Сергей Пикин – В том мире (страница 7)

– Давай прогуляемся, свежий воздух вечером – красота. Сейчас пройдешься и согреешься.

– Ну пойдем. Поймала себя на мысли, что совсем не видимся и не только с тобой а вообще. И непонятно, что я вообще делаю в свободное время.

– А что ты делаешь в свободное время?

– Да ты знаешь, ничего особенного, все так или иначе с работой связано. Ну сейчас еще сериальчик нашла вот, смотрю. Ну и спортом занимаюсь. Пожалуй, кроме работы это все. – она задумалась и приумолкла на минуту

Д. не нарушала тишину. Подруга сейчас должна была что-то понять, судя по всему. Или сказать. Тем зрением Д. Видела, что она уже готова признаться себе в чем-то.

– А личная жизнь? – спросила Д., выступая больше в роли терапевта, ведущего сессию.

– Да ничего. В смысле, что ничего. – растерянная от собственной неожиданной честности сообщила Алина, смотря на Д. Она вдруг прыснула от смеха и, не удержавшись, захохотала. – Я даже не могу сказать, когда у меня последний раз нормально было. Хотя пялятся на меня все кому не лень.

Д. посмотрела, что значит для Алины это внимание. У нее было явное желание его, но конкретного упоения от его получения не наблюдалось.

– Выглядишь эффектно. – сообщила ей Д. – Какие размышления насчет этого?

– Да ты знаешь, мне кажется что у меня сто-то отпугивающее. Или притягивающее озабоченных каких-то. – загарелое лицо Алины слегка покраснело и это было видно.

– Почему так? – спросила Д.

– Не знаю. Может потому что сама такая… Но это же неправильно.

– Так всегда было? – спросила Д.

– Да нет. Ты же знаешь, я наоборот больше за традиционную семью и секс это скорее что-то такое, не самое важное, короче.

– Да, знаю. А когда началась эта озабоченность вокруг?

– Какое-то время назад, точно не скажу когда. Смотришь на людей и они чего-то хотят.

– А ты чего хочешь?

– Да отношений нормальных хочу. Не просто развлекухи, а чтобы нормально можно было знать, что человек надежный, можно ему и личное доверить, и знать, что направо налево не будет смотреть…

– А что мешает?

– Да что мешает – люди такие попадаются. Я то вроде готова. Я уже даже когда смотрю на всяких красавчиков, думаю ну раз, ну два, а дальше что.. Иногда конечно что-нибудь посмотришь, настроение бывает появляется… но это так.. А потом слушаешь рассказы людей про это и все только жалуются. И вообще – она вдохновилась – я смотрю сейчас люди что-то вообще несчастные, которые считают что нужно быть одним. Я вот не считаю, что нужно быть одной. И я готова к отношениям. Я даже уже поняла, что это – работа. И что от этой работы даются бонусы. Я не знаю, зачем сейчас общество убегает от этого.

– Общество не убегает. Оно плавает. По течению, трендами задаваемому. И во многом еще западом.

Алина не очень понимала, и это было видно.

– А что значит это? – спросила она

– Значит, что тренд на сексуальность работает так. Люди смотрят кино и хотят быть сексуальными, классными, уверенными, плохими или хорошими. Но основное воздействие – это тренд на сексуальность. И, стремясь к этому, люди собирают внимание, наслаждаются им и все ищут где бы его еще получить или получить получше, или стать более сексуальным. Ну или успешным. И присматриваются к людям. И в итоге не сближаются по-настоящему или сближаются не с теми, потому что ставят в приоритет сексуальность. Или выбирают, словно товары, считая себе более сексуальным, исходя из этого выбирая предложения, но думая о сексе. Или о чем-то около этого. Примеры красной дорожки, кстати, в «помощь» в этом смысле. А теперь уже и без дорожки. Просто показывают пример, который воздействует на низкие желания, инстинкты и комплексы и при этом заявляется, что это привлекательно – с помощью сюжета и актеров. Харизмы. И при этом делают это неосознанно, потому что следуют предыдущим примерам. И люди подражают и вокруг себя создают совсем не то, что нужно. И страдают поэтому, понимаешь? И поэтому же ведутся на то, что подчеркивает этот негатив. Потому что люди вокруг и события отражают то,что они ищут из за того, чего насмотрелись и наслушались.

– Да это понятно, конечно. Наркоманы всякие.

– Ты просто представь, вот например, какой-нибудь Эминем. И миллионы людей, которые послушали его песни. Это значит что у миллионов людей поменялось настроение исходя из прослушивания этой песни. Это значит, что если они более или менее угорают по Эминему – то они стали относиться к тем или иным вещам несколько иначе, чем до этого. И добавилось ли в их отношение спокойствия и хорошего отношения? Или добавилось борьбы и протеста? – Д. Говорила и чувствовала, словно он говорит за нее.

