Сергей Плотников – В активном поиске (страница 2)

— Профессор Фулкрум, ваши комментарии? — после долгой паузы, уронил ректор. До этого он долго массировал переносицу.

— Полагаю, несанкционированный эксперимент одного из старших лаборантов — спокойно отозвался завкафедры химерологии. Большинство из состава “ядра” Академии официально занимали вовсе не те должности, где лежал, скажем так, максимум их исследовательского интереса. — Даже рискну предположить, какой, если угодно.

— Ну и какой? — без обиняков спросил его сосед слева.

— Проверка гипотезы переполнения, — все тем же ровным тоном поведал зоолог, специализирующийся на теории магии. — Бесконечное увеличение собственной массы манофага только лишь за счет поглощения энергии противоречит фундаментальным принципам алхимии. Следовательно, при получении определенного объема маны, вещество должно изменить свои свойства, перестать поглощать энергию и стабилизироваться. Высказано было даже предположение, что стаб-форма может быть подвергнута обратному процессу: разрушение с высвобождением энергии. К сожалению, эксперименты с небольшими массами “Семян скверны” и объемами маны какого-то однозначного результата не дали…

— И потому какой-то твой амбициозный умник самостоятельно проложил под землей манолинию от одного из академических Источников прямиком в изолированный объем лаборатории, — закончил за коллегу Сепеш, для которого все окончательно встало на свои места. — И у него даже по-своему получилось: чтобы лаборатория и вся земля вокруг нее просто “исчезли”, совокупных запасов маны в накопителях объекта и в резервах сотрудников и близко не хватило бы! В следующий раз все же прислушайтесь ко мне в вопросах безопасности, коллеги.

— Будет довольно неудобно работать, но… признаю вашу правоту, коллега, — Фулкрум даже встал и обозначил поклон, чтобы показать, насколько серьезно он принял слова другого архимага. — В ближайшие дни соберу группу для выбора места в пустыни…

— Нет.

Все взгляды разумных за круглым столом как по команде скрестились на ректоре.

— Я сказал “нет”, — тихо повторил тот. — И не потому что у нас недостаточно материально-магических ресурсов, и даже не потому, что безрассудство отдельных личностей привело к утрате образцов манофага. Мы опять лишились людей.

— Старший лаборант погиб только один… — начал было химеролог и осекся, увидев выражение лица начальства.

— Может быть, коллеги, вы уже забыли принципы, которые мы обговаривали при создании нашей Академии? — еще тише переспросил ректор, теперь уже обращаясь ко всем. — И конкретно тот принцип, что позволил стать нашему заведению едва ли не выше всех остальных учебных и научных центров ойкумены? Может, мне его напомнить?

— Сила не в магии, сила в разумных, — сказал Сепеш. Он вдруг понял, что слышал нечто похожее от… от Талика, да. — Иными словами, “кадры решают всё”.

— В инцидентах с нападениями убийц мы потеряли шестьдесят четыре разумных, — медленно проговорил ректор. — В основном, ученых и лаборантов, далеких от битв. Причем двадцать восемь из них погибли настолько ужасающей смертью от “Семян скверны”, что около двух сотен душ младшего и среднего педагогического состава, а также научных работников под разными предлогами покинули Академию в первый и последующие дни. Вернулось на настоящий момент не более пятидесяти. И тут это взрыв. Понимаете, что вы наделали, Фулкрум.

До зоолога, судя по бледности, разлившейся по лицу, начало доходить.

— Короче так, — вздохнув, уже нормальным голосом проговорил ректор. — Как хотите, но возмещайте потери. Двести тридцать, нет, пусть будет — двести пятьдесят разумных на ставших сейчас вакантными местах. Набирайте больше студентов, увеличивайте с ними число часов обучения, снижайте проходной бал, давайте дотации в рамках бюджета кафедр, повышайте зарплаты, сманивайте на работу из других мест. Все, что угодно. Сделаете — вот тогда хоть всю пустыню перекопайте под эксперименты, но не раньше.

— Это гарантированное отставание в перспективной теме нового способа хранения магической энергии, — задумчиво выразил общее мнение сосед химеролога.

— Мы можем опередить всех, но это будет последнее, что изобрела Академия перед своим развалом, — максимально просто донес до всех свою мысль ректор. — Поставим, так сказать, эффектную точку в своей истории. Нас даже может быть будут помнить потомки, а парочка историков свои монографии накарябает на тему “Рассвет и угасание центра научной мысли в Электре.” Этого хотите? Что, нет? Вот так сюрприз. Тогда делайте, что вам говорят, и никаких больше взрывов и массовых смертей! Понятно?!

