Сергей Павловский – Коготь Химеры (страница 25)
До сих пор из «черепахи» Дока никто не вывернулся. Хомяк вывернулся, хотя и терпел неимоверную боль. Своими длинными руками упершись в землю по обе стороны тела Дока, он отжался, потащил за собой накрепко приклеенного Дока, а потом мощным рывком завалился на бок и сразу на спину. Док теперь оказался сверху, и «черепаха» потеряла смысл. Ногами под телом соперника вытяжение никак не сделаешь.
Следовало разрывать «партер», не более. Хомяк тем временем принялся молотить Дока кулаками по пояснице. Должного размаха в его ударах не было, а все равно чувствительно. Док одну за другой высвободил ноги из-под спины сталкера, затем разжал объятия и быстро откатился в сторону. Мгновенно вскочил эффектным прыжком на обе ноги. Хомяк вскочил тем же манером. И они снова замерли в стойке друг напротив друга.
«Хорошо, – решил Док. – Давай немного потанцуем».
Он легко и непринужденно закружился вокруг сталкера приставным боковым шагом. Тот стоял на месте, только разворачиваясь в сторону противника. Экивоки Дока пока мало впечатляли его. Не впечатляли до того момента, пока Док на мгновенном подскоке не пробил мощный лоу-кик в левое бедро. Вот тогда понял чертяка: еще один такой удар в то же бедро – и левая нога его в лучшем случае занемеет, а в худшем вовсе перестанет двигаться. Сам наконец задвигался, уходя с предполагаемой линии атаки.
«Ну давай, давай…» – Согласно четвертому принципу госинрю Док поманил его пальцем, провоцируя на атаку.
Хомяк купился – попер в лобовую. Скорее всего, в прошлом он был боксером. Классным боксером. Док это уже определил по технике и стойке сталкера. Он удачно блокировал несколько ударов, но дальше махаться не следовало – можно пропустить хороший стусан и проиграть. С боксером следует бороться. Док отошел назад и, когда противник сделал шаг вперед, мгновенно «прошел» в ноги. Захват, рывок – Хомяк рухнул спиной на землю.
«А теперь получай по полной, – злорадно оскалился Док. – Из аси ваки кюсе вряд ли вывернешься».
Он крепко захватил стопу Хомяка под мышку, сжав ее между плечом и грудной клеткой, сам завалился на спину «валетом», своими ногами прижал тело противника к земле и начал выворачивать голеностопный сустав. Если бы Док захотел, то уже сразу, одним движением разорвал связки сустава, суставную сумку и… И Хомяк остался бы инвалидом на всю оставшуюся жизнь. Док этого не хотел, а потому давил медленно и аккуратно.
Секунды через три сталкер громко застонал и энергично захлопал ладонью по земле – жест, понятный любому ценителю единоборств: «сдаюсь».
Док отпустил ногу, бодро вскочил, снова стал в стойку.
– М-да, – огорошенно констатировал Крокодайл. – Хома! А сдается мне, ты уже не чемпион Зоны по кулачкам.
– Точно, – подтвердил Витек, – уработали чемпиона.
Хомяк медленно поднялся, отряхнул колени и протянул Доку мозолистую лапу.
– Драться умеешь.
Док с искренним чувством тиснул ее своими цепкими длинными пальцами.
– Ты тоже умеешь.
– Пошли, я проставляюсь.
Они вернулись в «гэндэлык». Хозяин, низкорослый, но крепко сбитый мужик с прокуренными до желтизны фельдфебельскими усами, встретил их понимающим взглядом. Привык, видать, к подобным мужским разборкам. Заняли свои места за столом. Хомяк взял сразу две бутылки водки, чтобы лишний раз, значит, не бегать.
– Мужики, а шо с закуской так скудно, может, возьму что посолиднее?
– Не понимаешь, – снисходительно пояснил Крокодайл. – Пока не понимаешь. Закуска скромная, чтобы водяра быстрее вставила.
– Ага, – подтвердил Витек. – А как вставит, нажремся от пуза и сразу спать.
– И едим мы раз в сутки, – добавил Хомяк. – Привычка. Ладно, человече, говори, зачем пожаловал?
– Хочу туда. – Док качнул головой в неопределенном направлении.
Они поняли.
– А зачем? Впрочем, извини, вопрос некорректный.
«Ни фига себе, – отметил Док. – Хомяк может изъясняться на грамотном литературном языке».
Это потом, гораздо позже он узнал, что Юрий Николаевич Очеретько, он же Хомяк, – кандидат технических наук, десять лет долбивший гранит науки в НИИ. На «оборонку» работал. Пока не надоело. Но тогда, в гэндэлыке, биографии не обсуждались.
– Ну… если сильно хочешь, то возьмем. Возьмем?
В этот раз молчаливый обмен мнениями длился дольше минуты. Док в который раз подивился их телепатическим способностям. Особенно когда Хомяк вдруг резко отрицательно мотнул головой и добавил вслух:
– Нет, Витек, ты же знаешь, я «отмычками» не пользуюсь.
«Что еще за «отмычка»? – ужаснулся Док. – Взломщики сейфов, что ли?»
