Сергей Панкратиус – Блаженные, юродивые и помазанники. Три пути исчезающего "я" (страница 11)
становится прозрачным, тонким, неплотным.
Блаженный не играет роль.
Он не выбирает быть «блаженным».
Он таким
У него нет внутриролевого отождествления.
Он не думает о себе как о «блаженном», не описывает себя, не старается соответствовать образу.
Его состояние – не роль,
а естественный побочный эффект просветления сердца.
Опасность здесь минимальна: роль не держится, потому что эго слишком мягкое, чтобы её удерживать.
2. ЭГО В ПУТИ ЮРОДИВЫХ
У юродивого эго ломается – но не исчезает.
Оно подвергается шоковой перестройке.
Юродство – это всегда удар по структурам «я»,
разрыв шаблонов,
разрушение внутренней «правильности»,
которой эго держится.
Но в юродивом ещё есть сила личности,
есть воля,
есть огонь сопротивления лжи.
Потому в их пути есть опасность:
если эго тонкое – оно освободится;
если эго сильное – оно может начать играть юродством как ролью.
И тогда возникает ложный юродивый:
– эпатаж вместо пророчества,
– хаос вместо истины,
– разрушение вместо освобождения.
Настоящий юродивый – не тот, кто играет безумие,
а тот, кто разрушает ложь внутри себя и вокруг себя.
Роль здесь возможна,
если человек удерживает образ вместо истины.
3. ЭГО В ПУТИ «ХРИСТА РАДИ ЮРОДИВЫХ»
Это самый тонкий путь.
Здесь эго не просто разрушено – оно добровольно
У истинного «Христа ради юродивого» эго почти исчезло,
и именно поэтому он способен «надеть» маску безумия,
не отождествляясь с ней.
Его игра – не игра личности,
а духовная стратегия,
защитная форма для святости.
Но если человек начинает видеть в этой форме свою особость,
свою исключительность,
свою «духовную роль»,
то эго может тонко проникнуть обратно
– под видом смирения,
– под видом жертвы,
– под видом служения.
Это редкая и опасная тонкость.
Но истинные «Христа ради юродивые» проходят через такое внутреннее очищение,
что их игра становится не ролью,
а жертвой видимости ради сохранения невидимого Света.
4. КОГДА ПУТЬ СТАНОВИТСЯ РОЛЬЮ?
Запомни:
Роль появляется только там, где остаётся страх потерять себя.
Страх нуждается в поддержке образа.
Любовь – нет.
Если человек играет образ блаженного, юродивого или святого,
его эго живёт и боится исчезнуть.
Он будет защищать свой стиль поведения.
Будет бояться быть обычным.
Будет держаться за то, что отличает его от людей.
Это и есть роль.
Но у истинных блаженных, истинных юродивых и истинных «Христа ради юродивых»
Их «я» либо растворено, либо сломано, либо принесено в жертву.
Они не защищают образ.