Сергей Полев – Оружейный Барон. Том 3 (страница 24)

— Ваше Благородие?.. — Пётр Николаевич с непониманием на лице смотрит мне в глаза.

— Не волнуйтесь, к вам это не относится, — вижу, как он выдыхает с облегчением. — А вот к другим товарищам у меня есть вопросы. Ну да ладно, это подождёт. Сейчас нужно продать стволы… Кстати, что насчёт того торговца? Вы проверили его причастность к засаде?

— Да. Правда, пришлось привлечь Дениса Леонидовича — он нам понадобился, чтобы проверить информацию.

— Это тот продажный мент, который помог разобраться со статс-секретарём? — уточняю я.

— Именно. Он подтвердил непричастность торговца в засаде и погоне.

— Хорошо… Значит, с «евреем» дело иметь можно. К тому же у нас есть сразу два козыря.

— Каких?

— Во-первых, сейчас СС заняты нечистыми, а, во-вторых, кто в здравом уме станет заключать сделку с тем, кто тебя подставил?

— Не совсем понимаю… — начальник хмурится.

— Агенты же не знают, что нам известно про непричастность торговца. И поэтому они наверняка думают, что я буду искать другие варианты.

— Ваше Благородие… — неуверенно начинает Пётр Николаевич. — А что мы будем делать, если они заявятся в особняк с постановлением о вашем аресте?

— А вы сами то как думаете?

— Попытаемся спрятать вас и обхитрить их?

— Этого они и будут ждать, — отрицательно мотаю головой. — Всё куда банальнее и проще: мы будем стрелять.

— Но ведь…

— До этого, скорее всего, не дойдёт. Сосредоточьтесь лучше на других задачах, а контроль за угрозой от СС переложите на Лилию. Она справится. И да, как ваши люди отдохнут, усильте охрану, а то мало ли что.

— Будет исполнено, Ваше Благородие, — он склоняет голову.

Я доделываю пятьдесят восьмой автомат, и на этом моя мана заканчивается. Пётр Николаевич распоряжается, чтоб в гараж загнали два «Крузака», в которые мы и запихаем стволы.

После того как троица бравых ребят перетаскивают товар наверх, я отдаю одному из них пять помеченных автоматов и велю раздать пятёрке снайперов. Два других товарища отправляются с нами и ведут другой «Крузак».

Я к тому времени сильно устал и поэтому прошу Петра Николаевича сесть за руль головного авто. До алхимика ехать недалеко, но зато хоть немного успею отдохнуть… Сегодня ещё столько дел — ужас!

Спустя пятнадцать минут поездки по грунтовой дороге мы подъезжаем к охотничьему домику. Хотя «домиком» его сложно назвать, ведь он — это двухэтажная бандура, больше похожая на полноценный коттедж.

Пока мужики таскают автоматы, я решаю поговорить со своим самым ценным работником, конечно, после Лилии и Петра Николаевича.

Сперва он узнаёт о предстоящей работе, которая его расстраивает, и это не удивительно, ведь рутина по вкусу только психам и безвольным людям, не видевшим в жизни ничего лучше, чем монотонное повторение одного и того же действия на протяжении всей жизни.

Затем я спрашиваю об исследовании нечистой пыли, но алхимик говорит, что более никаких необычных свойств он не обнаружил. Однако если я добуду ему второй такой кристалл, то эксперименты будут продолжены, уже с самим «камушком».

По ходу дела я интересуюсь природой магической пыли и кристаллов, которые вставляют в кольца и другие артефакты. Алхимик поясняет, что пыль получается после дробления слабых камней, либо тех, в которых практически не осталось энергии.

А вот о происхождении кристаллов он ничего рассказать не может. С его слов их получают только в одном месте: в центральной лаборатории НКК, что расположена на Кипре. Других известных источников просто нет, а поэтому немудрено, что секрет охраняют строже, чем очко Императора.

Я не унываю, ведь не зря же говорится, что отсутствие результата, это тоже результат. Плюс-минус картинка в моей голове начинает складываться, и я хотя бы знаю, в каком направлении копать. Глобальный квест по спасению мира переходит в активную фазу.

Мы возвращаемся в особняк, оставляя алхимика наедине с совершеннолетними «малолетками», исполняющими роль горничных. Старик неплохо устроился… Мне греет душу, что он не является насильником или содомитом, ведь в противном случае, меня бы грызла совесть, что я отправил невинных девушек к нему в лапы.

