Сергей Платонов – Мир приключений, 1928 № 09 (страница 22)

Симфориен, слуга Тиксадора, подошел к своему хозяину и шепнул ему что-то на ухо.

Тиксадор встал и ушел вместе с ним. Когда он вернулся, он подошел к Дюкро.

— Полковник, уделите мне несколько минут. — Потом он обратился к Валентэну:

— Дорогой друг, вы не будете лишним.

Трое мужчин уединились и Тиксадор начал:

— Вот, коротко, в чем дело. Среди мавров есть один, когда-то служивший у меня. Извините меня, я должен вспомнить одно доброе дело… обстоятельства требуют, чтобы я забыл всякий ложный стыд. Я нашел этого беднягу в конце войны, истощенного туберкулезом, скитавшегося из лазарета в лазарет. Мне нужны были работники в Люнеле и я нанял его. Я дал ему легкую работу, лечил его, хорошо кормил. В конце концов он выздоровел и выказывал мне величайшую благодарность. Потом, в один прекрасный день, он почувствовал тоску по родине и уехал в Алжир. Как он попал к этим разбойникам? Это для меня тайна! Короче говоря, он узнал Симфориена и послал его за мной. Мы только что разговаривали с ним.

— Ну, так что же? — произнес Дюкро.

— То, что я прошептал ему несколько раз на ухо: «тысяча». Словом, он берется ночью вывести отсюда одного из нас до места, где стоят несколько верблюдов. Трудностью будет только выйти из пещеры. Но раз выбравшись, этот славный Мусса проводит до первого французского поста того из нас, кто рискнет пуститься в такое приключение.

— Я еду с вашим Муссой — сказал Дюкро.

Тиксадор покачал годовой.

— Полковник, я поеду. Мысль пришла мне и…..

Рожэ протянул руку:

— Господа, это я должен ехать с арабом. Я самый молодой, а значит и самый сильный.

— Пусть будет так, — коротко сказал Дюкро. — Теперь обсудим все подробнее.

Рожэ думал одеться арабом и выскользнуть в ворота вместе с Муссой. Но Дюкро находил, что такой план рискован. Он отвел в сторону Марсана и спросил его:

— Скажите, нет ли другого выхода, кроме этих охраняемых дверей.

Марсан пожал плечами:

— Есть не один выход, а десять.

Дюкро, стараясь овладеть вниманием знаменитого ученого, открыл ему план бегства Рожэ и Марсан пообещал вывести его из города так, что никто и подозревать не будет.

Поздним вечером Дюкро и Тиксадор углубились в Город Песков. За ними не следили, потому что там не было никаких выходов. Тиксадор держал лампу. После бесчисленных поворотов, они пришли в маленький круглый храм, наполовину засыпанный песком. Перед ними был Марсан в своем рваном черном костюме.

— Храм Весты, — сказал он, — обращаю внимание, господа…

— Марсан, время не терпит, — прервал Тиксадор, — вы расскажете в другой раз. Вот Мусса, мой старый приятель, мы можем вполне ему довериться.

Араб склонил голову.

— А вот и наш молодой друг.

Валентэн поднялся в темном углу. Он был одет в костюм туземца и из него получился сносный араб.

— Они вооружены? — спросил Дюкро.

Мусса показал свое ружье. Это было его единственным оружием.

Дюкро молча пожал обе руки Валентэна и передал ему карту, где был обозначен «Город Песков».

— Лучше будет, если вы вернетесь к вашим товарищам, полковник, — сказал Тиксадор, — ваше отсутствие могут заметить. Я провожу Валентэна до выхода, потом мы вернемся вместе с Марсаном.

Дюкро согласился и ушел, не оборачиваясь.

Марсан сделал знак и все трое последовали за ним. Дорогой он просветил Тиксадора: — вот — лавка булочника… Эти колонны обозначают перистиль дома богатых людей…

После улиц начались переулки. На пути встретилось нечто вроде погреба. Марсан спустился на три ступени.

— Это тут, — сказал он. — Видите… точно щель в песке. В нее может пролезть человек.

Тиксадор и Марсан пожали Рожэ и Муссе руку и прошли за ними несколько шагов. Они были за городом. Ночь была темная, Мусса и Валентзн исчезли во мраке.

Несколько минут спустя, Марсан и Тиксадор вернулись к своим товарищам. Тиксадор самым безразличным образом стал разговаривать с Дюкро.

Черная ночь. До горизонта песочные дюны, гигантский океан с мертвыми волнами. Неутомимо шагают верблюды. Двое людей в бурнусах склоняются на шеи животных.

— Ты уверен в дороге, Мусса?

— Да, совершенно уверен.

Они едут так всю ночь, они едут утро, потому что боятся погони. В пылающий час полдня они останавливаются с пересохшим горлом. Верблюды ложатся, люди пьют воду, которая скоро стянет гнилой, жуют какую-то пищу. Потом засыпают до вечера.

