Сергей Плотников – Плюшевый: предтеча (страница 38)

Когда я с моими людьми вошел, хозяин — еще молодой, не без претензий на состоятельность одетый человек с подкрученными усами и бородой — вышел нам навстречу.

— Глава Коннах! — воскликнул он. — Надо же! Как же вы…

— Очень осторожно, Фирис, — усмехнулся я. Мужик был одним из лучших информаторов Уорина Плессена, и почти «официальным» шпионом Дубов: сложно держать заведение так близко от улицы Цапли и не взаимодействовать преимущественно с нами. — Тащи мне и моим людям поесть, а заодно расскажи, что творится в городе.

— Ох, Глава… — пробормотал трактирщик. — Много всего творится, сразу и не поймешь. А завтрак вам будет, в лучшем виде — если не побрезгуете томленой капустой с кроликами.

Я мельком подумал, не те ли это кролики, что в изобилии производила наша лаборатория.

— Пусть рецепт прост, но твои продукты всегда свежие, а приправы хороши, — улыбнулся я Фирису. — Не побрезгую. Особенно с такой приправой, как твой рассказ.

…Рассказ, однако, мог бы отбить аппетит у кого угодно — кроме людей, которые только что скакали всю ночь и все утро. Наши подмастерья и ученики трескали спокойно, а вот мы с Фидером, отсев за отдельный столик, внимательно слушали все, что Фирис мог нам изложить о ситуации в городе.

По словам Фириса, в городе царило брожение. Отряды гвардейцев дежурили у многих крупных гильдий и Школ, однако в драки не вступали. Рынок был закрыт, хотя многие торговцы из тех, кого все же пропустили в город ночью, умудрились продать свои товары прямо с телег — и частенько втридорога. Горожане предпочитали на всякий случай сидеть по домам, даже мусорщики на работу с утра не вышли.

— Пока ничего, но если это продлится еще хотя бы сутки — весь город будет очень дурно пахнуть! — горестно произнес Фирис. — Плохо для заработка. И на завтрак ко мне всего пара человек пришла, самые отъявленные смельчаки!

— Постараюсь разобраться с этим делом как можно быстрее, — заверил я его.

— Не сомневаюсь, раз вы в городе — скоро все разрешится, — кивнул Фирис с поразившей меня самого уверенностью.

Впрочем, мужик он смелый и неглупый, раз рискнул открыть свое заведение даже в такой обстановке. Да и вообще если рискнул сработаться с Плессеном.

— Но самое неприятное, — продолжал Фирис, — похоже, они собирают гигантские пращи для штурма вашей резиденции, господин!

— Серьезно? — удивился мастер Фидер. — Гигантские пращи? Кто и когда их видел последний раз!

— Там командуют люди с медальонами императорских инженеров, — серьезно проговорил Фирис. — На холме Семи Сестер, аккурат между вашей резиденцией и Ареной строят! Говорят, эти штуки чуть ли не на полкилометра камнями пуляют, особенно ежели с возвышенности.

— Ну-ка, расскажите мне, что это за гигантские пращи, — попросил я, нахмурившись. — Мельком видел что-то в какой-то книге, но толком не помню…

Фидер живо описал мне классическую конструкцию требушета, которые порой использовались и в терранских войнах. История нашей планеты после Исхода отличалась удивительным миролюбием — вспыхивали только локальные конфликты. Трудновато воевать, когда единственные магические силы находятся в ведении идеалистичных детей-волшебников, как правило, жестко пресекающих масштабные драки. Однако именно поэтому многие владыки искали способов завершать подобные конфликты как можно быстрее, придумывая для этого различные инженерно-технические диковины. В частности, такие вот гигантские «рогатки», способные закинуть здоровую каменюку метров этак на двести-четыреста.

Судя по словам Фидера, здесь подобные средства применялись в древнеэремских войнах. Теперь же они почти не используются, но пару раз имперские Школы — конкретно Школа Звезд, стрелковая Школа — выкатывали нечто подобное для замирения крупных мятежных деревень, что могли себе позволить нанять большой отряд сильных бойцов.

Я только головой покачал. С моей точки зрения, полезность подобных снарядов была весьма сомнительна в мире, где даже замков не строили потому, что высокоранговый боец способен пробить кулаком почти любую стену. Но…

— Потому что снарядами они стреляли не простыми, — объяснил мне Фидер. — Ядовитыми. Там какой-то древний секрет, их как-то поджигали, и они тлели, и отравляли всех, кто это вдыхал!

— Ого, — я припомнил порошковый яд, от которого чуть не умер три года назад. — Думаете, они собираются закинуть в нашу резиденцию такой подарочек?

