Сергей Плотников – Аколит (страница 8)

До «земляного города» мы добирались почти час: Мартин правил лошадьми уверенно, но до профессионального кучера ему было далеко, а ширина улиц и постоянный уклон не добавляли простоты управлению. Опять же, на воротах пришлось постоять: сначала на одних, потом на других. Створки раскрыть быстро, зато у командиров нарядов стражи, разумеется, нашлись срочные дела, которые они собирались передать пироманту прямо вот на днях, а тут такой неприятный сюрприз с отбытием ценного специалиста в командировку. Разумеется, маг делать ничего не стал, но пока поговорили, пока сроки согласовали, пока опять поговорили…

– Вух, – смахнул выступивший на лбу пот наставник: не сказать, чтобы так уж припекало, хотя было не в пример теплее, чем две недели назад. Да что там: трава давно уже зеленела по тем обочинам, где смогла вырасти, а в кварталах на холме в каждом дворе вспухли белыми сугробами цветущие сады. Весна твёрдо и уверенно вступила в свои права и готовила передачу дел близящемуся лету. – Арн, будь другом, забери у Таруса архивные документы, он знает какие. А то я чувствую, из кабинета командира Арсенала меня просто так не выпустят.

– Не вопрос. – Учитывая, чем занимается главный прозектор королевства, я, кажется, догадываюсь, что там будут за документы. Интересно, получается, маги не только сами работают со статистикой, но и получают данные от королевских структур? С другой стороны, логично – правителям разрозненных в административном плане королевств только на руку, если кто-то отслеживает вспышки эпидемий и прочие статданные. Наверняка копия этих архивных бумажек столь же регулярно уезжает в одну из резиденций Белых вместе со скромным служителем Церкви.

Вспышка мне обрадовалась, как могут радоваться вернувшемуся хозяину только лошади и собаки. И ведь навещал её каждый день, регулярно подкармливал лошадиным вкусняшками, гладил по белой шелковистой гриве – и всё равно. Разве что не облизала. И охотно подставляла бока, пока я закреплял чересседельные сумки и седло. В одну из сумок тут же отправилась мантия, а из распакованного тюка я достал свою лёгкую броню. Теперь наплечниками, наручами и наколенниками я пренебрегать не стал: не хватало ещё что-нибудь себе повредить или влипнуть в неприятности на пороге достижения своей основной цели. Освобождённое от упаковки эльфийское копьё заняло место в креплении на боку химеры, арбалет, вокруг которого был свёрнут тюк – на другом боку, а кобура – на моем поясе. Проверив, насколько легко извлекается оружие, я удовлетворённо кивнул сам себе. Отлично. Теперь, если что, я не менее опасен, чем Мартин. Даже более, потому что с близкого расстояния не постесняюсь долбануть молнией или Жизнью. Последняя в моих руках пока не столь мгновенно-смертоносна, но зато может убить без лишних внешних повреждений. Сюрприз для любителей дуэлей, мать их так!

Таруса я нашёл в комнатушке на втором этаже – его личном кабинете, где он практически не появлялся, предпочитая не вылезать из подвала. Зато когда всё же поднимался, коридор, словно по волшебству, вымирал: вроде как стражники и чиновники, здесь работающие, взрослые люди, и многим, как сказали бы на Земле, сам чёрт не брат, но – вот.

– Арн, барон Бертран, – подняв на меня глаза, произнёс мужчина. Узнал герб, конечно. Я специально перекинул плащ на плечо, чтобы офицеру тайной службы короля было сразу видно рисунок. Новый плащ – ту накидку, что вышивала Рона, я уродовать местным умельцам иглы и ножниц не дал. А так – пусть и не столь красиво, зато правильно с геральдической точки зрения. – Увы, некоторые загадки решаются проще, чем хотелось бы. Даже такой затворник, как я, наслышан про вашу мать… и отца. Удивлён только, что вы лишь сейчас решили пойти по стопам матери.

– О том, как я «решил», можно целый роман написать, – хмыкнул я, припоминая события почти четырёхмесячной давности.

– Полагаете? – поднял бровь дворянин и остановил меня жестом. – Тогда не лишайте удовольствия узнать самому. Некоторые моменты жизни, перейдя на бумагу, обретают особый… вес, вы не находите?

Я пододвинул к себе по столешнице тяжёлую, упакованную в тонкую кожу и тщательно увязанную укладку мне до подбородка высотой и понял, что нести её придётся двумя руками. Иначе просто не дотащу.

– Сложно спорить с истиной. – Я улыбнулся первой за всё время общения услышанной от этого своеобразного субъекта шутке. – Спасибо за всё, Учитель.

– Для получения этого высокого звания мне нужно было прозаниматься с вами в два раза больше, ваше благородие, – опять вернулся к своеобычному выражению лица и речи прозектор. – Впрочем… Если вам удастся добиться прохождения практики именно у меня, нет ничего невозможного.

– Если я смогу повлиять на выбор, – ответил я. Честно говоря, к трупам возвращаться совсем не хотелось, как и в Варнаву в принципе, но… отказываться заранее – глупее не придумаешь.

