Сергей Романов – Пробуждение Севера. Хроники Эрегеоса, книга первая (страница 8)

– Что стоите?! Кого ждёте? Стреляйте по этой твари! – в первую очередь приглашение контрабандиста было адресовано арбалетчикам. Те, выйдя из ступора, зарядили по болту, оперев арбалет на палубу, и пустили их в змея. Один из снарядов успешно настиг свою цель, но чудище будто этого даже не заметило и взяло курс прямо на корабль авантюристов во главе с эльфом-неудачником. Сдался мне этот меч, – подумал Этно, – взглянув на клинок, он, недолго думая, кинул его в противоположную от движения их корабля сторону. Змей, каким-то образом почуяв это, сменил курс и отправился за клинком, погружаясь в водные глубины вслед за ним.

– Этно! Что ты наделал?! – Эйфлир подошёл к старому другу, взгляд его был необычно суров. – Мы обязаны были вернуть этот меч! Что же теперь мы будем делать? – Ворлиф взглянул на друга-мага, потом проследил за исчезающим в толщах воды хвостом змея, будто опасаясь, что тот его подслушает, после чего обернулся ко всей своей команде и произнёс:

– Я знаю, это не самый лучший поступок, но мы бы ничего не сделали этой твари – Этно помрачнел, команда подступилась ближе к эльфу и его другу, слушая разговор.

– Но что же нам теперь делать? Какие у нас теперь планы? – Маг взволнованно смотрел на напарника.

– У нас есть два варианта, господа. Мы можем забыть обо всём этом и жить дальше, как обычные наёмники и искатели приключений, либо же нам нужно найти того варвара и помочь ему вернуть этот клинок…. Как? Я не знаю… – Этно вспомнил последние наставления дворфа-банкира:

«Зная тебя, ты наверняка либо продашь этот меч вновь, либо потеряешь, либо ещё чёрт знает что может случиться. Ты же Этно, мой вечный должник, три просроченных платежа, два незакрытых долга на предпринимательство, да и сейчас меня своей находкой убить хотел! Ха! Да дружище! Так вот! Запомни! Что хранитель всегда найдёт свой клинок, всегда! Он чувствует его, так как ты чуешь запах вкусной еды, или доброго эля! Ну насколько это правда я не знаю… Дед говорил. Байка наверное. Ты ведь всё равно не потеряешь ничего ведь так?!»

– Дружище, если даже ты предлагаешь помочь северянину найти этот клинок, то ситуация хуже некуда. Рыцарские поступки тебе не свойственны, мне кажется, сейчас и впрямь не получится пустить эту ситуацию на самотёк – Его размышления прервал Эйфлир.

– Да, ты прав, – Этно осмотрел членов команды и сказал: – знаю, вы все наёмники, поэтому тех, кто не захочет двигаться с нами, поскольку мне вам нечем платить, вы можете, как только мы доберёмся до ближайшего порта северян, сразу же взять корабль, вернуться в Нордлиф и продать его, поделив прибыль. Итак, кто пойдёт со мной и Эйфлиром спасать этот мир от катастрофы?

Наёмники в первые несколько мгновений нервно переглянулись, затем вышел вперёд арбалетчик:

– Сэр! Извините меня, конечно, но мы с другом ни разу не убегали не из одной битвы, что мы прошли за 10 лет службы в Робаудской империи, а благодаря вам, похоже будет, что детям рассказать, – солдат улыбнулся: стали видны его повреждённые зубы, многие из которых отсутствовали, что являлось прекрасным дополнением к истесанному шрамами лицу и благородно-седым волосам ветерана. Этно благодарно кивнул бойцу.

– А вы? – Контрабандист смотрел на оставшихся наёмных мечей, – мечники нордлифов переглянулись, кивнули и один сказал:

– Честно, увидев этого змея, я и мой брат немного переосмыслили свои взгляды на наёмничество, мы лучше вернёмся к нашей маме, будем помогать ей выращивать снежные цветы. – Второй эльф смущённо потупился. Этно улыбнулся и сказал – Надеюсь, цена этого корыта поможет вашей матери расширить свою лавку.

– Как вернётесь, обязательно заходите к нам! Первый цветок всем вам бесплатно! – выпалил второй эльф, вся команда дружно залилась хохотом, после чего Этно произнёс: – А теперь вперёд, проложим курс к ближайшему порту.

После слов Этно команда разошлась по корпусу корабля, а контрабандист пошёл смотреть на карты, чтобы проложить самый оптимальный маршрут.

Перевал Смерторуба – это название как нельзя лучше описывало ущелье к северо-востоку от Йоркра: завывающий холодный ветер пел свою жуткую песнь меж двух каменных исполинов, подножья которого были усыпаны костями, черепами и иными различными следами битв. Вход в ущелье был украшен копьями с насаженными на них черепами сородичей Крольма. Око всеотца с трудом освещало проход меж гор и его обитателей.

– Будет явно нелегко… – Крольм выдохнул, глядя на вход в ущелье. Скирдар стоял рядом, Йорвальд сидел сзади на каменной глыбе и монотонно точил топор, после нескольких проходов точильного камня по острию лезвия топора он, наконец, произнёс:

– Не знаю, кто там живёт, но удар этого топора ещё не пережил не один из тех, кого встречал, а эти твари вряд ли сильнее морских змеев, которых мы ловили пару сотен лет тому назад вместе с Скирдаром, – да, дружище? – Секироносец широко улыбнулся своему побратиму, следопыт кивнул. В те времена были «весёлые» деньки, но сейчас приятно их вспоминать, особенно в интерпретации племенных скальдов племён Норденскольма, от рассказов которых буквально пылала душа и согревалось тело морозными вечерами.

