Сергей Панченко – Сеть. Книга 2 (страница 8)

Генри смоделировал, как бы развивалась ситуация, если бы он не встретился с Полиной. Скорее всего, он женился бы на Саре, девушке младше него на два года, живущей неподалеку от их дома. Она не особо нравилась ему, но у них была хорошая семья, которая нравилась родителям. А они считали, что выбирать жену умом намного правильнее, чем отдаваться чувствам, которые могли оказаться порочными. Генри и сам так считал и был уверен, что Сара – лучший выбор, чтобы прожить жизнь спокойно.

Однако настоящий он, переживший и осмысливший многое, вернувшись в прошлое, приказал бы себе не связываться с Сарой. Было в желании спокойной жизни что-то затухающе больное, деградирующее, неправильное. Получив яркий и сложный опыт, Генри почувствовал, как его внутренний мир наполнился ценным содержанием, которое ни за что не получить, убегая от проблем. В принципе, его жизненный опыт прекрасно переносился и на весь мир, сделавший целью жизнь без проблем. Такой мир был скучен, сонлив и обречен.

Поселки за окнами машины сменились однообразными пейзажами, заснеженными полями, изломанным рельефом, озерами, реками и низкими корявыми карельскими березами. Машин на дороге становилось все меньше, и чаще других попадались трехосные полноприводные «вахтовки», умеющие переходить в режим движения на воздушной подушке. Экологи требовали сохранять медленно восстанавливающуюся природу Севера и потому старались сводить к минимуму количество дорог, особенно ведущих к временным разработкам.

Генри немного поиграл на терминале, потом задремал, наслаждаясь отпечатком теплых солнечных лучей на своем теле, как домашний кот. Пообедал и долго смотрел в окно. Весна понемногу одолевала зиму. Выпавший накануне снег, собранный в отвалы вдоль дорог, проседал и плавился под солнцем. Генри приоткрыл окно и вдохнул приятный аромат талого снега и поднимающегося от нагревшегося асфальта пара. Запахи кружили голову надеждой на то, что просыпается не только природа, но и весь мир, пребывавший до этого в долгой зимней спячке.

Перед закатом природа поменялась кардинально. Количество деревьев серьезно уменьшилось, а ландшафт превратился в переваливающиеся друг за другом холмы. Дорога петляла между ними, но иногда прорезала насквозь и еще реже проходила поверху. Ночь опустилась быстро. Генри сделал панорамную крышу прозрачной и лежа смотрел в небо, на миллионы перемигивающихся звезд. Он ощущал себя маленькой частицей, которая по иронии судьбы научилась осознавать свое «я» и за это получила вечное смятение разума.

Полина набрала сама. Выглядела она крайне задумчивой.

– Позвонила пожелать спокойной ночи, – произнесла она.

– Какие-то проблемы?

– Да. Группа, про которую я тебе говорила, попала в засаду. Никто не погиб, слава богу, но я поняла, что одними потоками мы не обойдемся. Киборги Филиппоса рассчитывают вероятности развития событий и ставят на ключевые места засады. Я почувствовала их в тот момент, когда машина с нашими бойцами попала им на глаза. Его люди отправили запрос на подтверждение открыть огонь, и нашим ребятам хватило времени уйти из-под обстрела.

– Так они скоро и город в горе вычислят, – предположил Генри.

– Несомненно. – Полина встряхнулась. – Ну, как ты? – спросила она бодрым голосом.

– Нормально. Все бока отлежал, все мысли передумал, а дорога никак не кончается.

Полина проверила по карте местонахождение вэна и улыбнулась.

– Оставшееся время в пути три часа сорок минут, – сообщила она.

– Класс. Давно у меня таких долгих поездок не случалось. Безумный тип еще этот заставил меня понервничать. Ты слышала, что он собирался войти в состав какого-то карательного отряда?

– Нет.

– Наверное, в Сети есть объявления о наборе в спецотряды для подавления очагов сопротивления. Якобы дослужившимся до командира взвода там дают суперспособность ускоренного метаболизма. Этот тип был преисполнен очарования ею и уверенностью, что работа непыльная. Правда, когда с него спросили за опоздание, очарование рассеялось, и он передумал вступать в отряд.

– Я проверю, – пообещала Полина.

– Пока я бездельничал в машине, пришла идея, что нам надо создать службу дезинформации, выставляющую новые власти в дурном свете перед людьми. Я уверен, что нам будут верить охотнее, чем ей, даже если они попытаются что-то опровергать, – предложил Генри.

– Уже придумал, как это сделать?

– Для начала годится несколько самостоятельно устроенных провокаций, снятых на городские камеры. Думаю, тебе не составит труда выудить их.

– Генри, я одна и почти ничего не успеваю. Я сплю три-четыре часа в сутки от силы, – неожиданно пожаловалась Полина.

Генри сначала осекся.