– Это будет хороший выбор для вас, – всё так же флегматично заметил Тарус. – Тайная служба, к которой я принадлежу – суть военная структура, часть гвардии его величества. Насколько я знаю, на поздних курсах обучающихся граждан в Нессарийском университете предпочитают посылать в зону активных боевых действий против изменённых в районе Горловины Шрама…

…ть!

– …Что в принципе даже логично, учитывая, насколько сильно нужны услуги подготовленных медицинских специалистов там, где есть постоянные потери в живой силе, – спокойно информировал меня мужчина и добил: – Насколько мне известно, ваша мать и ваш отец познакомились именно там.

– Это… очень интересная информация, ваше благородие, – уважительно поклонился я. Ничуть не сомневаюсь, что дела так и обстоят: если подумать, решение очень в духе правителей республики. Вот с-с… даже ругаться не хочется.

– Если будете проходить практику у нас, то вас, скорее всего, и на военной практике прикрепят к заградительному отряду нашей гвардии, – развернул свою мысль тайный службист. – Это вполне в обычном порядке вещей. Думаю, я с лёгкостью смогу объяснить его величеству и командиру отряда, почему человек вашего уровня талантов не должен торчать на линии укрепления, сразу за кордонами рубежников.

«Вербуют», – подумал Штирлиц. – «Впрочем, учитывая перспективы… может, придётся и согласиться».

– Я не забуду, – выделив голосом нужные слова, сказал я Тарусу и забрал бумаги. Тот кивнул, прежде чем вернуться к делам.

– Бумаги, наставник. – Я прямо с седла сгрузил изрядно задолбавшую меня укладку на пол брички. Хуже, чем чемодан без ручки, вот честное слово.

– Ох, отлично. – Мартина, видать, действительно капитально достали, поскольку новый груз он трамбовал под сидение едва ли не ногами. – Поехали отсюда. Каждый раз, когда я пытаюсь покинуть Варнаву, этот город словно превращается в лабиринт… Думаешь, будут неприятности?

– Я сам видел, как огненный сгусток даже не подпалил секача. – Я машинально попытался найти на древке копья чёрные следы: нет, оттёр-таки совсем. А вот правую перчатку пришлось отдавать кожевникам: мягкая замша со стороны ладони обуглилась от трения и восстановлению не подлежала. – Просто не хочу оказаться неготовым. Опять.

– Волновая защита, знаю. Та ещё пакость, – пиромант поморщился. – Водные и полуводные монстры так движутся в воде и напитанной водой среде, вроде болотной жижи, расталкивая преграду Силой. Против таких врагов нужно применять метастабильные плазменные образования – они не детонируют сразу, как только магия рассеивается… Подвели моего коллегу рефлексы.

– Зато копьё не подвело, – подытожил я. – В случае чего комбинировать стихийный и физический урон надёжнее…

– А?

Мы с дядей дружно повернули голову на звук.

– А… Арн? – Лада смотрела на меня огромными глазами.

– Что? – не понял я. Наручи и наплечники вроде в порядке – да и не может быть иначе, я же их десять минут назад только надел и закрепил. Сбруя на Вспышке тоже как надо сидит, ничего не провисает. – Что такое?

– Ну… ты… это…

– А, понял. «Предстал в неожиданном образе», – подсказал мне развеселившийся маг. Разумеется, Мартин куда быстрее меня понял, что так поразило его ребёнка. – Ты же о себе толком ничего не рассказывал, а теперь удивляешься.

– Рассказывал, – запротестовал я.

Тема была не из тех, которые мне хотелось бы развивать. О детстве и юности Арна Бертрана я после посещения поместья в общих чертах знал, но вот о том, что случилось в жизни сына Лилианы Миракийской между двенадцатым и восемнадцатым днями рождения, оставалось только гадать. Возможно, провёл их в герцогстве Хорт, с роднёй? Возможно, но сильно сомнительно: магесса Жизни увезла больного отпрыска оттуда после того, как окончательно испортились её отношения с мужем. Причём именно потому, что супруг был настроен против собственного слабого и ненужного дитя. Интересно, поехавший кукушкой на почве истребления изменённых папочка хотел меня, в смысле – моего предшественника, на манер древних греков со скалы сбросить, что ли?

Да нет, не интересно. Вот где моё альтер эго всё это время жило – это действительно интересно. Впрочем, у меня уже имелось одно, довольно зыбкое правда, предположение. Баронство д’Камп. Даже для Лилианы Безумной выскочить замуж за первого встречного барона и тут же смотаться в экспедицию в один конец, прихватив его с собой, было слишком экстравагантно. В общем, пироманту я на вопрос о последних годах жизни перед переездом в Лид ответил максимально расплывчато, но так, чтобы он догадался о любовнике сестры. Наверняка ведь слышал хоть что-то – слишком уж Лили была выделяющейся на любом фоне фигурой. Могу ведь я стесняться этого периода в своей жизни? Могу, ещё как. А вот свой путь в неофиты я расписал более-менее подробно, только немного сместив акценты и оставив за скобками лишь некоторые детали вроде моих личных отношений с Карой и Милой.