Сергей Плотников – Не... спаситель мира?! (страница 24)
— «Звук» меняется, я вижу, как вокруг тебя вихриться… что-то, — прокричал мне со своего места сверх-сенсор. — Но с пробоем ничего не происходит!
Получается, я все же не могу заткнуть собой портал — не хватает моей нормализации. Причем речь идет о несовпадении возможностей на порядки, раз вообще никакой реакции у «дыры» нет. А значит, скорее всего, смогу попасть в другие миры. Ну, хоть так.
Глава 21 без правок
Говорят, самое сложное — ждать и догонять. Ну, не знаю как на счет второго — а первое точно нет. Может, просто сыграло то, что наконец-то от меня ничего не зависит. Три недели назад мы вернулись в Лобачевский, где отдел кадров «НИИ Физики пространства» закрыл мой рабочий договор на участие в экспедиции и… день-в-день принял на работу внештатным лаборантом. Еще две недели потребовалось Михаилу обработать и свести добытые и подтвержденные данные, чтобы написать отчет. Вместе с отчетом Филлипов приложил свою докладную записку, в которой коротко и по существу расписал вновь открывшиеся благодаря мне возможности по исследованию территорий за порталами.
Единая Национальная Информационная Система, объединяющая в том числе все НИИ (а также военные части, госпредприятия, и так далее), не давала возможности «затерять» записку или не дать ей ход: все заинтересованные лица в армии, разведке, правительстве, аппарате президента и еще во множестве мест документ обязательно прочтут. И обязаны будут хотя бы ответом отреагировать — не отправителю, понятно. Именно потому составление «записок» неофициально руководством на местах не одобрялось и инструментом рядовые сотрудники, нацеленные на карьеру, обычно старались не пользоваться: внимание вышестоящих структур — этакая палка о двух концах.
Да и самого инициатора, если тот посылал какую-то хрень, пусть и не наказывали совсем уж явно, но косвенно сверху подпортить жизнь очень даже могли. Никто не любит спамеров и троллей, ага. Но в нашем случае ситуация как раз сложилась такая, для которой система «записок» и создавалась. Оставалось только подождать, пока шестерни государственной машины провернуться и надеятся, что оборот будет не холостым. А пока…
Декабрь в наукограде выдался снежным, пасмурным, зато не особо холодным. Самое то для любителей активного отдыха на природе. Причем огромный городской парк у местных для катания на лыжах решительно не котировался: мол, там детишки пусть снег портят на уроках физры. Что уж говорить о тех, кто вместо силы собственных ног предпочитал напрягать двигатели снегохода или внедорожника (обычно под видом «ну мы тут на рыбалку подлёдную поехали»)? В общем, предлог убраться подальше от границ Лобачевского с его сплошным видеонаблюдением мне долго искать не пришлось.
Электроснегоход оказался машиной с норовом: перевернуть его без опыта вождения у меня получалось практически на ровном месте, стоило чуть «притопить», одновременно поворачивая руль. Автопилотами, понятно, эти бешенные болиды никто и не пытался снабдить, так что затея могла сильно забуксовать, хех, во всех смыслах. К счастью, Зэте удалось укротить механического зверя на лыжно-гусеничном ходу буквально за считанные минуты — а мне лишь оставалось покрепче прижиматься к любимой во время движения.
— Как же тут красиво-о!!! — синта раскинула руки, кружась на одном месте.
Вид на замерзшую реку с обрывистого, метров десять высотой, берега и правда открывался шикарный. И снега на поляне-площадке под кронами высоченных сосен, с тех пор, как его расчистили в последний раз, почти и не нападало — явно люди сюда приезжали отдохнуть не только летом. Немного потоптавшись, я обнаружил аккуратный низенький навес рядом с обложенным камнями кострищем, под которым добрые люди оставили запас почти сухих дров.
— Удивительное здесь единение с природой ощущается, — когда огонь затеплился, подсела рядом и поделилась своими впечатлениями Зэта.
