Сергей Плотников – Смертник (страница 38)

— Растет трехустка не так уж далеко от границы, но обычно на день-два пешего хода вглубь забираться приходится…

Я же про себя отметил: ага, для нее это «недалеко»! Для большинства отрядов добытчиков два дня пешего хода, то есть километров пятьдесят, — максимальная глубина, на которую они рисковали засовываться к эльфам. Но Метелица со своим отрядом совершала и недельные рейды, я про это уже слышал. Причем не только летом, но и зимой — отсюда и ее прозвище.

— … Чтобы справиться с заказом, мне придется нанимать дополнительных людей, увеличивать частоту ходок. Твой «запорный» эликсир очень нам поможет. Кроме того, все очень хвалят твою версию мази от ожогов. Воспламеняющий эликсир — один из самых ходовых боевых, при обращении с ним ожоги не редкость, так что это очень поможет. Хочу, чтобы ты подготовил мне большую партию. Вот прямо как приедем в лагерь, сразу начинай готовить. Что не понадобится, то продашь, разумеется, за вычетом стоимости ингредиентов по закупочной цене вся прибыль — твоя… Еще мне очень понравился твой общеукрепляющий эликсир, который всем пихает ваш трактирщик. Вкус довольно приятный, но даже не в этом дело. Правда ли, что те, кто его пьют регулярно, становятся бодрее и реже болеют?

Я пожал плечами.

— Смотря как пить. Если в той концентрации, что Рейнард разбавляет, — скорее, все-таки нет. Но если пить так, как я варю, то да, помогает. Только эффект не сразу становится заметен, нужно хотя бы по полстакана в день примерно недели три попить — тогда действительно толк будет.

— Интересно… Я ведь купила у трактирщика рецепт этого отвара. Насколько я понимаю, ничего необычного там нет, все эти травки и ягоды в других сборах тоже попадаются.

Читать ли ей лекцию про витамины? Еще решит, что я какую-то лапшу на уши вешаю, как раньше, похоже, решил Рейнард… А, ладно, какая разница. Если она хочет меня подробнее расспросить, то почему нет?

— Человеческому телу нужны некоторые редкие вещества, которые ему трудно получить из обычной еды. К счастью, нужны в очень небольших количествах. Но без них становится хуже — люди менее внимательны, чаще болеют, — пояснил я. — Концентрация этих веществ в разных частях растения — разная. Большинство травников и даже алхимиков все растительные ингредиенты или там животные вываривают. Но термическая обработка некоторые такие вещества разрушает. Иногда нужно не варить, а настаивать. Иногда — растолочь. Иногда отжать масло прессом… впрочем, это тонкости ремесла. От того, как именно добывать рабочую субстанцию, зависит, будет ли эффект, и насколько серьезный.

Метелица остро взглянула на меня.

— Да ты клад, Эрик, — серьезно сказала она. — Не думала, что встречу на фронтире еще одного человека, который учился по книгам из Старших миров!

О, я опять спалился? Да ладно, правда уже пофиг.

Метелица больше ничего не спросила, только кивнула каким-то своим мыслям.

— Хорошо, — сказала она. — Раз так, то я бы хотела, чтобы ты еще кое-что для меня сделал. Разумеется, за процент от прибыли, — еще один острый взгляд. — Когда доберемся до лагеря, проинспектируй, пожалуйста, наш склад алхимических ингредиентов — я имею в виду, не просто посмотри, что тебе самому нужно и возьми, а именно проверь, как там все хранится, заготовляется и тому подобное. Это тебе будет мое первое задание. Тогда сверх твоей доли как участника отряда еще две части из моей собственной доли — тебе.

— Хорошо, командир.

В той деревне, где мы заночевали, Метелицу встречали, как любимого барона или князя. В смысле, не с хлебом-солью только потому, что тут не было такого обычая — а так ей и холодное пиво вынесли, и пироги, и в доме старосты уже оказалась для нее постель готова. Меня поселили в одной комнате с казначеем Лартом над местным трактиром — больше комнат у них не было, деревенька оказалась поменьше Королевского брода. То есть мне досталось почетное место, как особо ценному специалисту!

Я хотел было отказаться и уйти ночевать на сеновал при доме старосты, как поступили остальные пять человек из нашей партии… а нет, четыре, потому что у Дрерри тут нашлась сговорчивая вдовушка на примете, у нее он и остановился! Эти четверо тоже могли бы «разобраться» по домам при желании, но они, я так понял, предпочли держаться рядом с Метелицей — вроде как для охраны. Так вот, я хотел было поступить так же, но вовремя вспомнил реплики своей новой командирши о том, что и так я выделяюсь, и сяк я выделяюсь… и решил не выделяться, а стараться, наоборот, четко вписаться в мою новую нишу. А она состоит в том, что я действительно теперь «рабочая элита» — личный алхимик стихийного мага! Ни хухры мухры, как я начал понимать.