Мы доезжаем до дома и выходим из машины. Я прощаюсь с Петром Николаевичем и напоминаю ему, чтобы тот зашёл к Лилии, а сам иду в свою комнату и прошу Розалию принести мне поесть. Медитацию пропускать нельзя, особенно когда на кону такая грандиозная сделка.

Валяюсь на кровати минут десять до того, как рыжеволосая бестия приносит блюдо с куриным супом, моими любимыми бутербродами всех видов и чизкейком.

Глаза так и смотрят на прелести девушки — многодневный недотрах даёт о себе знать. Вот только сейчас на это нет времени… Возможно, завтра, но точно не сегодня.

Я прошу Розалию позвать Анжелику и принести чай где-то через четыре часа. Хлебнуть холодного после медитации, да ещё и с лимоном, — самое то!

Розалия кланяется и уходит, а я замечаю, что она рассчитывала на другое… Но что поделать? Дела важнее мимолётных удовольствий. Думай я членом, а не головой, то лежал бы в одной канаве вместе с другими неудавшимися королями девяностых.

Успеваю доесть суп и приступить к чизкейку, когда ко мне в спальню приходит сонная Анжелика. Интересно, что она думает в этот момент?.. Прослеживается явный сексуальный подтекст, ведь как ещё можно отреагировать на просьбу явиться в спальню посреди ночи?

— Я подготовила большой доклад, сейчас он печатается, — с ходу заявляется она.

— Не здрасте, не пока… Присаживайся, — показываю на кресло.

— Ты ведь позвал меня поговорить о работе? — слегка настороженно спрашивает Анжелика.

— Именно, — я киваю и уплетаю десерт. — Прости, если разбудил, но хотел обсудить с тобой все вопросы прежде, чем забуду кое-какие нововведения. Что за доклад? Большой?

— Сто семьдесят две страницы.

— Етить меня коромыслом… Вкратце можешь рассказать, что там написано?

— Даже не знаю, с чего начать… — она набирает воздуха в грудь.

— Мне уже доложили, что ты взяла на себя чужую работу, но сейчас начни со своих прямых обязанностей.

— Я делала только то, было поручено, — оправдывается Анжелика. — Да, некоторые сферы пересекались, но если я видела, что могу сделать лучше, то я этим занималась. Ведь моя задача — улучшить жизнь крепостных…

— Пойми, я тебя не виню, напротив, я очень рад, что ты не только осталась, но и работаешь не покладая рук. Но сейчас меня интересует вот что: назови основные жалобы, с которыми обращаются крепостные.

— Зарплата, — моментально выдаёт она. — Я проводила опрос, и восемь из девяти сказали, что неудовлетворены тем, что они могут купить на те деньги, которые получают.

— Хм… Вечная проблема… На цены пока что мы с тобой не можем повлиять, поэтому нужно пересмотреть вопрос с зарплатами.

— Я тут посчитала, мы вполне сможем поднять её на двадцать семь процентов…

— Нет, — грубо бросаю я. — Просто так ничего не даётся. Мы изменим подход.

— Можно, я схожу за листочком, чтобы записать?

— И так запомнишь, ведь я расскажу тебе лишь концепцию, а основная работа и расчёты лягут на твои плечи.

— Хорошо, я слушаю.

— Сейчас люди получают свою копеечку, если просто ходят на работу и не особо от неё отлынивают. И это неправильно. Они хотят больше денег? Пусть поработают. Мы должны дать каждому возможность заработать больше. Филонишь — получаешь копейки, батрачишь — можешь позволить себе то, о чём не мог и мечтать.

— Нужен будет тотальный контроль… — Анжелика думает вслух.

— Верно. Лилия тебе в помощь. Где нужно, установите камеры и другие средства контроля. Люди должны знать, что их труд будет оценён по заслугам.

— Хорошо.

— С теми, у кого работа сдельная или частично сдельная, проблем не будет. Там всё просто посчитать: пронаблюдаете обычный рабочий процесс с перекурами, отдыхом и работай в нормальном режиме; и возьмёте его за базу. Потом примените пропорциональные коэффициенты за переработку и отлынивание.

— Поняла…

— Если что, обращайся ко мне, подскажу.

— Ага…

— А вот с другими работниками сложнее. Разделим их на два типа: те, кто занимаются ремонтом, обслуживанием и так далее; и те, кто просто выполняет ежедневную работу, продуктивность которой от них не зависит.

— С первыми всё ясно, а что за вторые? — уточняет Анжелика.

— Например, бухгалтер или экономист.

— А-а-а…

— Так вот, — продолжаю я. — Первая группа будет получать деньга за то время, пока не работает.

— Как это?