– Ну вот что… Док. – Хомяк решительно стукнул ладонью по столешнице. – Теперь и для нас ты… Док. И мы возьмем тебя с собой, если уж ты так решил для себя. Ряд условий.
– Да, да. – С поспешной радостью закивал Док.
– Не суетись. – Хомяк досадливо скривился.
Он неторопливо разлил по стаканам остатки водки – титровал четко, до грамма. Молча, не чокаясь, выпили, закусили крошкой хлеба. Хомяк утер губы рукавом.
– Так вот, первое условие. Любой мой приказ. Любой! Каким бы нелепым и глупым он ни казался, выполняется мгновенно и беспрекословно. Беспрекословно и мгновенно!
Док на секунду задумался: «С одной стороны, Хомяк мне не командир и присягу на верность ему я не принимал. С другой, если он ставит такое условие, то наверняка имеет для этого основание. Если я откажусь, в Зону они меня не возьмут».
– Согласен, – сухо отчеканил Док.
– Это хорошо, что ты подумал. – Хомяк удовлетворенно кивнул. – Скоропалительные решения опасны. Условие второе…
И тут сталкер тоже задумался, а потом неожиданно хрипло рассмеялся.
– А больше никаких условий не будет! Только слушай и запоминай. Учись. Там, в Зоне, все по-другому. Скоро сам поймешь. А сейчас план такой. Проставляешься. Одной бутылки хватит. Под нее берешь хорошую закусь. Потом спим шесть часов и… И ночью двигаем туда, – он вздохнул, – откуда уже нет возврата. И это ты тоже запомни.
– Хорошо. А что такое «отмычка»?
Сталкеры переглянулись, потом дружно рассмеялись.
– «Отмычка», братан, это пушечное мясо Зоны. Ну… долбон, которого опытные сталкеры посылают впереди себя и который таскает за ними снаряжение. Понял?
Хомяк глянул на свой ПДА, и сталкеры словно по команде достали из нагрудных карманов сигареты.
«Цирк, – не переставал удивляться Док. – Все-то у них строго по графику и не сговариваясь. А я-то думал, что они некурящие».
– Так вот, – продолжил Хомяк, аппетитно и глубоко затянувшись. – Лично я никогда «отмычками» не пользуюсь. Такой у меня принцип. А хожу в паре с партнером. Вон с ним, с Крокодайлом. Витек к нам сейчас случайно затесался. Он-то пользуется «отмычками». Но это его право. Запомни: в Зоне никто никого ни за что не попрекает, если сталкер свято придерживается Закона – Закона Зоны. Ты его скоро изучишь. А за нарушение Закона наказание одно…
– Смерть? – осведомился Док.
Хомяк отрицательно покачал головой.
– Хуже, брат, гораздо хуже. Опала, Док. Полная опала и забвение. С философской точки зрения, конечно, та же смерть, но только медленная и мучительная. Очень медленная и мучительная, если, разумеется, опальный сталкер не пустит себе пулю в висок.
– Хорошо, это я усвоил. Только не понял, в качестве кого ты берешь меня в Зону? Если не в качестве «отмычки», то в каком? В качестве партнера?
Снова дружный и громкий смех всей троицы. У Хомяка даже слезы на глазах выступили.
– Ну, насмешил. Проси что хочешь. – Он утерся рукавом, еще раз хмыкнул. – Нет, брат, какой из тебя – пока, надеюсь, – партнер? Беру я тебя в качестве… подмастерья. Так скажем. Почему? Понравилось мне, во-первых, как ты дерешься. Меня ведь до сих пор на Зоне никто не мог уработать в рукопашке. Так, мужики?
Крокодайл и Витек важно закивали в знак согласия.
– Но не это главное, – продолжал Хомяк. – Есть в тебе некий стержень. Я еще не понял, какой, но есть. И если будешь учиться, учиться и учиться, как говорил пролетарский вождь, выйдет из тебя толковый сталкер.
– А такая штука у меня будет? – Док протянул руку и осторожно прикоснулся к прибору на запястье Хомяка.
– ПДА? Будет, конечно, только он очень дорого стоит.
– Сколько? – прищурился Док.
Деньжата у него были. Немного, правда, но за такую штуку он был готов выложить все.
– Нисколько. – Хомяк улыбнулся, показав свои резцы. – В Зоне нет денег. Там своя шкала ценностей и способы расчета. В основном это бартер. Нет, условные денежные единицы существуют – юани. Но они действительно чисто условны. Только для удобства оценки.
– Тогда… как же?
– А вот так. Чтобы получить ПДА, а он будет только твоим, персональным и уникальным, нужно взамен добыть артефакт. И не какой-нибудь простенький, из тех, что валяются под ногами, а редкий. Вроде «конденсатора», «земляного ореха», «гриба», «пупсика», «пирамиды», ну и тому подобного… Только найти и взять такой артефакт трудно, очень трудно. Но если нашел, сумел взять и донести до базы, то проходишь… как бы обряд инициации и посвящения в сталкеры. И получаешь ПДА.
– У кого получаешь?
– У торговца, который имеет на то право и у которого заключен контракт с Юриком, вернее, с Юрием Михайловичем.
– Кто такой Юрий Михайлович?