Сергей Патрушев – Там, где кончается море. История снайпера (страница 3)

Кира почувствовала, как холодок пробежал по позвоночнику. Она много раз смотрела в глаза смерти, но сейчас ощущение было иным. Словно сама судьба сжимала вокруг них невидимую петлю.

— Мы справимся, — внезапно произнесла она. Ее голос прозвучал тихо, но твердо. Громов поднял на нее тяжелый взгляд.

— Я не сомневаюсь, старший сержант. Поэтому и вызвал вас. Вы лучшие. Вылет через три часа. Детали операции получите на планшет. Вопросы?

Вопросов не было. Им передали планшеты, и они покинули центр планирования. Оказавшись в пустом коридоре, Ярослав остановил Киру, взяв ее за локоть.

— Что ты чувствуешь? — спросил он, заглядывая в ее глаза.

— Это ловушка, — тихо ответила она. — Они знают, что агент раскрыт, но все равно посылают нас. Либо это билет в один конец, либо проверка, которой еще не было.

— Я тоже так думаю, — Ярослав притянул ее к себе и крепко обнял. — Но у нас нет выбора. Если то, что они говорят о «Пепле» — правда, мы не можем стоять в стороне. Просто... пообещай мне кое-что.

— Что?

— Что бы ни случилось, ты вернешься. Даже если ради этого придется нарушить приказ. Даже если я останусь там.

— Ярослав, даже не смей...

— Пообещай, — в его голосе звучала сталь, но глаза умоляли.

— Тогда и ты пообещай мне то же самое, — прошептала она.

— Обещаю, — солгал он, и они оба это знали.

Транспортный вертолет доставил их в зону выброски глубокой ночью. Холодный разреженный воздух обжигал легкие. Они спускались по канатам в полной темноте, используя лишь приборы ночного видения. Вокруг высились безмолвные скалы, равнодушные свидетели человеческой жестокости. Им предстоял двадцатикилометровый переход по пересеченной местности, чтобы достичь подножия горы, в чреве которой скрывался «Улей».

Они шли молча, привычно сканируя пространство. Ярослав двигался впереди, Кира прикрывала тыл. Их дыхание синхронизировалось, шаги стали почти бесшумными. Ночь была их союзницей. За три часа до рассвета они достигли условленного квадрата и залегли в расселине, изучая вход в бункер через мощную оптику.

Он был спрятан идеально — массивные стальные ворота, врезанные в скалу, почти сливались с камнем. Охрана — десять человек, не считая скрытых огневых точек. Камеры. Датчики движения. Мины-растяжки. Но самым неприятным сюрпризом стала группа людей, вышедшая из ворот за десять минут до рассвета. Среди них Кира отчетливо разглядела человека с характерным командным планшетом и властными жестами. Генерал Ковач собственной персоной. Он что-то горячо обсуждал с двумя подручными, показывая в сторону долины.

— Вот он, голубчик, — прошептал Ярослав. — Ждет гостей.

— Смотри, — Кира кивнула на другую группу, появившуюся из-за восточного склона. Несколько фигур в камуфляже без опознавательных знаков выдвигались к воротам. Вероятно, первые покупатели. — Время пошло. Мы должны попасть внутрь до окончания аукциона.

План был дерзким и почти безумным. Ярослав и Кира спустились ниже по склону и дождались следующую группу — троих наемников, представлявших интересы одного из африканских военных лидеров. Именно под видом этой группы они и должны были проникнуть в «Улей», но связной был раскрыт, и план рухнул. Оставалось одно — импровизация.

Ярослав бесшумно снял одного из охранников, патрулировавших восточный периметр, и переоделся в его форму. Кире он принес форму одного из техников, убитого во время короткой стычки. Их оружие и снаряжение пришлось спрятать в расселине. С собой они взяли лишь скрытые ножи, миниатюрные взрывные устройства в подкладке одежды и мини-пистолеты, спрятанные в специальных карманах. Риск был колоссальным, но другого пути внутрь не существовало.

Внутренности «Улья» поражали. Это был гигантский подземный город, вырубленный в скале. Широкие коридоры, яркое искусственное освещение, гул систем вентиляции. Они смешались с потоком других наемников, охранников, техников. Кира едва успевала фиксировать детали: расположение камер, усиленные двери, маршруты патрулей. Ее сердце билось где-то у горла, но лицо оставалось бесстрастным. Ярослав держался рядом, его присутствие было единственным якорем в этом море врагов.

Они выяснили, что аукцион состоится в центральном зале через три часа. Генерал Ковач лично продемонстрирует устройство. Значит, у них есть три часа, чтобы найти боеголовку, заложить взрывчатку и убраться. Или погибнуть, пытаясь.

Они проникли в технический сектор через вентиляционную шахту. Кира, более миниатюрная, пролезла первой, страхуемая Ярославом. Он следовал за ней, стараясь не шуметь. Шахта вывела их в небольшое складское помещение. И тут удача им улыбнулась: прямо перед ними, на специальной антигравитационной платформе, покоилось то самое устройство — «Пепел». Оно выглядело обманчиво просто: серебристый цилиндр около метра в длину, испещренный датчиками и индикаторами. Вокруг него суетились двое техников, а рядом стояли четверо вооруженных до зубов гвардейцев Ковача.