– Мы пройдем туда, кто бы там не был, нас не остановить, мы не можем тратить время на всяких чудищ, тем более, играть в их игры. Держитесь ближе! Против нашего отряда у них нет шансов – Крольм снял со спины свой круглый щит и, достав меч, аккуратно направился ко входу. За хранителем двинулся Йорвальд, схватив свою двуручную секиру в обе руки, вслед отправился Скирдар, держа правую руку на стрелах, а левой крепко сжимая свой лук, – эльф же тяжело вздохнул и пошёл вслед за отрядом великанов.

Крольм, подняв щит, медленно ступал по горному ущелью, пытаясь охватывать взглядом все скалы и тёмные закоулки массива. Йорвальд шёл следом, также смотря на горные массивы. Скирдар очень внимательно всматривался в края и уступы горной породы, нервно водя пальцами по оперенью стрел. Эльф шёл следом, прячась за союзниками, пытаясь что-то обнаружить, – вдруг на левом склоне он увидел пару красных глаз. Дёрнув Скирдара, он показал на огни во тьме. Воитель выхватил стрелу и пустил в мнимого неприятеля. Часть горной породы в месте, куда пришёл выстрел, осыпалось на землю, вслед за чем пещеру заполнил издевательский гиенный смех, разносящийся из самых разных углов пещеры. Гнолы, или же гиенолюды, стали бичем любых малонаселённых земель, они сбивались в огромные стаи, поджидали путников в узких ущельях, каньонах, узких лесных тропах. Как только виделась добыча – они накидывались на неё и разрывали в мгновенье ока, делили награбленное и исчезали в природных рельефах, столь же молниеносно, как появились. Через несколько мгновений, как смех утих, загорелось пять пар красных глаз вокруг маленького отряда – две пары стремительно приближались, спускаясь по горным сводам и склонам, со стороны трёх оставшихся полетели увесистые камни в направлении голов членов отряда. Два летело в Крольма – он успел поднять щит и заблокировать их, последний же полетел в Йорвальда. В последний момент гигант смог уклониться от брошенного куска горной породы, но тот всё же задел его щёку и оставил там продолговатый кровавый след. Скирдар вёл ответную стрельбу. Он успел выпустить ещё две стрелы, результатом первой был противный гиений смех, а вот после второй послышался какой-то сдавленный хрип, количество пар алых глаз в темноте уменьшилось на одну.

Вот на Крольма из темноты выпрыгнул первый бандит, в его руках был цеп и ловчья сеть, известная комбинация оружия гиенолюдов. Тварь метнула свою сеть в воителя, тот частично разрезал её на лету клинком, но оставшаяся обволокла его руку так, что он мог с трудом пошевелить ей. На Йорвальда справа спрыгнул второй гуманоид, занеся за спину огромную булаву, но тот не растерялся, поймал гиену навершием топора и перебросил через себя, впечатав в горную породу. Видя беспомощность руки хранителя, гнол заржал и кинулся на воина, размахивая над головой своим цепом. Воин усмехнулся, подождал, пока гиена подойдёт достаточно близко, и со всей силы ударил бандита в голову щитом, центральной окованной частью. Гнол зашатался – кажется, он не понял, что произошло… Крольм, не теряя времени, ударил монстра ещё раз щитом с разворота по большой дуге, – тот упал. Хранитель возвысился над тварью и со всей силой ударил кованым краем щита по шее гнола – раздался хруст. Йорвальд и вторая гиена пару мгновений переглядывались, упершись глазами друг в друга, после чего оба пошли в атаку и сошлись в клинче. Победив бандита в этом противостоянии, великан решил сделать удар сверху, чтобы разрубить противника пополам, но монстр уклонился и впился зубами в левую руку Йорвальда, оторвав кусок плоти, отпрыгнув и залившись диким хохотом. Выругавшись на Нордскольском наречии, гигант отправил оставшейся рукой секиру в полёт в сторону недруга, – гнол удивлённо выпучился на нее, оцепенев, – в результате чего секира пробила бандита и пригвоздила его к склону ущелья, как кол, повесила монстра над землёй. Великан встал и, придерживая раненную руку, направился забрать свой топор из трупа твари, но, когда он уже потянулся извлечь оружие из тела гиены, как вдруг в его глазах потемнело. Йорвальда сразил попавший ему в затылок камень, точно выпущенный одним из ухмылявшихся гиенолюдов, сила удара была большой, великан потерял сознание. Крольм тем временем пытался одновременно снять с руки сеть и в то же время не упускать из виду обстановку на поле боя, как вдруг он заметил, как во тьме стали появляться ещё пары красных глаз… несколько… десяток… дюжина… -их становилось всё больше. Скидар выпускал стрелу за стрелой, его выстрелы настигли уже несколько чудовищ. Эльф заметил одну гиену, которая подкрадывалась к великану с луком. Крольм стал пятиться к Скирдару – врагов становилось всё больше и больше, хранитель схватил Йорвальда и тащил его за собой. В этот момент в голове викинга металась только одна мысль: Неужели это наш конец? Крольм положил позади себя тело друга и, схватив щит обеими руками, пытаясь удержать натиск стрелковых снарядов гиенолюдов, постепенно отходя всё дальше к Скирдару. Один камень просвистел около щита воина и влетел в лоб нордлифа – тот упал на спину и потерял сознание. У Скирдара кончились стрелы, его выстрелы оборвали жизнь девяти монстров. Глаза подступали всё ближе к оставшимся на ногах великанам.