— Похоже на то, — мрачно сказал мастер Фидер и стиснул ложку, которой ел, так, что ручка расплющилась у него в пальцах. — Как император мог пойти на такое бесчестье⁈

— Ну что ж, — пожал плечами я, залпом осушая кружку кисловатого компота из сушеных флюнов. — Это просто означает, что у нас развязаны руки.

Между прочим, действительно большой плюс. Давление общественного мнения — тяжелое бремя в любом обществе, как ни удивительно, и в таком, где не существует средств массовой информации и в целом мораль тяготеет к «праву сильного». Даже здесь есть границы, которые не стоит переступать. И Лимарис своим поведением вплотную подошел как раз к одной из таких.

Впрочем, причины его поступков в целом понятны: он понял то же, что стало очевидно мне еще в первый год в этом мире — империя держится вместе только по инерции, малейшего толчка хватит, чтобы развалить это аморфное образование. Вот он и идет на самые решительные меры, чтобы законсервировать процесс.

В иной ситуации я бы ему посочувствовал и, может, даже помог: я, вообще-то, считаю крупные государственные образования имперского типа единственным способом двигать человечество на пути к прогрессу. Да вот беда: квантовым переносом меня закинуло отнюдь не в тело императора! И даже не в тело кого-то из его приближенных!

Что ж, теперь, когда я получил первичные разведданные, передо мной встал вопрос, как попасть в собственную резиденцию через блокаду Гвардейцев.

Можно было бы позволить себе потратить часть драгоценного запаса магических кристаллов на то, чтобы высоко взлететь и перемахнуть стену. И даже перенести моих спутников. На перенос тратишь больше маны, чем на собственную левитацию, но, опять же, это вопрос только наличия запасов.

Однако я выбрал другой вариант.

Я ступил прямо на улицу Цапли из переулка Лягушки (официально он назывался как-то иначе, но остряки прозвали его именно так) и остановился прямо напротив тройки Гвардейцев, блокирующих вход в резиденцию.

Кроме гвардейцев, вход блокировали еще и завалы щебня, и вообще вся улица была изрыта кратерами. Один — явно от «светлячка»: ничему другому, способному вызвать такие разрушения, я Герта не учил. Однако. «Светлячок» — это едва не полтора больших магических кристалла, а то и два (стандартизировать природные кристаллы нельзя, из-за различий во внутренней структуре они хранят разное количество энергии). Остальное… нет, точно не обыкновенные файерболлы, у файерболлов очень низкая поражающая способность, они только против слизней и годятся. Скорее всего, ледяные снаряды; на это же намекали и лужицы воды кое-где в лунках. Навскидку Герт потратил как минимум половину резерва, что должен был оставаться у него в резиденции. Неприятно.

Я, конечно, захватил с собой все кристаллы, что у меня были — а взял я много, поскольку сам новые делать не мог, кристаллы же порой портятся и перестают годиться для перезарядки. И в кошели напихал, и обвешался побрякушками чуть ли не с ног до головы. С год назад, когда я заказал и начал таскать на себе массу украшений с самоцветами, еще и отшучиваться от знакомых приходилось: мол, всегда любил драгоценности, но не мог дать себе волю — а теперь финансы, возраст и статус отца семейства наконец позволяют (совсем подростку или юноше неприлично увешиваться золотом). Однако даже если бы я вез за собой тележку с камнями, этого не хватило бы на полномасштабную войну.

Мой отряд — Фидер, подмастерья и вторые ранги — стояли позади, всего восемь человек. Немного, но достаточно солидно, и, по моим расчетам, этого должно было хватить.

— Приветствую вас, мастера, — сказал я. — Я — глава Коннах, законный хозяин этой резиденции. Расступитесь.

Разумеется, гвардейцы и не подумали меня послушаться. Один даже сказал:

— Твои фокусы не чета нашим доспехам!

Ну да, подумал я, лица опалены и ошпарены, у одного перевязана голова — но доспехи целехоньки. Вероятно, они действительно неплохо защищают от последствий магических драк.

Однако сам факт, что гвардейцы не атаковали меня и мою группу немедленно, говорит: Герт отлично их напугал. Молодец, братишка.

— Мастера гвардейцы, — сказал я. — Вы меня не так поняли. Скажите, какие приказы вам отданы насчет этой резиденции?

— Это вас не касается, глава Коннах, — холодно произнес тот, которого я счел главным.

— Вероятно, — кивнул я. — Но есть ли в этих приказах хоть что-то про меня? Должны ли вы меня задержать? Или препроводить в императорскую резиденцию? Или не пускать ко мне же домой?

Гвардейцы переглянулись.

Сами по себе императорские гвардейцы — высококвалифицированные юниты, соответственно, у них довольно широкая автономия в плане принятия решений. Однако по той же причине они должны понимать, что ситуация очень деликатная, и что хороших вариантов действий у любой из сторон остается тем меньше, чем дольше длится противостояние.