Да, статус Метелицы действительно опирался на то, что она была стихийным магом — а вовсе не на то, что она была лидером большого отряда! Точнее, не совсем так: большой и преуспевающий отряд ей не удалось бы сколотить, не будь она стихийным магом, и за отряд ее уважали в этих краях еще больше. Но основа основ действительно заключалась в ее магическом даре! Что там, когда мы въехали в деревню, я увидел штук пять ребятишек, мал-мала меньше, которые зачем-то выбежали на площадь и замерли поодаль. Подумал, чего это они, неужели милостыню будут выпрашивать? Вроде, деревня хоть и меньше Брода, но зажиточная, да и не принято это на фронтире…

Но дети ничего не просили, просто стояли себе, завороженно глядя на Метелицу издали, и только один малыш лет двух, не понять даже, какого пола (тут принято в этом возрасте всех подряд рядить в длинные рубашки), воскликнул:

— А тетя будет колдовать?

На него тут же зашикали ребята постарше, в том смысле, что молчи, мол, и что нельзя звать Госпожу Метелицей тетей! Метелица улыбнулась, подмигнула ребятенку и плавно повела рукой. Тут же возникло несколько смерчиков, которые подняли с земли пыль, сухие травинки и мелкие листики. Дети охнули, а когда ветер пронесся у них над головами, раздувая волосы, вообще восторженно завопили.

Мне, кстати, во взгляде Метелицы, обращенном на детей, почудилась грусть, даже тоска — но, может быть, это только показалось.

А вот в ее стихийной магии я ничего толком не заметил. В отличие от некромантии или магии жизни, я не мог видеть истечение магии, даже смутно! Чужая стихия оказалась от меня дальше, чем две ближних по магическому кругу не-стихийных магии. Печаль-беда. Нет, реально очень жаль — ведь я еще два года назад рассчитывал на встречу с Метелицей как на шанс, быть может, подглядеть у нее прием-другой по обращению с огненной магией!

Нет, шанс еще оставался — может, как-нибудь сумею разговорить на эту тему и окажется, что приемы плюс-минус похожи. Но на глазок точно ничему не научусь. Увы.

Кстати вот, если так подумать, вдвойне обидно: маги Огня считаются самыми редкими и элитными магами, еще круче магов Воздуха. Так что я с моей запредельной пропускной способностью должен быть вообще кумом королю. Но вместо этого вынужден прятаться и скрываться. Ладно, пофиг. Учитывая все, что я знаю пока об этом мире, очень может быть, что пытаться тут встроиться в элиту — как бы не опаснее, чем шифроваться по фронтиру! Вон, та же Игнис Дагсен почему-то предпочла второй вариант первому. Если она не прячет за приятным фасадом каких-то запредельных извращений или темных мотивов — что вполне вероятно — очень может быть, что причина в чем-то таком. Интриги выдавили ее прочь. Потому что в несчастную любовь и всякие прочие истории подобного толка я совершенно не верил.

Переночевал я нормально: Ларт оказался мужиком спокойным, перед сном не болтал, единственную свечу почем зря не жег, не храпел и ногами не пинался — да, мы спали на одной кровати, нормальная практика для здешних мест. Хотя на сене, пожалуй, в такую погоду все равно было бы удобнее. Но — статус.

А на следующее утро мы уже доехали до «лагеря» Метелицы.

Н-да, слово «лагерь»-то оказалось обманчивым!

Не то чтобы я ожидал увидеть палаточный лагерь в стиле туристических стоянок моей родины, но нечто, однозначно, временное. А увидел целый маленький городок за деревянным частоколом! Да, рубленый из дерева — ни каменных, ни кирпичных домов тут не водилось, и почти все строения были сложены из леса-кругляка, как старорусские избушки. Но это все вполне способно было простоять десятилетиями!

Кстати, заодно и выяснилось, что тут делала магесса Жизни: этот укрепленный форт стоял не ближе к границе эльфийских земель, чем среднестатистическая крепость! То есть эманации долетали, но высокие стены вполне служили им преградой. Внутри самой крепости ничего не чувствовалось. А в экспедиции, видимо, лекарша с отрядом не ездит.

Сам отряд Метелицы насчитывал человек двадцать пять постоянного состава и еще с десяток регулярных контракторов — тех, кто в крепости не жили, но присоединялись для сезонных вылазок. Кроме того, тут же, в крепостице, обитало несколько семей, которые занимались обслуживанием этой оравы, и несколько учеников-добытчиков подросткового возраста, фактически, исполняющих обязанности слуг и оруженосцев. В общей сложности на выпуклый глаз более пятидесяти человек. Когда я уточнил цифру у казначея Ларта (кому и знать, как не ему), выяснилось, что население Зимней крепости слегка колеблется, но в основном составляет, действительно, пятьдесят восемь человек, включая меня. Это те, кто планирует жить в течение длительного времени. И еще часть народа наезжает, в том числе крестьяне, которые привозят с караванами продовольствие и другие заказанные товары, после чего останавливаются на ночь.