Сергей Пилипенко – Ни к чему не обязывающие обстоятельства (страница 3)

Есть также непосредственно отражающаяся и духовная величина происхождения того же вида и рода силы. И она основана, в первую очередь, на видимых, или своеобразно опознанных сознанием доказательствах присутствия явно превосходящей величины силы, которая не сочетаются с любой другой, присутствующей в условиях обычной социально представленной среды.

Таким образом, факт образования величины сверхсилы на уровне сознания её опознающего оппонента, является одновременно фактом образования внутренней или духовной силы в среде содержания самого оппонента, что подразумевает под собой создание на уровне того же сознания особой величины уже культового типа силы, своеобразно принуждающей к исполнению некой процессуальности самих культов.

В целом, понятия высшего разума и Бога сами по себе совместим, ибо в обоих случаях имеется явное отображение фактов обнаружения всякой силы, хоть физической, хоть умственной направленности.

Значит, нет смысла практически отрицать то, что под понятием одного скрывается, или условно маскируется другое, не желающие пока врываться в окружающую оппонентов своего внимания действительность по целому ряду существующих так обозначенных умственного типа разногласий.

Понятие существа Бога и понятие одухотворённости между собой более совместимые, нежели такие же, отображенные в видах и типах представителей высшего разума.

Ибо, восприятие сознанием Бога, в большей степени, как некой духовной величины, создаёт своеобразный ореол такого существа, сам образ которого не всегда может соответствовать именно тем признакам, которые непосредственно относятся к так называемым более материальным видам представленных природно образов представителей высшего разума.

Именно по этой причине Бог – величина, в большей степени, образного характера, которая может быть представлена абсолютно по-разному в каждом отдельном природно созданном сознании.

В то же время, образ любого типа или вида существа высшего разума может варьироваться в том же сознании многократно. Здесь всё, как говорится, зависит от обстоятельств, или видимого или воображаемого осознания вида другого присутствия.

Потому, своеобразно окультированная личность самого Бога наиболее приемлема для человеческого или иного типа сознания умственно развивающего существа, нежели все остальные образы примерно такого же духовного и физического содержания.

Понятие Бога не предусматривает так называемое применение им силы по отношению хоть к чему, хотя при этом она и используется периодически в качестве устрашающей величины, чем, собственно, и вызван вложенный в сознание страх о её наличии и возможном применении.

Присутствие же образов или непосредственных представителей высшего разума в любом виде их природного содержания вызывает более негативный эффект, не создающий необходимого дружелюбного и особо доверительного фона, который необходим для так называемого духовного сближения и практического сотрудничества.

Таким образом, Бог как бы является самой универсальной формой представления высшего разума и будет оставаться таковой ровно до тех пор, пока те, кто ему подчиняется, сами не преступят порог так обозначенного высшего разума и своеобразно не оденут уже на себя одежду именно того же.

Именно поэтому сотворение мира было предписано непосредственно Богу, как сугубо заботящейся о благе человеческом величине, и именно потому все связанные с этим события были символически описаны в самом первом издании о сотворении мира.

Так было лучше для людей того времени, и так было лучше для всех сторон так называемого взаимовыгодного сотрудничества.

Но, к сожалению, уже на настоящий период времени всего этого недостаточно, а значит, наступил своеобразный момент истины, или частичное опровержение уже устаревших позиций и возникновение новых на основе науки и её же так именуемых неопровержимых доказательств практически во всех сферах человеческой земной жизни.

Проще говоря, так того требует время, и требует, как говорится, этого не зря. Но, об этом мы уже говорили, а потому будем продвигаться далее, чтобы не зацикливаться на одном и том же.

Итак, мнение Бога мы теперь вполне можем отнести к мнению кого-то из представителей соответствующего типа цивилизации, наделенного правом надзора или курирования всех происходящих событий на Земле.

В то же время, мы не можем извергнуть из себя Бога в одночасье, ибо слишком ещё привязаны к нему, как духовно, так и условно физически.

Потому, оба понятия будут просто подменять друг друга и будут практически перекрёстно сочетаться во многих наших жизненно происходящих делах и всякого рода изъяснениях.

В целом, нет особой разницы в том, как именно обозначать духовно образующуюся в вас лично силу и тем более, как её величать.