Глава 1 без правок

Темой подъема кораблей придется заняться обстоятельно. Собственно, я бы и с “Рыбой моей мечты” не стал бы пороть горячку, но оставить рейдер у более не защищенного от волн пирса было все равно что собственноручно утопить, перед этим взорвав. Нет уж. Еще послужит нам корабль. Благо, с выращиванием стапеля для постановки на сухой киль на месте одного из сожженных складов уложились до следующего циклона.

Теперь дело было за Сеней. Для контроля процесса маг затребовал себе временную вышку, которую на скорую руку сбили из досок чуть в стороне от места проведения трансфера. Конструкция получилась шаткой — расплата за скорость возведения — потому я загнал наверх еще и Кирби. На случай, если все начнет падать — чтобы она подхватила нашего волшебника и мягко приземлила. Сам же остался наблюдать с набережной.

Вот попаданец сжимает зубами мундштук короткой трубки-носогрейки, пряча табачную чашу в ладони, затягивается… И небрежным движением свободной руки заставляет воды гавани вспучится огромным горбом, бережно удерживающим на себе наш корабль. Еще движение десницы мага — и вода накатывает на берег, плавно-плавно неся “Рыбу”. Кусочек моря затапливает рощу с причудливо и симметрично изогнутыми стволами — и и также осторожно возвращается в родную стихию, оставляя между деревьями идеально севший по месту рейдер. Великолепно сработано.

— Приступайте к демонтажу такелажа, — махнул я Фран. — И привязывайте все покрепче, чтобы очередная буря ничего не смыла с палубы.

— Не беспокойтесь, милорд губернатор, — помахала мне в ответ она и обратилась к своим. — Все слышали? Быстрее сделаем — быстрее отдыхать пойдем!

Из действительно своих при моей протеже в данный момент находились только Коруд и Жан Шум Дубрав, остальная команда состояла из местных. Доверять которым после силового захвата власти можно было довольно условно. Даже несмотря на то, что всем вновь вступившим в её серьезно расширившийся отряд мастер ловушек раздала аванс золотом и обещан трансфер на материк по окончанию сезона дождей. Ходить по уцелевшим улочкам и дорогам Щедрой Чаши членам экипажа “Рыбы” еще долго придется попеременно оглядываясь, не расставаясь с оружием, в броне и ни в коем случае не поодиночке.

Я вовремя обернулся, чтобы заметить, как Арсений вновь “затягивается”… и спокойно перескакивает ограждение площадки в десяти метрах над землей. И по-позерски приземляется, картинно раскинув руки и затормозив у самой земли. Разумеется, Кирби тоже по лестнице спускаться не пожелала — но у неё-то крылья от рождения и рефлексы натренированные!

— Транжира, — негромко укорил я мага, когда мы все трое неторопливо пошли вверх по главной дороге, соединяющий уровни островного городка.

— И ты мне пеняешь после того, как мы определили запасы ебонитовой смолы под добычу в восемь заглушенных источников? — подвигал местом, где у людей должна расти бровь попаданец. — Ну ты и…

Он запнулся, но потом подобрал-таки слово:

— Скупердяй!

— Ой вэй! Между прочим, таки понял, с кем ты меня хотел сравнить, — я насмешливо подмигнул собеседнику. — Только во Всеобщем языке Нового мира его нет. И в племенных диалектах тоже. А думать русскими словами мы еще в первый месяц после сам знаешь чего перестали.

— Ри… ру… риусскими… Тьфу, Талик, что б тебя! — обиделся и расстроился Арсений. — Почему выговорить-то не могу? Раньше само собой получалось!

— Тренироваться надо было, а то так и родной язык забыть с концами можно, — где-то мне доводилось читать, что без практики и в чужой языковой среде родную речь можно лет за двадцать утратить полностью. Правда, выучить заново в таком случае можно очень легко. — Ладно, не парься. У тебя другие сильные стороны. Взял ведь и придумал всего за пару недель, как высвобождать ману из ебонита безопасно и порционно!

Трубки-носогрейки мы теперь таскали всем экипажем “Рыбы” вместе с мешочком “курительных” шариков. Нет, не из прессованного табака, как можно подумать. Круглые капсулы содержали щепоть смолы и алхимические добавки, запускающие и стабилизирующие реакцию высвобождения маны. Мощность еще на корабле удалось подобрать так, чтобы охватив пальцами чашу и приблизив табачную камеру к лицу, разумный мог впитать почти всю энергию, наполняя свой резерв, а потери “в воздух” получились бы минимальные.

— Капитан сказал “надо”, экипаж ответил “есть”, — криво улыбнулся Сеня. — Хватит издеваться, а? Сам же знаешь, что мне целая куча народа помогала: и Сопрано с Травой, и Шелковица твоя, и Хриза…

После того, как я закрепил брак мага и гербаристки, попаданец даже за глаза перестал звать Хризантему “Лолей”, хех.