Сергей Плотников – Станционный правитель (страница 36)
Эх, давненько я просто по-хозяйски не разглядывал станцию, не гулял по tt коридорам, беседуя с рандомными статистами… Так за всеми этими сложностями недолго и потерять то самое чувство, ради которого играешь.
И неважно, что у меня, собственно, не игра удовольствия ради, а работа. Если от работы не получать удовольствия, свихнешься однозначно. Особенно если пашешь без выходных.
В этот раз удовольствие увеличивала интрига: не я собирал обломки мусора, а потому даже приблизительно не знал, сколько и каких материалов нужно для нового модуля. И спецификации не посмотрел, просто не глядя подмахнул распоряжение.
То есть нет, когда-то я это распоряжение о строительстве нового модуля проглядывал — такое ощущение, что еще в прошлой жизни, когда играл в шлеме. Но с тех пор столько всего успело произойти, что я напрочь успел забыть, как должно выглядеть убежище для диаспоры Парящих. А в новом капсульном интерфейсе внешний вид модуля заранее нельзя посмотреть — видимо, чтобы сделать игроку сюрприз. Вау-эффект и все такое.
В принципе, вау-эффект удался: когда облако фабрикаторов улетает прочь с нового модуля, открывая его во всей красе, и на нем загораются сигнальные огни, показывающие ввод в эксплуатацию, я немного фигею.
Последнее время по-настоящему морозных зим в наших широтах не бывает, но в детстве меня пару раз отправляли к бабушке с дедушкой на Урал. У них в доме были деревянные окна, не нормальные стеклопакеты. И там я вживую наблюдал феномен, о котором прежде только читал или в фильмах видел: морозные узоры на стеклах.
То есть я тогда разочаровался: мне хотелось натуральных узоров, сложных, может быть, даже сюжетных. Чтобы в них целые сказки разворачивались, как на татуировках Мауи из моего любимого диснеевского мультика. А я увидел какие-то невнятные еловые ветки.
Лишь потом, став старше, я оценил красоту: ведь мороз, как и конденсация инея — это просто природные явления. Откуда этим явлениям знать, как выглядит еловая ветка?
Или, точнее, почему еловая ветка выглядит точно так же, как иней на стекле?
Дед пытался мне что-то объяснить про это, но сам запутался. Я потом тоже гуглил, нагуглил какие-то фракталы, но так толком ничего и не понял.
Так, что-то я увлекся. Главное, что я хочу сказать: прозрачная половина купола была покрыта морозными узорами, точь-в-точь такими, какими я помнил по этой непривычно холодной уральской зиме. Еловые лапы, какие-то веточки, похожие на папоротник, смутные геометрические формы. И все это еще сияет, подсвеченное изнутри движущимися зелеными и голубыми огнями, точно драгоценность Снежной Королевы.
— Ну и ну, — говорю я. — Парящие что, во льду живут?
Помню, когда я разговаривал с Отцом Родным по видео (а он относится как раз к этой расе взрывных феечек), я видел его на какой-то лесной полянке… вроде бы. Но мало ли, что я видел. Если родная планета Парящих оказалась уничтожена, он запросто мог находиться в какой-нибудь несвойственной для себя и некомфортной среде.
— Не совсем, — говорит Бриа. Она вместе со мной наблюдает за появлением нового модуля из окна рубки. — То есть и да и нет. Их родная планета представляла собой маленький и легкий спутник гиганта, где под ледяной коркой находился теплый океан…
«Как Европа», — машинально припоминаю я. Должно быть, создатели игры смоделировали родную планету Парящих с оглядкой на этот спутник Юпитера.
— …И в ледяной корке образуются большие разноуровневые каверны. Парящие исторически живут чаще на островах, которые находятся в этих океанах, но иногда еще в тех кавернах, которые вода образовала в ледяном потолке выше.
То есть они живут в ледяных небесах, вдруг думаю я с неожиданным поэтическим окрасом. Обалдеть. На сей раз вспоминаю Мэтта Деймона в роли сошедшего с ума исследователя из такой же ледяной небесной пустыни. Только там создателям фильма не хватило воображения придумать, будто на ледяной тверди можно полноценно жить.
И тут меня осеняет.
— Бриа, — говорю я. — Если Парящие родом с небольшого спутника, и как вид они развились на островах, которые находятся в воздушных карманах между слоем воды и слоем льда… эти карманы, наверное, сравнительно маленькие?
— Не очень большие, — дипломатично отвечает Бриа. — Совокупная площадь всей поверхности суши, которые занимала цивилизация Парящих на родной планете, сравнима с площадью Реты — это один из материков Талес, не самый большой.
— Угу, — говорю я. — Так выходит, Парящие сами по себе — маленького размера?
Бриа улыбается.
— Да, — говорит она. — Размером они уступают многим. Вы их еще живьем не видели? — она поднимает руку и раздвигает большой и указательный палец, демонстрируя мне этакую Дюймовочку. — Только, прошу, не называйте их маленькими в личной беседе! Могут быть последствия.