– Так вот почему у тебя проблемы с памятью. Ты совсем не отдыхаешь. Скажи Блохину, пусть делает устройства для выхода в Сеть для других, – посоветовал он.

– Он близок к этому решению, но хочет просчитать все варианты. Ему важно, чтобы программы нельзя было копировать. Умения должны быть только у тех, кто действительно способен применять их для дела, а не маяться дурью, сталкивая машины на дороге.

– Но ты же скоро надорвешься тянуть на себе все сопротивление! – Генри сильно расстроился, узнав, что жена в одиночку обеспечивает прикрытие всех операций.

– Поэтому нам нужны базы на Луне. Там есть все, чтобы делать программаторы в любом количестве, не опасаясь контроля со стороны Филиппоса. Нам нужен космодром и продукты. Вот это наша ближайшая цель. Селениты обещали помочь с расчисткой орбиты для полетов кораблей, – выпалила Полина. – Блин, не хотела говорить об этом по связи.

– А мы потянем? – Генри взвесил свои силы и испытал сомнение в том, что отряду под силу удерживать космодром, да еще и организовать подвоз продуктов, в которых нуждались жители лунных баз.

– Приедешь – поговорим об этом, – ответила Полина. – У Мориц есть идеи. Не зря же она работала в Интерполе. – Она зевнула и вытерла выступившие слезы.

– Полин, ложись спать, – почти приказал ей Генри. – Как доберусь до поселка, позвоню тебе и ты мне расскажешь про дальнейший алгоритм действий.

– Хорошо. Я и вправду чувствую себя как в легком бреду. Тогда до связи?

– До связи. – Генри отключился.

Двоякое чувство осталось от разговора. С одной стороны, поговорил с Полиной, отвел душу. С другой, появилось чувство, что никакой семейной жизни у них не предвидится и его права на жену сугубо номинальные. Из-за своих умений она принадлежала всему сопротивлению, а не только ему. Им требовались программаторы, чтобы освободить Полину от ведущей роли в процессе.

Генри задремал, а проснулся от писка, напоминающего, что поездка окончена. Он собрался, сложил сиденья и по привычке убрал в машине, чтобы следующий пользователь не накатал на него жалобу за оставленный в машине мусор и не сложенные сиденья. Снаружи было зябко. Чувствовалось близкое дыхание моря, проявляющееся в высокой влажности. Он набрал Полину и сбросил.

В этот раз она ответила не сразу. Она выглядела заспанной, когда появилась на экране терминала.

– Блин, я на самом деле заснула, и время пролетело как один миг, – произнесла она удивленно. – Ты на месте?

– Да. – Генри провел камерой вокруг себя, показывая пустую площадь поселка, освещенную двумя фонарями.

– Иди по улице, на которой я мигну тебе фонарями. По дороге увидишь магазин «Лукошко». Заберешь шестнадцатый заказ. Это то, о чем мы говорили.

– Ингредиенты для пирога?

– Ага. Прости, но я должна узнать тебя ближе. – Полина рассмеялась. – Потом пойдешь по этой же улице до причала. Там будет стоять шестиместный подводный дрон. Садись в него и жди, пока он не пристыкуется к моей базе. Вот и все.

– Даже жарко стало от мысли, что мой дрон пристыкуется к твоей базе, – пошутил Генри.

– Пошляк, – ответила ему Полина. – Начинаю ждать.

– Тогда не будем терять времени на лишние разговоры. Целую и до встречи. – Генри чмокнул в камеру.

– До встречи.

Он убрал терминал в карман и огляделся. Народу вокруг ни души. Погода и самом деле не располагала к ночному променаду. На одной из прилегающих к площади улиц несколько раз мигнули фонари. Генри направился к ней. Прошел пару кварталов, пока не увидел светящийся вход в магазин «Лукошко». Зашел внутрь. В широком фойе находилась стойка с дверцами, запертыми электронными замками. Генри выбрал шестнадцатый номер и приложил к нему прибор с «паленой» ДНК. Замок открылся без проблем. Внутри находился пакет с готовым заказом. Генри забрал его и вышел на улицу.

Пошел по той же улице, слушая, как нарастает шум моря. Погода по меркам Севера была тихой, поэтому прибой шелестел, рассыпаясь по каменистому берегу. Причал освещался хорошо и оказался не таким, каким его представлял Генри: что-то вроде самодельного деревенского пирса с привязанными к нему моторными лодками. Это было строение с крышей, но без стен. Внутри находились два тридцатиметровых пирса. Перед причалом расположился волнолом. У пирса покоились два катера и один подводный дрон.

Генри подошел к турникету, загораживающему вход. Приложился к экрану чужим чипом и прошел внутрь. Каждый раз, когда он использовал чужой чип, непроизвольно возникал страх, что в этот раз он не пройдет и будет объявлена тревога. Дрон едва заметно покачивался на воде, бесшумно касаясь каменной стенки причала резиновым ободом. Пришлось коснуться чипом круглого люка, чтобы открыть замок.