Сергей Полев – Оружейный Барон. Том 3 (страница 26)

— Да, дочка, это я! — женщина не сдерживает эмоций. — Где ты?! С тобой всё в порядке?

— Со мной всё хорошо… — Катя смотрит на меня, а я мотаю головой, давая понять, что нельзя говорить о нашем местоположении. — Я у друзей, но не могу сказать где именно… Надеюсь, ты понимаешь, почему.

— Конечно… Ты главное не переживай, твой дядя Игорь пообещал во всём разобраться. А ты его знаешь, он не оставит смерть Андрея без ответа! Уж поверь мне, Игорь поднимет на уши всех!

— Было бы хорошо… — грустит Катя. — А ты как там? Нечистых рядом нет?

— Их было мало, да и тех, что вылезли, уже давно уничтожили…

Лилия показывает мне, чтобы я вышел вместе с ней. Видимо, хочет что-то сказать.

— Ты поговори, а мы с Лилией подождём на улице, — говорю Кате, а та кивает. — Если будет возможность, уточни, пожалуйста, о какой помощи от дяди идёт речь. Она может быть полезной…

Я улыбаюсь напоследок и иду к выходу, Лилия следует за мной. Когда мы оказываемся на улице, она набирает воздуха в грудь и говорит:

— Романов умер…

— В каком это смысле? — недоумеваю я.

— Звонила та девушка-провидец, она сказала, что утреннее предсказание не получилось, а это значит, что князь мёртв.

— Это подтверждённая информация?

— Я дозвонилась до ещё одной дамочки и попросила её о помощи. Она тоже сказала, что предсказание не получилось.

— Хм… Хорошо хоть не ляпнул в разговоре с Катей, что её отец может быть жив… Сейчас бы получилось неловко… — заглядываю в окно и вижу, как девушка плачет от радости. — Ты узнала про тюрьмы НКК?

— Данных почти нет…

— Рассказывай, что нашла.

— Речь сейчас только про Российскую Империю, — начинает Лилия. — Во всех крупных городах есть так называемые пункты транспортировки, в которые привозят заключённых. Куда люди деваются потом — неясно. Все, кроме одной тюрьмы, охраняются местной полицией.

— И кто же у нас выделился? Москва? — пытаюсь угадать.

— Да. В Подмосковье находится объект, куда свозят преступников, обладающих Даром. Местонахождение этой тюрьмы засекречено… — Лилия отрицательно мотает головой. — Проще узнать, что Император будет есть на ужин, чем расположение этой тюрьмы. Единственное, что удалось найти — это направление и примерный радиус.

— И? Как далеко?

— Пятьдесят километров на юг, плюс минус двадцать.

— Ну, если поискать, то найти возможно.

— Ага, но только охраняют её представители НКК, и даже у секретной службы нет доступа на этот объект.

— Как это так? Посольство, что ли?..

— Можно сказать и так, — подтверждает Лилия. — Я нашла документы, о передачи куска земли площадью почти четыре сотни гектар. Правда, где конкретно, он находится, неясно. Но я уверена, что речь в документе шла именно про эту тюрьму.

— Чертовски странно, что Империя разбазаривает свою территорию… И ради чего?

— А что удивительного? НКК же организовало группа алхимиков, без которых магия не была бы такой, какая она есть. Если ты помнишь, то раньше повышение ступеней занимало намного больше времени. Десять, а то и пятнадцать прорывов, чтобы стать учеником…

— Да, читал про это… — вспоминаю инфу из интернета.

— Без зелий НКК мы бы до сих пор пользовались «каменными топорами», поэтому немудрено, что к ним такое привилегированное отношение, — подытоживает Лилия.

— Ну и организация… Романова они убили, это ладно. Я сильно сомневался, что мы получим его живым… Вообще, вся эта штука с подкопом больше похожа на операцию по ликвидации, и нужна была лишь для того, чтобы обойти дар провидцев.

— Возможно…

— Кстати, раз теперь мы знаем о таком способе, значит, ты сможешь отслеживать это будущие?

— Ну… Я даже не знаю… Неясно, что это такое…

— Как по мне, всё просто: делаешь предсказание на следующий день, в котором пытаешься понять, будет ли вот такая фигня с «чёрным экраном смерти» или нет.

— В принципе… — Лилия сводит брови и смотрит куда-то вбок. — Может сработать… Но надо пробовать.

— Вот и попробуй сегодня на мне. Не хотелось бы не проснуться в один прекрасный день… — тут я вдруг задумался. — Похоже, нам нужны новые провидцы. Ты как? Не против?