Ночью продолжается путь на юго-восток. Дюны следуют за дюнами. Валентэну кажется, что в его черепе вертится колесо, в висках его стучат, его лихорадит, он качается на своем высоком верблюде. А мертвенная огромная пустыня раскинула вокруг бесконечность своего сурового уединения.

Рожэ уже больше не знает, где он, и автоматически следует за своим проводником. Мусса выказывает признаки беспокойства. Теперь он прямо берет направление на восток. Сильный ветер изменил вид местности и Мусса не узнает дороги. Этот Мусса не сын пустыни, он слишком много жил у европейцев.

И они едут прямо вперед, все на восток, на удачу. Зной солнца мучает их, когда они просыпаются после тяжелого сна. От отсутствия питья их рты пересыхают. Что за ведьма щиплет стальными ногтями опухшие губы? Усталость как свинцом наливает все члены, отягощает веки.

Потом как-то, около полудня, верблюды падают. У Муссы хватает сил расстелить кусок холста, под защитой которого они спасаются от солнца. У них нет больше ни воды, ни провизии. Остается убить одно из животных, чтобы пить ею кровь. На это у них не хватает духу. Они ложатся и свинцовый сон находит на них.

Тимбукту! Магическое название, легендарное прошлое, Черная столица, основанная в XII веке на месте лагеря беглецов. В былые времена туареги отправлялись отсюда ежегодно на разбой.

Тимбукту, город серый и тусклый под ярким светом, город, построенный из кирпичей, сделанных из сырой земли и высохших на сольце. Свет тропиков окутывает его каким-то золотистым туманом, пронизанным пурпурными и перламутровыми отблесками. Архитектура домов напоминает архитектуру древнего Египта. На севере города высится самая прекрасная из его мечетей, Джамэ Сан Корэ. Потом в центре города мечеть Сиди Иайа, потом мечеть Джиджуибер, которая черным силуэтом вырисовывается на светлом фоне неба.

В этом городе пестрая толпа: туареги, арабы, негры. На площади Жоффра, в первом этаже дворца государственного управления, зал, увешенный картами. За маленьким столиком сидят два унтер офицера. Между ними пишущая машинка. В глубине комнаты три дежурных офицера. Посреди крупными шагами ходит взад и вперед генерал Лефран, главнокомандующий Францу зскими войсками в Африке.

Генерал в отчаянии. В лице Дюкро он потерял своего лучшего сотрудника, свою правую руку. Лефран останавливается и спрашивает одного из дежурных офицеров:

— Ничего нового, Марсаль?

— Ничего, генерал.

Лефран снова начинает шагать по комнате. Несколько минут спустя Марсаль смотрит на часы:

— Время, генерал.

— Автомобиль подан?

— Да, генерал.

Едва приехав в Тимбукту, генерал уже снова уезжал. Он вышел из дома крупными шагами и сел в ожидавший его автомобиль.

Транссахарский поезд шел по заросшей травой равнине Судана, которая полого поднимается до колодца Тин Зауатена. У этого знаменитого колодца кончается суданская равнина и начинается Танезруфт, настоящая Сахара, пустыня без границ, без воды, без травы, без деревца, страна жажды, куда самые смелые люди не заходят без того, чтобы у них не защемило сердце.

Лефран сидел в своем вагоне за столом, на котором была разложена карта Сахары. Против него, с телефоном под рукой, ждал приказаний своего начальника Марсаль. Благодаря особому аппарату, железнодорожный путь служил и телефонной линией, так что Лефран мог телефонировать, не покидая своего вагона.

Эту враждебную и смертоносную Сахару генерал считает своим почти другом. В этой унылой пустыне родилась его слава.

Поезд идет всю ночь по негостеприимному песочному морю. Тяжелые вагоны бегут но стальным рельсам, буксируемые могучим электрическим паровозом, ночь прорезают голубоватые молнии. Ни станции, ни вокзалов. После каждых тридцати километров охраняемый колодец, где поезд должен остановиться только в случае сигнала. Подвигаются малой скоростью; большая скорость берет слишком много электричества. Поезд — военный. Сам генерал Лефран озабочен, кругом него все молчат. Если хорошенько вдуматься — положение серьезное. Сколько людей во Франции были против транссахарской дороги! Фантазия колонистов, — говорили они. Сколько Кассандр предсказывали нападение мавров!

Поезд остановился. Довольно значительная станция: Таудени. Это город с шестью тысячами населения, главное занятие которых добыча каменной соли.

Капитан Марсаль стучится в дверь к генералу. Лефран отворяет:

— Генерал, лейтенант Джелли, из автомотобилистов, на вчерашней рекогносцировке в юго-восточной области дюн, нашел европейца и араба, умиравших от жажды. Оба несчастных были в бреду. По тому, что они говорили в бреду, они, повидимому, принадлежат к группе путешественников, уведенных в плен арабами.

— Они в госпитале? — спросил Лефран. — Так отправляемся туда сейчас же…

Госпиталь — современная постройка в мавританском стиле. Внутри красивый дворик с аркадами и фонтаном посредине. Сахарская лихорадка дает главную клиентуру этого лазарета.

— Как поживаете, Джелли? — начальник протягивает ему руку.