Сергей Плотников – Соло для капитана с оркестром (страница 51)
А с другой стороны, кому мстить-то? Если Володька здесь заведет девушку или жену, то уж они-то будут местными и в курсе здешних порядков, наверняка и его просветятят… Особенно, если он будет получать гражданство.
Хотя с Володьки станется проигнорировать намеки, а открытый текст принять за местные суеверия. В общем, сказать все-таки надо.
— Ладно, — сказала Катерина, — я дам тебе адрес, раз так настаиваешь. Но, по-моему, зря ты. Меньше знает — крепче спит.
— Спасибо, — сдержанно поблагодарил Сашка. — Завтра разыщу его.
Но ни в тот, ни на следующий день Сашка Володьку разыскать не смог — слишком много было дел. А на третий день настал срок операции «ловля на живца».
***
Они толком не знали, как неизвестный убийца — или, может быть, эфирная сущность, сбежавшая из мобильной лаборатории «Присциллы» при их помощи — отыскивала своих жертв.
Поэтому на всякий случай поступили просто: группа «Контрабандисты» должна была дать концерт в одном из городских парков, о чем оповещало несколько плакатов, развешанных в стратегических местах. Выступать решили вчетвером, без Людоедки: кому-то нужно было охранять корабль — и принять доставку провианта, который она уже заказала. Кроме того, ей единственной нечего было противопоставить неведомому убийце.
Никакой рекламы кроме этих афиш, развешанных в местах, где видели маньяка, не было. Сотник заверил их, что эти места не слишком людные, поэтому много зрителей ждать не приходится.
— А не заподозрит ли что-нибудь это создание? — спросил Сашка.
— У вас будут слушатели из числа стражи, — кивнул полусотник Паштрович, который занимался организацией концерта. — Думаю, твари хватит.
— А если это не тварь? Даже если это эфирная сущность, раз она так долго скрывается среди людей, значит, что-то о наших делах должна соображать…
— Вы что, хотите, чтобы стража Порт-Суглата обеспечила вам бесплатную рекламу? — удивился полусотник.
— Нет, — сказал Сашка. — Просто радею за ваше же дело. Ну, не хотите — как хотите.
Паштрович только головой покачал.
Кстати, отличная маскировка убийцы казалась Сашке самым надежным доводом против того, что они действительно имеют дело со спрутом или другим порождением эфира. Эти существа по определению малоразумны — а даже если были бы умнее всех на свете, все равно не так-то просто столько времени выдавать себя за своего среди существ с другой культурой и другими обычаями! Если же тварь изображает какого-нибудь живущего в парке чокнутого бомжа, то в чистеньком ухоженном Порт-Суглате ее бы поймали давным-давном, без всякого участия экипажа «Блика».
Или остается предположить, что эти эфирные твари умеют вселяться в тела людей, порабощая их волю, а заодно получая в свое распоряжения все их знания и опыт — как демоны из фантастических романов. Но, если честно, ни одного существа, способного на это, человечество до сих пор не встретило и не вырастило в своих рядах. Даже вампирам при всей их магии крови такое неподвластно: заморочить голову, запугать, прочесть поверхностные мысли, даже выжечь мозги, превратив в послушную марионетку — вот что они могли, но о реальном «вселении» речи не шло, сколько бы средневековые чародеи ни пытались обрести бессмертие таким образом!
Но сотник Эдмундсен почему-то был уверен, что они имеют дело с тварью. Его команда, похоже, полностью разделяла эту уверенность.
Ну, сам Сашка и его собственная команда — то есть Сандра, Бэла и Катерина — решили на всякий случай не исключать уникального мага с набором самопальных приспособ (возможно, графических печатей, как у Володьки). И подготовились соответственно. Например, взять с собой холодное железо: помогает развеять даже те чары, где серебро бесполезно.
Однако без неожиданностей не обошлось.
Хоть Паштрович и Ко не стремились сделать концерт достоверным, они все же арендовали эстраду в парке, специально для летних выступлений, и вполне пристойную барабанную установку с усилителем. Сашка наотрез отказался вытаскивать ради этого дела корабельную: уж слишком долго было ее разбирать, волочь и настраивать. А вот прочие инструменты, гитары и скрипку, они взяли свои, чтобы не возиться.
И, пока они проверяли звук и уже привычно промеривали шагами сцену, лавочки перед ней начали понемногу заполняться людьми!
И это несмотря на то, что время было выбрано такое, чтобы в парке оказалось как можно меньше народу: в середине рабочего дня.
— Так у нас полгорода соберется, — заметил Сашка, бросая взгляд на понемногу прибывающий народ из-за установленного на сцене матерчатого экрана. Кроме экрана их «труппу» защищали от нескромных взглядов еще маскировочные заклятья Сандры, но Сашка все равно предпочитал лишний раз не светиться.