Практика Земли, и в частности, непосредственных народов, испытывающих ту или иную веру, доказала, что само обозначение и даже некоторое отличие в самих образах и смыслах, абсолютно не влияют на саму одухотворённость в людях.

А значит, нет существенной разницы в том, как именно она обозначается. И важен только факт её присутствия, или своеобразного внутреннего отображения, не всегда согласующимся с чисто внешними признаками поведения.

В любом случае, за факт приспустив Бога мы можем брать исходно факт присутствия высшего разума в том образе его внутреннего восприятия, который подходит больше всего лично вам.

Именно по этой причине так называемое космическое разветвление наших предков представлено самыми разными обозначениями и наименованиями, которые на самом деле не соответствуют реальности, а, в большей степени, относятся только к выраженному сознательно воображению. А, что такое воображение, мы уже знаем из предыдущей книги.

В связи со всем этим, или так называемыми вновь открывшимися обстоятельствами, лично у меня нет хоть каких-то намерений по отношению к любого вида вероисповеданию или его практическому отрицанию.

Мы можем активно продолжать пользоваться всей той, прошедшей вековую проверку атрибутикой, напичканной самыми разными смыслами, большая часть которых всё же верная и нужная для образования единого духовного начала. Мы также можем испытывать тяготу к культового характера воспроизведению общей силы и самим культовым мероприятиям, но вместе с тем, должны пытаться осознавать и то, что всё это связано непосредственно с присутствием высшего разума, как самой реальной величины всего практического оказания нам помощи.

Во всём том есть своя целесообразность, понять которую мы сами сможем гораздо позже, и практически в пору своеобразного приобщения к тому же высшему разуму. Потому, не будем заранее дёргать за шнурки, пока сами ещё не решили окончательно снять обувь.

И пока времени, о котором было сказано выше, в самой ближайшей перспективе не обозначается, мы и дальше будем воспринимать понятие Бога, как некое одухотворенное всему начало и самое, что ни на есть, практическое отображение силы всякого и разного смысла.

В общем, всё пока остаётся на своих привычных для нас всех местах, хотя в то же время вводится и новая единица так называемого опознания мира с несколько другой стороны с более достоверным и научного характера описанием.

По сути, этот процесс уже давно начался, и мне, как автору, это остаётся всего лишь только обозначить. Или просто на это указать, что, как я и говорил, ничуть не меняет ни сути стоящих перед всеми нами задач, ни принятия каких-то решений, ни изменения привычного для всех уклада современной жизни с её верованиями и не таковыми.

На этом я, пожалуй, и закончу данную главу, чтобы продолжить примерно о том же в следующей, но лишь для того, чтобы подготовить к более серьёзному материалу, в частности затрагивающему наше наземно-морское существование и общую умиротворенность планеты на сей час.

Глава 2. Мнимое и не мнимое, или реальное заключение

Как бы кто не успокаивал нас самих в отношении сложения обстоятельств нашего будущего, его реальное отображение может быть определено только той силой, которая слагала обстоятельства для непосредственно уже того, что имеется сейчас.

И такой силой является, прежде всего, так обозначенный инопланетный ум, ибо ему первому в голову пришла мысль о том, чтобы поселить нас здесь, или непосредственно вырастить именно на Земле.

Таким образом, все так называемые лавры первенства и наше собственное возрождение относится только к тому уму, который всё это и созидал, или непосредственно прикладывал умственный и физический труд только для того, чтобы вырастить ум, во многом похожий.

Готовить хоть какое-то заключение о будущем весьма сложно и гарантированно опасно. Ведь от ошибок не застрахован практически никто. Даже тот самый совершенный на первый взгляд ум, или высший разум. Всего одна технологическая, или умственного произведенная ошибка, сама по себе которая не относится непосредственно к отражению разума, может погубить все результаты и дать абсолютно неточный, или же так называемый предположительного характера результат, который просто несовместим с понятием высшего разума.

Что уж говорить о нас самих, не особо склоняющихся к точности и ведущих, как правило, приблизительные расчеты или подсчеты.

Это не относится, правда, непосредственно к наукам и их практическому прикладному использованию, но в большей степени относится к тому, что можно обозначить, как некие предпосылки на то же будущее.