Феечки, думаю я. Мать вашу, действительно феечки! Кто бы мог подумать.
Впрочем, фея-мафиозный осс — это такой очевидный слом ожиданий игроков, что даже как-то обидно. Слишком в лоб сыграно. Окажись мафиозный босс громадным грозным качком, желательно, рогатым, было бы веселее.
А пока рогатый у нас только Нирс Раал.
Как и следовало ожидать, мне не дают долго наслаждаться радостью от строительства нового модуля: возникает очередная проблема. Причем весьма неожиданного свойства.
Начинается все, как обычно, с денежных потоков: заглянув в свой бухгалтерский лог, вдруг вижу, что они резко упали. Причем упали за счет отчислений от коммерческих предприятий в хабе: налог, арендная плата, оплата коммуналки, вот это все.
Если вы считаете, что мы тут обдираем малый бизнес как липку, отдельно взимая с них и налог, и за площадь, и за ЖКХ, то не я придумывал эту систему! И вообще, какая разница, по скольким статьям разнесены фиксированные суммы? Меня лично как раз и удивляет эта детализация. Она приводит только к лишним неудобствам для игрока: вместо того, чтобы платить по одной накладной один раз в отчетный период, расположенные на станции кафешки, казиношки и прочие ночлежки оплачивают целую кучу счетов. Что-то вперед, что-то задерживают, от чего-то вообще норовят откосить. Все это изрядно усложняет документацию и добавляет работы моим виртуальным бухгалтерам… а теперь и мне заодно.
Но теперь остается только даваться диву, потому что вся эта сложносочиненная волокита внезапно прекратилась. Ухнула в никуда. Теперь на счет мне из этих источников не поступает ровным счетом ничего.
— Демьян! Почему уменьшились доходы от питейных и увесилительных заведений? — требую я отчет.
Последнее время я о существовании своего искина вспоминаю редко, но не потому, что он перестал быть мне удобен. Просто обнаружилось, что если интересоваться положением дел у «живых» персонажей, как правило, узнаешь ту или иную бонусную инфу. Однако бывают ситуации, когда быстро прояснить положение дел важнее, чем досконально разобраться в ситуации.
Искин, как всегда, не подводит:
— Потому что в настоящее время на станции уменьшилось количество питейных и увеселительных заведений.
Вот за это я и люблю искинов: коротко, по существу, ничего лишнего — и абсолютно бесполезно!
— Почему вдруг количество таких заведений уменьшилось? — спрашиваю я.
— Большинство из них не смогло восстановиться после кризисов: недостаточно покупателей, — так же коротко и совершенно загадочно отвечает Демьян.
— Что значит не смогли восстановиться? — возмущаюсь я. — Что значит недостаточно покупателей? «Глаз Бога» же процветает, и тот, «Нож как-там-его»…
— Заведений с указанными названиями на станции не зарегистрировано, — отвечает искин.
Да что за!..
Просто так поверить в это я, естественно, не могу.
— Проверь еще раз! — от возмущения я даже вспоминаю название второго заведения. — «Нож-затейник»! Он же во втором коридоре хаба!
— Данное заведение не работает, — подтверждает Демьян.
Сказать, что я удивлен, значит, ничего не сказать. О чем там я совсем недавно сетовал, что у меня давно не было времени и возможности просто побродить по станции, поболтать с прохожими? Ну вот теперь волей-неволей я такую возможность получил. По крайней мере, что касается брождений. На болтовню, скорее всего, время выкроить не удастся.
Оставив дела на вахтенного специалиста, встаю на верный самокат и отправляюсь на незапланированную инспекцию.
Демьян оказывается прав! Что естественно, он все-таки подключен к базе данных игры. Умом я это знал, но поверить вот так просто никак не мог. Однако выясняется, что ни «Глаз Бога», ни «Нож-затейник», ни еще с пяток различных кафе и едален, которые я помню по своим прогулкам, не просто не работают — от них даже вывесок не осталось, только безликие помещения, где, кажется, может размещаться любой бизнес: от парикмахерской до частного морга.
— Демьян, — спрашиваю, стоя рядом с закрытой металлическими жалюзи дверью, — как давно пустует это помещение?
— С пятого дня третьего месяца 8091 года, — сообщает Демьян.
Мне требуется некоторое напряжение ума, чтобы вспомнить: по игровому времени это было самое начало гуманитарного кризиса с Дей-ко.
Да я ведь буквально пару дней назад сидел в том же «Глазе Бога»!
На этот раз мне не удается быстро успокоить свое возмущение, я бы даже сказал, офигение.
Нет, сразу совершенно понятно, что это опять какие-то игры разрабов, которые зачем-то решили переписать сюжет игры. Ну как с моими вахтенными специалистами. Непонятно, для чего, но допустим.