— Нет, если они не будут мешать моей работе.

— Отлично, тогда ты и передашь Петру Николаевичу, чтобы искал людей. Хотя можешь и сама поискать, а уже потом предложить кандидатуры. Как вариант — это бывшие работники Романовых. Сейчас времена такие, что многие работодатели могут помереть, а у нас тут безопасный оазис…

— Ага, — недовольно бурчит Лилия.

— Не волнуйся, к тебе в дом мы никого не поселим, — во второй раз заглядываю в окно, Катя активно жестикулирует, явно что-то рассказывая. — Понятно, что НКК мутные ребята, но почему именно тюрьмы и роддома? Как-то странно, не находишь?

— А что такого? Просто не хотят, чтобы сыворотка, при помощи которой определяют есть у ребёнка Дар или нет, попала в чужие руки. Они ведь наверняка дерут с Империи немалые деньги за этот патент.

— Да, но что-то меня терзает… — пытаюсь вспомнить один из первых разговоров с Анжеликой. — А! Точно! Высокая детская смертность среди крепостных…

— А что с ней? Какая медицина, такие и результаты, — на лице Лилии торжествует непонимание.

— Ага… Как говорится: «Будем лечить, или пусть живёт?».

— Где это ты такое услышал?

— Вскрытие показало, что больной спал… — продолжаю ностальгировать по «Варкрафту».

— Эм… Ну и шуточки, у тебя.

— В общем, надо пожрать и наведаться в роддом, да посмотреть, что там творится, — в третий раз заглядываю в окно. — Звонок, похоже, будет долгим. Я пойду, а ты побудь с Её Высочеством и при необходимости проводи в особняк.

— Я не служанка и тем более не собака-поводырь… — негодует Лилия.

— Просто сделай то, о чём я прошу, — твёрдым голосом настаиваю я. — Она потеряла отца и всё, что у неё было. Прояви хоть немного сочувствия.

— Ладно, — недовольно выдаёт она.

— Вот и умничка. Если Катя будет спрашивать, куда я пропал, скажешь, что меня вызвали по важному делу.

— Хорошо…

Я быстром шагом направляюсь в особняк — в животе дыра, которая издаёт неприятные звуки. Во время беседы я себя сдерживал, но сейчас «ураган» прорывается наружу… А от мыслей о вкусной еде, слюни текут!

Хорошо быть бароном, но Императором ещё лучше. Конечно, если не брать во внимание ответственность и количество потенциальных врагов. Мне почему-то вспомнились кадры из одного старого фильма, в котором Сталин не пил лекарства от простуды, потому что боялся, что его отравят. Ему пришлось просить какую-то малознакомую девушку сходить в аптеку, у которой точно не было намерений убить вождя…

С этими мыслями уплетать подогретую тарелку борща не так-то весело. И зачем я себя накручиваю? Близким и проверенным людям нужно доверять, иначе можно сойти с ума от паранойи… Остаётся положиться на Петра Николаевича и Лилию: моя жизнь в их руках.

После трапезы я натягиваю неприметные шмотки: спортивные брюки, чёрные кеды и худи с капюшоном. А затем в сопровождении Петра Николаевича и двух его бойцов направляюсь в роддом. Пора самому взглянуть на причину детской смертности и ту чудо сыворотку, которая выявляет магические таланты…

В городе выстраиваются огромные очереди в продуктовые магазины, как поясняет Пётр Николаевич, Анжелика ввела нечто наподобие «карточек» и распорядилась продавать провизию в ограниченных количествах. Что ж будем надеяться, что это хоть как-то поможет.

Мы заезжаем на территорию больницы и устанавливаемся у двухэтажного дома. Выползаем из машины и идём к парадной двери. Я замечаю, что на первом этажа окна деревянные, а на втором пластиковые, сделанные под дерево.

Внутри я обнаруживаю окошко регистратуры и молодую девушку в белом халате, которая сидит за ним. Она смотрит на нас с удивлением и не решается заговорить, скорее всего, не может поверить, что хозяин Карабаша явился без предупреждения.

— Кто здесь главный? — без как-либо эмоций выдаю я.

— Главврач Устинова Елена Сергеевна… — неуверенно блеет девушка.

— Вызовите её немедленно.

— А по какому поводу?..

— Вы не видите, с кем разговариваете? — начальник СБ суёт свою злобную рожу в окошко к бедной девушке.