Сергей Патрушев – Река жизни (страница 5)

– Дурак ты, Сережа, – сказала она чуть слышно. – Столько лет молчал, а сейчас на тебе, размечтался. Ладно, сиди, рыбу лови.

Он улыбнулся и тоже уставился на поплавки. Но мысли его были далеко от рыбалки. Он думал о том, как мало нужно человеку для счастья. Просто сидеть рядом с тем, кого любишь, смотреть на воду, чувствовать тепло солнца и знать, что никуда не надо спешить, ничего не надо делать, ничего не надо доказывать. Просто быть. Быть здесь и сейчас. И чтобы она была рядом.

Солнце поднималось все выше, припекало уже совсем по-летнему, хотя август подходил к концу и скоро должны были начаться дожди и холода. Сергей снял куртку, бросил на траву, закатал рукава рубашки. Таня тоже размотала платок, распустила волосы, тряхнула головой, и они рассыпались по плечам седыми прядями, которых с каждым годом становилось все больше. Но ему они нравились. В них была их общая жизнь, их годы, их трудности и радости. Каждая седая прядь – как страница их общей книги.

Поплавок Тани вдруг дернулся, ушел под воду, и она вскрикнула, не столько от испуга, сколько от неожиданности.

– Сережа! Клюет! – закричала она, хватая удочку неумелыми руками.

– Тащи, тащи! – заорал он, вскакивая с кресла.

Она тянула, путаясь в леске, чуть не уронила удилище в воду, но все-таки вытащила на берег небольшого окунька, полосатого, с красными плавниками, который отчаянно бился на траве. Таня смотрела на него круглыми глазами, полными восторга, и Сергей вдруг понял, что никогда не видел у нее такого лица. Даже когда дети родились, даже когда Пашка первый шаг сделал. Тогда была усталость, радость, но другая, приправленная страхом и ответственностью. А здесь была чистая, детская радость от того, что у нее получилось, что она сама, своими руками, поймала живую рыбу.

– Сними! – потребовала она. – Сними скорее, ему же больно!

Сергей аккуратно снял окунька с крючка, подержал в ладони, чувствуя, как бьется маленькое упругое тельце. Посмотрел на Таню.

– Что делать будем? – спросил он. – В ведро или отпустим?

Она задумалась на секунду, глядя на рыбу, на его руки, на реку. Потом решительно мотнула головой.

– Отпускай. Пусть живет. Мне не жалко.

Сергей наклонился к воде, разжал пальцы. Окунек на мгновение замер у поверхности, будто не веря в свое счастье, потом метнулся в глубину и пропал в зеленоватой толще. Таня проводила его взглядом, вздохнула и села обратно в кресло, поправляя волосы.

– Вот так, – сказала она задумчиво. – Поймала и отпустила. А все равно приятно. Как будто что-то важное сделала.

Сергей смотрел на нее и думал, что она сама не понимает, насколько важные слова сказала. Поймала и отпустила. Как они друг друга когда-то поймали и держали всю жизнь, не всегда нежно, не всегда правильно, но держали. И сейчас, на этом берегу, он чувствовал, что готов отпустить все обиды, все недомолвки, все годы, когда они были рядом, но порознь. Отпустить, чтобы поймать заново, по-настоящему.

Он сел рядом, взял ее за руку, и они долго сидели молча, глядя, как солнце медленно ползет по небу, как по воде бегут легкие волны от ветерка, как стрекозы зависают над камышами и срываются с места, сверкая крыльями. Рыба не клевала, но это было уже неважно. Важно было то, что они здесь, вместе, и что впереди у них еще целый день, и вечер, и ночь, и, может быть, еще много дней и ночей, если они не поленятся их прожить по-настоящему.

– Сереж, – сказала Таня вдруг, не поворачивая головы. – А я ведь тоже все эти годы думала, что мы уже не… ну, не вместе, что ли. Привычка, дети, быт. А сегодня поняла, что люблю тебя. Так же, как тогда. Может, даже сильнее. Глупость, да? В нашем-то возрасте.

Он сжал ее руку крепче, поднес к губам, поцеловал шершавую кожу, пахнущую рекой и солнцем.

– Не глупость, – сказал он хрипло. – Самое главное это и есть. Что мы есть друг у друга. Что не потеряли. Что нашли снова.

Она повернулась к нему, и он увидел, что по щекам ее текут слезы, но она улыбается, и в этой улыбке было столько света, что солнце показалось тусклым.

Они сидели так до самого вечера, пока солнце не начало клониться к закату, разливая по небу оранжевую акварель. Сергей поймал еще пару плотвичек, но отпустил, не глядя. Таня просто сидела, иногда закрывая глаза, иногда о чем-то говорила, вспоминая молодость, первые годы брака, смешные случаи из жизни детей. Говорили легко, без надрыва, без обид, будто заново узнавали друг друга.

Когда стемнело, они собрали вещи и пошли к машине. Таня шла впереди с фонариком в руке, освещая тропинку, а Сергей нес сумки и кресла и смотрел на ее спину, на то, как она ловко перешагивает через корни, как иногда оборачивается, проверяя, не отстал ли он, и улыбается в темноте. И сердце его было полно благодарности к этой реке, к этому лесу, к этой женщине, которая шла впереди и вела его за собой, как вела всю жизнь, просто он не всегда это замечал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.