Сергей Ребров – Орден рассвета (страница 3)
Орден Рассвета: Первые встречи
Эпизод 1.
Арктур Веларион. Кодовое имя: Хронос.
Арктур сидел на самом верху старой часовой башни, ноги свесив с карниза. Отсюда, с высоты птичьего полёта, время казалось иным. Оно не текло, а кружилось: потоки людей на улицах, телеги на рынке, дым из труб. Он мог видеть ритм города, как дирижёр видит партитуру. Внимание привлекла суета у ворот. Инквизиторы. Они окружали повозку с беженцами из сожжённой деревни. Офицер с лицом, лишённым милосердия, вытащил из толпы мальчика лет десяти. Тот что-то кричал, цеплялся за платье матери. «Аномалия! Подозревается в телекинезе!» – разнёсся голос. Арктур сжал перстень на пальце. Не лезь. Это самоубийство. У них десяток человек. Но он видел, как мать мальчика беззвучно плачет, как её сбивают с ног.
Хрономант закрыл глаза и натянул время. Не на всех – это невозможно. Только на механизм ворот и на цепь наручников в руках инквизитора. Шестерни ворот заскрежетали, замедляясь, будто в густой смоле. Цепь в руках офицера стала тяжёлой, как свинцовая змея, выскальзывая из пальцев. Этой трёхсекундной заминки хватило. В толпе поднялась паника, кто-то крикнул «Пожар!». Мать схватила сына и растворилась в хаосе. Арктур открыл глаза. Мир поплыл перед ним, краски поблёкли. Боль, знакомая и ненавистная, начала сверлить виски. Он сполз с карниза в тень колокола, дрожа от слабости. Одна спасённая жизнь. Один шаг к слепоте. «Честный обмен», – подумал парень с горькой иронией, прижимая ладони к лицу, пока мир заново собирался из серых пятен.
Эпизод 2.
Лира Флинт. Кодовое имя: Факел.
Лира не пряталась. Она охотилась. Цель – склад контрабандистов, торгующих «артефактами». На самом деле личными вещами казнённых аномалий. Среди этого хлама мог быть обгоревший медальон её сестры.
Лира прокралась внутрь, как тень. Но её выдал не звук, а запах. Запах страха, пота и жестокости. Контрабандистов было шестеро. Они играли в кости при свете коптилки, а на стене, как трофеи, висели амулеты и залитые воском письма.
Ярость подступила к горлу горячим комом. Эти вещи… ещё хранили отзвук чужих жизней, чужих надежд. Один из бандитов, здоровяк со шрамом, поднял кружку: «Выпьем за удачную охоту на выродков!»
Это было последней каплей. Пламя вспыхнуло в груди Лиры и вырвалось наружу неконтролируемым взрывом. Не снаряд, а огненный шквал. Он ударил в бочку со спиртом у стены. Последовала оглушительная детонация. Хаос. Крики. Дым. Лира, оглушённая, отброшенная взрывной волной, в панике отползла за ящики. Она не хотела такого! Она хотела лишь напугать, отвлечь! Сквозь дым видела, как горит тот самый шкаф с «трофеями». Случайно пироманка увидела, что медальон отлетел в сторону. Под прикрытием дыма Лира вылезла из своего убежища, схватила медальон и проскользнула в щель около двери склада.
Эпизод 3.
Каэль Тенебрис. Кодовое имя: Мираж.
Арктур, всё ещё слабый после эпизода с мальчиком, искал в старых тоннелях легендарную «Библиотеку Забвения» – хранилище запрещённых знаний. Вместо библиотеки наткнулся на охотников за головами. Они шли по его следам, и их было трое. Огромный детина с секирой, ловкая женщина с парой кинжалов и худой тип с арбалетом. Арктур прижался к сырой стене, оценивая шансы. В прямом бою – ноль. Парень приготовился бежать, зная, что его настигнут.
И тогда хрономант увидел: в дальнем конце тоннеля, в луже тусклого света от грибков, стояла фигура в чёрном плаще. Высокая, недвижимая. Охотники её тоже заметили.
– Эй, ты! Видел тут беглеца? – крикнул детина.
Фигура молча повернула голову. Из-под капюшона не было видно лица, только темнота. И затем… она раздвоилась. Из одной фигуры выступила вторая, абсолютно идентичная. Потом третья. Через мгновение весь конец тоннеля был заполнен безмолвными, неотличимыми друг от друга тенями в чёрных плащах. Они стояли, не дыша, образуя жуткую, совершенную шеренгу. Охотники замерли. Женщина прошептала: «Это что за чертовщина…»
Арктур, воспользовавшись их шоком, бросился в противоположную сторону, в боковой тоннель. Последнее, что он увидел, обернувшись, – как все тени разом подняли руки в одинаковом, неестественном жесте. Охотники в ужасе отступили.
Кто был этот загадочный союзник? Маг? Призрак? Арктур не знал. Он знал лишь, что спас не человек, а совершенная, пугающая иллюзия.
Эпизод 4.
Элара Винтер. Кодовое имя: Холод.
