Сергей Панченко – Сценаристы апокалипсиса. Зеленая гекатомба (страница 1)

Сергей Панченко

Сценаристы апокалипсиса. Зеленая гекатомба

© Панченко Сергей

© ИДДК

Пролог

У людей в корне неправильное представление о Вселенной. Они уверены, что Вселенная – это бесконечный вакуум с разбегающимися в разные стороны галактиками, скоплениями галактик и прочим космическим мусором. Пронизанный невидимыми энергиями, струнами, гравитацией и темной материей. На самом деле это не так. Человек в масштабах Вселенной – личинка, лишенная многих органов чувств, позволяющих увидеть картину мира в наиболее приближенном к действительности варианте. Поэтому строятся ложные предположения, на основании которых не получается понять, а где же все пришельцы, обязанные по теории вероятности наполнить космос своим присутствием. А наполнить что? То, что неправильно увидено, а потом и интерпретировано великим обманщиком, живущим внутри черепной коробки.

Когда-то люди пытались громче бить в тамтам, чтобы жители Луны их услышали, потом посылали и посылают радиосигналы, что также является ненамного умнее битья в барабаны. Мир совсем другой. Вокруг, бок о бок с нами, живут многочисленные цивилизации, к которым не надо лететь за миллионы световых лет. Они рядом и так же, как и мы, понятия не имеют друг о друге. Но больше тех, кто имеет. Эти цивилизации наблюдают за нами, как мы рассматриваем колонии микробов под микроскопом. Возможно, и мы видим себя в прошлой инкарнации, разглядывая очередное цветное пятнышко, выращенное в чашке Петри на питательном бульоне.

Одни микробы могут возжелать питательную среду других, сильно размножившись или обильно нагадив в родном мире. Как должны поступить в таком случае те, кто наблюдает за процессом извне? Считают ли они, что агрессор всегда неправ, или, наоборот, считают, что прав больше у тех, кто выигрывает войну? Наверняка должен существовать институт, определяющий условия проведения конфликта. Чтобы не нарушить гармонию мира и не подыграть тем, кто в будущем покажет себя слабее, высшие цивилизации обязаны провести эксперимент в условиях, полностью имитирующих мир цивилизации – жертвы экспансии.

А специально отобранные для эксперимента существа защищающегося мира, то есть мы, должны показать, достойны они будущего или нет. Написать своей рукой сценарий апокалипсиса, где нам отводится роль победителей или жертв.

Глава 1

Алина внимательно наблюдала, как опытный хирург делает надрез брюшины у пожилого мужчины, пострадавшего от заворота кишок. Бедный пациент под анестезией, позеленевший от недуга, безропотно принимал острие скальпеля. Неожиданно в кармане ее халата зазвонил телефон. Рука хирурга дрогнула. Он бросил злой взгляд на группу студентов.

– Я вам в следующий раз по брюшной аорте полосну, если не будете отключать телефоны.

– Извините, это у меня. – Алина посчитала, что не стоит распылять вину на всех.

Отключила телефон, успев увидеть, что звонок был от брата, работающего в полиции.

– Пять минут перерыв, – распорядился хирург. – Надо успокоиться.

Алина первой выбежала из операционной, включила телефон и набрала брата.

– Саш, ты чуть операцию не испортил. Михаил свет Валентинович чуть мужика не зарезал от неожиданности. А у нас вскрытие брюшной полости, мужчина чуть живой, зеленый, как будто хлорофилл в клетках начал вырабатываться, – рассказала она брату скороговоркой.

– Чего? И у вас зеленый? – неожиданно поинтересовался он.

– В смысле? Многие пациенты с проблемами живота имеют признаки позеленения. Что заворот, что аппендикс. А у вас-то кто позеленел?

– Труп десятилетней давности. Короче, назначили эксгумацию по вновь открывшимся фактам, откопали несчастного, а труп как свежий. Пять минут на свету полежал и позеленел. Я хотел у тебя поинтересоваться, пока патологоанатом не приехал: так бывает? Почему он не разложился и почему позеленел? Вдруг это действие какого-нибудь яда, сохраняющего ткани, но меняющего цвет под солнечным светом? – В голосе брата ощущался профессиональный азарт.

– Саш, я ничего про это не знаю. Очень похоже на сильное отравление, прямо как будто он ведрами нажрался яда, что забальзамировался. А реально он как умер?

– Множественные ножевые ранения, полученные в пьяной драке, – произнес брат. – Короче, если нож макнуть в яд, а потом зарезать, такого эффекта быть не должно?

– Наверное, нет. Я не изучала эту тему. Это больше по специальности вашего патологоанатома. Хотя очень интересно на него взглянуть. Он прям за пять минут позеленел?

– Прям за пять. Честно тебе скажу, он внушает страх. Оказывается, зеленые люди – это так противоестественно.

– Не ту профессию ты выбрал. Я же тебе говорила, что воспитатель детского сада – твое призвание.