— Начинаем? — одними губами спросил Ярослав.

Кира молча кивнула, доставая из потайного кармана микро-взрывчатку. Они действовали синхронно, словно два хирурга. Ярослав метнул светошумовую гранату, и в тот же миг они выскочили из укрытия. Четыре бесшумных выстрела, сделанных почти одновременно, уложили охрану. Техники не успели даже вскрикнуть — Кира оглушила их точными ударами и быстро связала.

— Ставь заряды, — скомандовал Ярослав, занимая позицию у двери. — У нас минута, не больше.

Кира работала с холодной сосредоточенностью. Ее пальцы порхали над устройством, устанавливая взрывчатку в ключевых узлах. Таймер был выставлен на пятнадцать минут. Но едва она закончила, как по коридорам разнесся вой тревоги. Их раскрыли.

— Уходим! — крикнул Ярослав.

Они бросились к вентиляционной шахте, но поздно. Дверь склада с грохотом распахнулась, и в помещение ворвались бойцы элитного подразделения Ковача. Завязался ближний бой — жестокий, стремительный, кровавый. Ярослав двигался как размытая тень, его нож находил цели быстрее, чем враги успевали нажать на спуск. Кира прикрывала его, экономя патроны. Но силы были неравны. Их зажимали в угол.

— Уходи! — проревел Ярослав, перехватывая автомат одного из убитых гвардейцев. — Я прикрою! Уничтожь устройство!

— Мы уходим вместе! — закричала она, выпуская последние патроны.

— Кира, послушай! — его голос на мгновение перекрыл шум боя. — Таймер уже запущен. Ты должна успеть. Я задержу их. Ради всего святого, иди!

Слезы душили ее. Она понимала, что он прав. Если она останется, они погибнут оба, и задание будет провалено. Но принять это было выше ее сил.

— Я люблю тебя, — прошептала она, глядя ему в глаза.

— И я тебя, мой снайпер, — он улыбнулся своей невероятной, светлой улыбкой. — Увидимся.

Он выскочил в коридор, уводя за собой основную массу преследователей. Звуки выстрелов и криков стали удаляться. Кира, пересиливая себя, нырнула в вентиляционную шахту и поползла прочь, считая секунды.

Таймер неумолимо отсчитывал время. У нее оставалось одиннадцать минут, чтобы покинуть «Улей». Шахта вывела ее в один из грузовых тоннелей. Здесь было меньше охраны — видимо, все силы стянули к месту прорыва, туда, где сейчас сражался Ярослав. Она бежала, не оглядываясь, потому что знала: если оглянется, то бросится назад.

Восемь минут. Она достигла выхода. У ворот ее ждали. Пятеро бойцов перекрыли путь. Кира не колебалась ни секунды. В ее руке оставался последний пистолет с единственной обоймой. Она вскинула оружие. Выстрелы, крики, падающие тела. Пуля пробила ей левое предплечье, но она даже не замедлилась. Пять минут.

Она вырвалась наружу. Холодный горный воздух ударил в лицо. За ее спиной грохотал бункер — видимо, началась перестрелка между подоспевшими группами покупателей и охраной. Она бежала по склону, не разбирая дороги, спотыкаясь о камни. Четыре минуты. Она достигла расселины, где они спрятали снаряжение. Схватив рацию, она попыталась вызвать Ярослава. Тишина. Только шипение эфира.

— Ярик, ответь! — кричала она в микрофон. — Ярик!

Тишина. Три минуты.

Она сидела, вцепившись в рацию, и смотрела на вход в бункер. Каждая секунда была вечностью. В ее голове звучали его слова: «Что бы ни случилось, ты вернешься». Она нарушила свое же обещание. Она оставила его там.

Две минуты. Одна минута. Тридцать секунд.

Когда прозвучал взрыв, Кира инстинктивно пригнулась. Гора содрогнулась. Из вентиляционных шахт и входного тоннеля вырвались языки пламени и клубы пыли. «Пепел» был уничтожен. Генерал Ковач, его гвардия, покупатели, бункер — все превратилось в пылающую могилу.

Кира смотрела на агонию «Улья», и слезы текли по ее щекам. Ярослав не вышел. Она звала его, кричала, срывая голос, надеясь на чудо. Но эхо, отражавшееся от скал, было ей единственным ответом. Она осталась одна. Без него. Без своей второй половины. Мир, который он научил ее видеть в цвете, снова стал черно-белым.

Она просидела так до самого рассвета. Когда первые лучи солнца коснулись заснеженных вершин, она поднялась. Левое предплечье онемело, кровь запеклась, смешавшись с грязью. Она посмотрела на дымящиеся руины и сунула руку в карман разгрузки. Там лежал последний патрон. Она достала его и зажала в кулаке.

— Мы еще встретимся, — прошептала она.

Она не знала, как выжила в горах, как добралась до точки эвакуации, как оказалась в госпитале. Все эти дни были для нее сплошным туманом. Ее рана заживала, но рана в сердце не затягивалась. Врачи говорили о посттравматическом синдроме, начальство — о награде и длительном отпуске. Ей было все равно.