Лира бежала. После пожара на складе за ней была назначена настоящая охота. Инквизиторы гнались по пятам, и единственный путь лежал через заснеженные перевалы, где, по слухам, скрывались банды оборотней-контрабандистов.
Она наткнулась на них у замёрзшего водопада. Не оборотни, а что-то похуже – фанатики культа Морозного Пламени, почитавшие стихию льда и ненавидевшие «нечистых» пирокинетиков вроде неё. Их было пятеро в синих робах, и уже окружали, читая заклинания, от которых воздух звенел от холода. Лира чувствовала, как внутренний огонь гаснет под давлением чужой магии. Её дыхание стало парным, пальцы коченели. Флинт попыталась выбросить язычок пламени, но получилась лишь жалкая искра. Лидер культа, женщина с глазами цвета голубого льда, улыбнулась: «Погасим твой жалкий огонёк, выродок».
И тут случилось нечто невозможное. Снег под ногами фанатиков ожил. Он взметнулся вихрем не снизу, а сбоку, с вершины скалы, и обрушился не как мягкая масса, а как тугая, спрессованная лавина острых ледяных осколков. Это была не стихийная беда. Это была атака. Точечная, хирургическая. Крики были мгновенно заглушены грохотом льда. Когда снежная пыль осела, Лира увидела, что они скованы по грудь в идеально гладком, прозрачном льду, как насекомые в янтаре. Неподвижные, безмолвные.
На вершине скалы, на фоне бледного неба, стояла одинокая фигура в серебристом плаще. Лира успела лишь разглядеть платиновую косу и холодный, оценивающий взгляд, брошенный сверху вниз. Ни слова, ни жеста. Фигура развернулась и исчезла за гребнем, оставив Лиру одну посреди ледяной тюрьмы для её врагов. Спасение было так же пугающе и безразлично, как сам мороз.
Эпизод 5.
Кайрос. Кодовое имя: Эхо.
Мысленный гул был невыносим. Для Кайроса заброшенные места никогда не были тихими. Они грохотали. Эхом застывших эмоций: страх последних жителей, покидающих дома; тихая печаль старых стен; навязчивый, липкий ужас от того, что произошло здесь, когда пришли инквизиторы. Он сидел на мшистой колоде у давно высохшего колодца, пытаясь унять дрожь в руках. Камни в ожерелье, тактильные якоря, были холодными и гладкими под пальцами.
Парень был здесь не один. В полуразрушенной кузнице, метрах в двадцати от него, пряталась девушка (Крис Колес – её история будет позже). Её мысли были похожи на вихрь, заключённый в хрупкую стеклянную сферу: острые осколки страха, свист паники и где-то в самом центре – низкий, мощный гул, похожий на затишье перед бурей. «Крис», – знал Кайрос, даже не видя её. Девушка, чей крик рождал ветер, способный снести стены.
Они не были знакомы. Просто два испуганных аномала, случайно нашедших одно и то же укрытие. Кайрос чувствовал, как она сжимается в темноте, затаив дыхание, слушая каждый шорох. Страх был таким громким, что перекрывал даже призрачные голоса деревни.
И тут в мысленный хаос врезались новые сигналы. Чужие. Двое. Они шли с юга, пробираясь через болото. Их мысли были разными, но сплетёнными одной целью. Один – холодный, методичный, измотанный хронической болью. Его разум напоминал часовой механизм под стеклом: сложный, точный, но с треснувшей шестернёй. Арктур. Другая – пылающий костёр, окружённый пеплом сожаления. Её мысли метались, как пойманная птица, обжигая крылья яростью и стыдом. Лира.
Кайрос поднял голову и увидел их мысленным взором раньше, чем они вышли из тумана на окраину деревни. Они двигались осторожно, устало, но решительно.
«Не надо бояться, – тихо сказал он, но не вслух. Затем послал мысленный импульс, крошечную волну спокойствия, в сторону кузницы. – Они не охотники. Они такие же, как мы. Только… громче». Из кузницы не последовало ответа, только вихрь страха на мгновение затих, сменившись настороженным любопытством.
Арктур и Лира заметили его. Кайрос сидел, слишком спокойный, слишком… на виду. Их руки потянулись к оружию (у Арктура – кинжал, у Лиры – сжатые кулаки, с которых уже сыпались искры).
«Стой!» – Лира схватила своего напарника за руку перед тем, как он успел достать кинжал, и голос сорвался на хрип. Мысли завыли тревогой. Ещё один фанатик? Шпион?
Кайрос поморщился от этого душевного крика.
– Пожалуйста, не кричите. Внутри. Это больно, – он говорил вслух тихо, почти шёпотом, глядя на них своими огромными, неестественно светлыми глазами.
– Кто ты? – спросил Арктур. Его мысленный поток был подобен холодному ручью, но Кайрос чувствовал в нём острую, знакомую боль – отзвук недавнего использования силы. Он замедлял время. Сегодня утром. Для кого-то другого.
– Я – эхо, – просто ответил Кайрос. – Я слышу, что вы ищете убежище. Его здесь нет. Его стёрли с лица земли и… из памяти. Остался только этот шёпот.