– Это считается только в отношении тебя. Остальные дети меня раздражают. – Александр был старше сестры на восемь лет и в детстве заменял ей родителей, пока те были вечно заняты на работе. – Не хочешь посмотреть? Чую, нам у трупа долго стоять. Наш труповед сегодня сильно занят.

– Блин, у меня занятие. – Алина захотела отказаться. – Ладно, отпрошусь по семейным проблемам. Где вы?

– На втором городском. Я буду ждать тебя у ворот.

– Ладно, через полчаса буду.

Алина вернулась на занятие и сделала максимально жалобное лицо.

– Михаил Валентинович, простите, пожалуйста, но у меня очень серьезная причина, мне нужно отлучиться на несколько часов.

– Так и будете отлучаться, пока вас не отлучат от медицины. Поищите себе более свободную работу, где не требуются дисциплина и глубокие знания предмета. Продавщицей, например, или курьером.

– Я могу идти?

– Идите, но с вас спрос будет строже, – пригрозил он.

– Конечно, я готова. Сами понимаете…

Алина выпорхнула в коридор и побежала к выходу. Вызвала такси и через пятнадцать минут была у ворот кладбища, где ее ждал Александр на служебной машине.

– Привет. – Он обнял сестру. – Любопытно?

– Да. Вдруг в его тканях найдут вещество, останавливающее старение, – в шутку предположила она.

– Но с побочкой в виде позеленения, – усмехнулся брат. – Я тебе гарантирую, оно того не стоит.

Могила с раскопанным для эксгумации покойником находилась на другом конце кладбища. Пришлось попетлять по «кварталам» вечного поселения. У разрытой могилы стояли двое работников кладбища, подпирающих лопаты, и еще один офицер полиции, скучающий за столиком рядом с чьей-то оградкой. Открытый гроб с прогнившими досками и почти истлевшей тканью стоял прямо на отвале сырой земли.

Алина из машины увидела крайне неестественный зеленый цвет покойника. Ее невольно передернуло.

– А я тебе говорил: зрелище не из приятных. – Брат заметил, что ей стало не по себе.

Они подошли к могиле.

– Привет, малая, – поздоровался скучающий офицер.

– Здрасьте, Иван. – Алина дежурно улыбнулась.

Этот Иван когда-то пытался за ней ухаживать, но делал это крайне пошло, чем вызвал отвращение к себе. Он разбил в ней мечту, что мужчины постарше обязаны быть галантнее ее ровесников.

– Ого, да он стал еще зеленее, – заметил Александр. – Такими темпами к приезду Валерича он у нас заколосится. А вы что, одежду на нем трогали?

– Не удержался, – ответил Иван. – Прикинь, у него нет ни одного пореза.

– Да ладно? – Александр не поверил. – Как такое может быть?

– Или фальсификация от начала до конца, или пипец какая непонятка. – Иван поставил на столик пустую бутылку из-под минералки и громко отрыгнул. – Не зря заставили его выкапывать, дело темное.

– Зеленое. – Александр откинул полу черного костюма, сразу полезшего по швам. – Что скажете, доктор? – обратился он к сестре. – Видите следы ножевых ранений брюшной полости и грудного отдела?

– Нет. – Алина скривилась. Тело, не считая цвета, выглядело нетронутым. – До чего он мерзкий.

Покойник выглядел как человек, но неуловимо чем-то отличался, вызывая отвращение несоответствием. Черты его лица как будто подровняли, сделав их точенее, но неестественнее. Алина обошла покойника, чтобы рассмотреть его со всех сторон. Под лысой зеленой головой лежали волосы темно-русого цвета.

– Странно, что они не удержались на кожных покровах, сохранившихся идеально, – заметила она.

– Тут все странно. – Брат отвернулся и глубоко вдохнул. – Особенно странный запах.

Покойник действительно источал несвойственный аромат, который Алина вначале приняла за игру воображения. Он показался ей слишком растительным, как если в руках размять зеленый листок. Вкупе с запахом прелых досок и сырой земли он создавал тошнотворный букет.

– Да, Саш, вопросов тут больше, чем ответов, – заметила Алина. – А причина, по которой его раскопали?

– Дружок его откинулся и рассказал, что убил покойного другой человек, не правша, а левша. Вот мы и хотели это проверить. А придется проверять, чем его траванули, а не зарезали. Ладно, пусть Валерич голову ломает, а нам придется ждать решения начальства: закопать от греха подальше или, не дай бог, отправить на доследование.

– Я бы вскрыла его и взяла образцы ткани: узнать, отчего произошло их позеленение и бальзамирование. Вдруг мы, сами того не зная, стоим на пороге крупного открытия. – У Алины разгорелись глаза.

– Мы стоим на краю могилы, это факт, – заметил брат.

– Да ну тебя, – отмахнулась сестра. – А можно я его потрогаю?

– Фу, зачем это? – Александр скривился.

– Хочу понять, в каком состоянии ткани. Мышцы сохранили свою структуру или это только видимость.