Похоже, все окрестные мамочки с колясками и сбежавшие из школы подростки, а также пенсионеры пришли посмотреть на дармовое развлечение.
— Нужно было репертуар какой-то несимпатичный подобрать и плакаты оформить по-другому, — озабоченно сказала Сандра. — Эльф-металл какой-нибудь. Хотя бы мамочек и старушек не было бы!
— Надо было брать деньги за билеты, — нахмурилась Бэла.
В ней, как это частенько бывало при выступлении, проснулся прожженный сценический продюсер.
— М-да, незапланированная ситуация, — на сцену взбежал сотник Эдмундсен и присоединился к их импровизированному совещанию за сценическим экраном. — К сожалению, применить для разгона административные меры стража не может. Мы выдадим себя. У вас есть какие-то идеи?
— Затянуть начало? — предположила Катерина. — Люди не любят ждать, уйдут сами…
— Не годится, — покачал головой Эдмундсен. — Наш убийца не музыку слушать придет, он может явиться и тогда, когда вы еще не будете играть.
— А как насчет сферы отрицания вокруг сцены? — предположила Сандра.
— Вы сами убедились, что сфера отрицания для этого существа не преграда… — нахмурился сотник.
— Вот именно! — воскликнула кормчий. — Никто кроме него и не сможет залезть.
Эдмундсен задумался.
— Слишком рискованно, — решил он. — Лучше отменить всю операцию. Люди могут пострадать.
В первый момент Сашка обрадовался этому решению. Во-второй...
— Вы же сами сказали, что если этот товарищ видел плакаты, то все равно явится к назначенному времени, — возразил Сашка. — Кроме того, не так-то быстро разобрать весь этот сетап!
Под «сетапом» он имел в виду сцену и оборудование.
На самом деле за Сашкиными возражениями стояла совсем другая причина. Он представил, как этот таинственный враг «Блика» следует за ними от планеты к планете. Вдруг он продолжит свой мстительный вояж? Здесь, на Порт-Суглате, местная стража помогает им его поймать. Не факт, что где-то еще им так же повезет. И совсем уж лишнее — тащить такой сувенир с собой в неизвестность на Роовли-Кообас.
Эдмундсен поколебался.
— Пожалуй, вы правы, — сказал он. — Хорошо. Но сферу отрицания будут создавать мои люди.
— Да запросто, — согласился Сашка.
Чем меньше нагрузки на него и на девчонок, тем лучше.
Сферу — точнее, купол — организовали довольно быстро, хотя для покрытия такого размера пришлось задействовать графические печати и вроде бы даже парочку амулетов. Но люди Эдмундсена свое дело знали, и очень скоро маленькая парковая сцена и жмущиеся за экраном музыканты оказались защищены блестящим мерцающим пологом.
День выдался пасмурный, так что сфера отрицания смотрелась великолепно, особенно под местными сумеречными папоротниками. Голубоватые блики бегали по телам и лицам музыкантов.
— Ничего себе эффекты, — сказал Сашка Бэле. — Может быть, как-то обыграть?
— Играем как запланировано, — решительно сказала она, снова напомнив Сашке прожженого музыкального продюсера. — Хуже нет, чем менять репертуар прямо перед выходом на сцену!
— Давайте, может, начнем? — спросила Сандра. — Я подустала держать это маскировочное заклятье!
— Начинаем, — скомандовал Сашка.
После этого Сандрино заклятье растаяло веселенькими розово-голубыми брызгами, а сами члены группы «Контрабандисты» с залихватскими «пиратскими» воплями выскочили на сцену.
Они были примерно в том же амплуа, что и на Мирабилис, но Сашку почему-то уже не беспокоил тот факт, что на нем — пародия на флотскую форму. Кажется, он привык к мысли, что этот путь для него навсегда закрыт, примирился с ней…
Мелькнула мысль: «Надо же, а я соскучился».
Соскучился, как оказалось — по этой секунде, жуткой и великолепной, перед тем, как ты начинаешь представление. Когда на тебя смотрит множество глаз, и ждут от тебя чего-то великолепного, а ты — готов им это дать, жонглируя вселенной на кончиках пальцев! По моменту, когда музыка готова начаться и перевернуть мир, через тебя, но не для тебя одного…
Слишком пафосное ощущение для какого-то маленького парка, особенно учитывая, что весь этот концерт не более чем прикрытие, но что поделать? Сашка так чувствовал, и это чувство показалось ему на секунду почти таким же потрясающим, как упоение эфиром.
— Привет! — крикнул он в заговоренный деревянный микрофон. — Это абордаж!
И издал громкий восторженный вопль, от которого, по замыслу, даже у зрителей на самых дальних скамейках должно было заложить уши.
Наверное, так и было — во всяком случае, над папоротником поднялась стая птиц.
— Ты помнишь, что мы вообще контрабандисты, а не пираты? — прошипела ему в спину Сандра.