меньше человеческого в нем оставалось. Теперь на меня смотрело высокое, под два метра ростом, существо с бородой из мха, волосами из тонких веточек и толстой, как древесная кора, кожей. Хотя, нет, его кожа и была древесной корой, по которой сновали насекомые, забираясь в трещинки. На волосы-веточки сверху слетела бойкая синичка, постучала клювом и выхватила гусеницу. Глаза борового окончательно превратились в два пылающих изумрудным огнем угля. Зрелище не для слабонервных, признаюсь. Особого сюрреализма придавала человеческая одежда, которая натянулась на теле древесного гиганта, затрещала по швам и местами лопнула. Врут нам в кино, где люди, превращаясь во всяких здоровенных тварей и обратно, остаются в рубашках и штанах, будто те изготовлены из сверхпрочной резины. В жизни все иначе. Будет потом лешак сидеть на пеньке с иголкой и штопать свои портки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.