Алина молчала и шла рядом. Она слушала Бейонсе и многое другое. И она неоднократно задумывалась под песни про любовь. А задумывалась ли она под эти песни так, что это было ей полезно? Или песни направляли ее не туда?

Д. Понимала, что лекции насчет этого лучше было бы проводить все-таки не ей, но сейчас ей четко и понятно шло о том, что пора бы и самой начать в этом разбираться. Она видела, что Алина довольно плотно засела в культуре Запада. И сейчас было то самое время, когда пора было понять, что эта культура – мертвая.

– Я хожу на танцы и танцую часто под всякие хиты – сказала Алина – это круто, у нас такого не пишут до сих пор, хотя уже лучше, чем раньше

– Что ты танцуешь? – спросила Д.

– Да, всякое – погрустнела вдруг Алина

Какое-то время они шли без разговоров. Потом, чувствуя, что тема отношений висит в разговоре, Д. Спросила

– Так ты одна или в отношениях?

– Ну вообще одна. Мне так комфортно.

Д. Молча проследовала вперед по дорожке, увлекая за собой Алину. Комфортно. Это значит, что не возникало дискомфорта. За которым рост. Как личностный, так и духовный. И это и было тем трендом, который вел человечество не туда – одним из многих.

– Ты же хочешь отношений? – спросила Д.

– Ну да. И более того – я к ним готова. Но и одной комфортно. – с этими словами Алина повернула голову к Д. и посмотрела ей в глаза. – понимаешь?

– Ты боишься? – спросила Д., все таки решившись это озвучить. Взгляд Алины во время вопроса все таки был вопрошающим

– Уже нет.

Д. Молчала. Она хотела бы поговорить с Алиной подробнее, но понимала, что нельзя навязывать ей. Но Алина, кажетс, была готова озвучить все это сама:

– Я вот подумала – сказала она – Одной комфортно… Но ведь это же я просто наступала на грабли. И потом забилась в угол и боюсь. А чего? Чего бояться то? Что попадется кто-то? Ну так можно же смотреть во-первых, а во-вторых, я уже кажется поняла, что когда сама смотрю на вещи не очень, то и люди попадаются не очень. Если хочется просто чего-то непонятного, то и непонятное. А если думаешь, хочешь точнее, чтобы было все хорошо, и видишь это хорошо – то все же и хорошо…

– Вокруг тебя то, что… – начала Д. Но у Алины зазвонил телефон и не дал договорить

– Алло – казалось, что она взяла трубку меньше чем за секунду

Д. Обратила внимание Алина вдруг стала мягче, пока разговаривала по телефону. Интересно, задумалась, Д., когда она говорила с ним – какое у нее было лицо?

Она отследила уже не впервые – эти разговоры и этот человек значил для нее больше, чем просто участник комитета.

Пока она размышляла об этом, Алина закончила разговор по телефону. Вид у нее стал более волшебным, отчего стало понятно, что прекрасный собеседник кажется вдохновил ее на прекрасный вечер. Во всяком случае так читалось.

– Как дела? – Д. Сохранила в голосе некоторую иронию – Одной комфортно?

– Да – улыбнулась, оценив мягкий сарказм, и притихла Алина

– Готова? – Д. Улыбнулась тоже

– К чему? – понимая, что Д. Говорит об отношениях, Алина немного забеспокоилась

– К прекрасному. Точнее, к прекрасным отношениям?

– Кажется, хорошо, что я приехала – Алина посмотрела наверх, на небо и Д. Расценила это как хороший знак. Вообще хорошо, когда человек смотрит наверх.

– Хорошо, да.

– Знаешь, мне полегчало

– И хорошо. Можем зайти в ресторан.

Глава 6

Тем временем он наблюдал за тем, что происходило в социуме, в тех его слоях, которые проводили свободное время в соцсетях, в сериалах и музыке.

Человек, привыкший слушать музыку часто поступал следующим образом: он получал из музыки эмоции, используя их как некое топливо, и она помогала ему, когда человеку нужно было справиться с неприятными эмоциями, найти силы, но также и наоборот – когда человеку было хорошо, он тоже включал музыку и уже слушал то, что подходило под его радость, или помогало ее усилить.

Музыка становилась тем другом, что помогала пережить или разделить те или иные моменты в жизни.

Человек строил фантазии под музыку, думал под музыку, страстно желал под музыку, веселился под музыку, любил под музыку.

Но также и утопал в вожделении под музыку, гневался под музыку, ненавидел под нее и находился а иллюзиях – все это под музыку.

А более того – начинал разделять настроение музыки, начинал менять отношение к тем или иным вещам и подсаживаться на музыку.

П о д р а ж а т ь.

Вот что начинал делать человек.

С у щ е с т в о в а т ь в т о й с р е д е, которую предлагала музыка.