Я только мысленно хмыкнул, пододвигая к себе поближе корф со взятой с собой едой: услышь подобное из уст синтетического существа один из здешних маститых профессоров-кибернетиков — небось себе все волосы из бороды повыдергивал бы. А вот моей девушке искусственное происхождение ничуть не мешала чувствовать себя частью природы.
Часа два мы просто наслаждались ситуацией — пока не нажгли достаточно углей под запекание мяса и картошки. Впрочем, к готовке тоже приступили без спешки: это людям без большой нужды не рекомендуется кататься по лесу зимней ночью, так быстро приходящей на смену короткому декабрьскому дню. А вот буквально нашпигованной датчиками и сенсорами синте светло, темно — большой разницы нет…
— Можем начинать, я думаю, — предложил я, отведав шашлык.
— Рядом никого, — Зэта не поленилась отойти от засвечивающего ей часть аппаратуры костра и обойти его кругом.
Ну что ж.
«Большой слот номер один: выгрузка!»
— Фая? — я отмахнулся от интерфейса вирит-комплекса, разглядывая появившуюся на утоптанном снегу… собаку. В этот раз самую настоящую собаку — нормальных габаритов и вида, с шерстью сочного коричневого оттенка и умными черным глазами. И вроде как действительно породы «борзая».
Бордовая… хотя какая она теперь бордовая? — в ответ на свое имя пару раз взмахнула хвостом. А когда я протянул руку — подошла и ткнулась в ладонь мокрым холодным носом.
— Смогла засечь что-нибудь? — погладив животное по умной голове, не оборачиваясь спросил я у Зэты.
— Именно «что-то», — отозвалась она. — Данные со сработавших датчиков есть, но…сигнал был очень слабый и его запись потому довольно сложно интерпретировать.
— Ладно, потом еще поэкспериментируем, — решил я. Чем дольше я смотрел на собаку, тем больше видел в ней именно ту
Борзая сорвалась за брошеной палкой как выпущенная стрела — подхватила деревяшку едва ли не раньше, чем та успела коснуться снега. После чего принесла её мне и положила у ног, опять скупо и вежливо вильнув хвостом. Мне аж стало стыдно: сказать мне собака, разумеется, ничего не могла, но её движения и позу я «перевел» как «ну что, еще дурацкие задания будут?»
— Ммм… — я на мгновение задумался. — Разведка?
И опять Фаю словно сорвало с места ураганом — но при этом у меня осталось четкое впечатление, что борзая этим приказом осталась не в пример более довольна.
Это комплекс отреагировал на мое желание узнать, расходуется на манифестацию энергия. Судя по ответу — нет. А если — так?
Я моргнул, и вторая картинка в сознании так же послушно пропала, как и появилась. А вот глаза все так же хотелось как минимум хорошенько протереть: уж слишком размытой и нечеткой получилась передача изображения…
Если бы у вирит-комплекса был разум, наверняка я услышал бы тяжелый вздох. А так — только почувствовал, что к моему мысленному взору
Отлично. И где я такой модуль возьму?
Ответ пришел, откуда я его не ждал: секунд через двадцать на площадку перед костром опять выскочила борзая, сжимающая в пасти что-то белое. Когда она аккуратно положила свою добычу мне под ноги, оказалось, что это…
— Серая куропатка!* — уверенно опознала Зэта и удивилась: — Надо же, еще живая! Как Фая её аккуратно поймала и донесла. Только помяла и придушила, а так, похоже, даже все кости целы!**
Почему-то так я и думал. Ну и что мне с этим… охотничьим трофеем делать? Фае скормить? Помниться, читал в интернете, что птичьи кости для собак и кошек попросту вредны…
Я все же протянул руку, намереваясь рассмотреть безучастно лежащую у моих ног добычу. И именно этот момент выбрала куропатка, чтобы перестать изображать из себя мертвую тушку и попытаться взлететь. Поймать я её попытался чисто машинально, на одних рефлексах — разумеется, пальцы бессильно скользнули по перу…