Сергей Панченко – Пекло. Книга 2. Генезис (страница 15)

– Фух, бедняга, надорвался. А ты права, я по такой дороге уничтожу мотор за несколько поездок. А его надо поберечь, иначе совсем без машины останемся.

– Вот видишь, – обрадованно согласилась с ним жена.

– Но я могу взять чужую, брошенную.

– Валер, перестань. Мы такое пережили, а ты стремишься всё испортить.

– Ладно. Беру тайм-аут на два дня. Я же не подкаблучник – сидеть дома по приказу жены, в то время как под завалами умирают люди. Просто не собираюсь тратить своё время на бесполезное хождение среди руин.

– Хорошо, – согласилась Ольга. – Остыл моторчик?

– Нет ещё.

Со стороны города донёсся звук взрыва. Через некоторое время за деревьями, закрывающими обзор, поднялось чёрное облако.

– Там теперь совсем небезопасно, – произнесла Ольга, мягко настаивая на том, чтобы Валера пересмотрел свою точку зрения.

– Опасность легко просчитать. Взрывается либо бытовой газ, либо заправочные станции, либо… не знаю, баллоны газовые. – Валера вспомнил про кислородные баллоны, которые лежали в подсобном помещении их подземного дома и мысленно выругался. В случае обрушения они могли повредиться и начать травить кислород, в результате чего любой микроскопический источник огня мог спровоцировать пожар, а в огне неповреждённые баллоны обязательно бы взорвались, разрушив их бункер, на который сейчас возлагались такие надежды.

Валера посмотрел на датчик температуры антифриза. Тот вернулся в рабочую зону.

– Поехали, – произнёс Валера.

Он ехал на грани возможностей машины, не считаясь с мелкими выбоинами и бугорками. Ольга терпеливо молчала, внутри себя переживая за авто. Ещё до того, как показались дачи, стали видны дымовые хвосты, поднимающиеся в небо. Ясно, что такие глобальные разрушения не могли пройти безболезненно для тысяч домов. На дачах, как нигде, пренебрегали нормами пожарной безопасности.

Они въехали на территорию дачного товарищества и сразу оказались в дыму. Деревянный дом, построенный из прессованных деревянных плит, горел и обильно дымил едкой гарью.

– Кхе-кхе! – намеренно закашлялась Агата, чтобы показать, как ей неприятен запах дыма, и прикрыла мордаху коту.

– Не дышите, – посоветовал Валера. – Сейчас проскочим.

Визуально дачи сохранились намного лучше города. Лёгкие конструкции остались на месте, рассыпались преимущественно кирпичные дома, построенные из экономии в четверть кирпича. Лёгкие фанерные лачуги выглядели неповреждёнными, либо у них съехала набок или совсем свалилась крыша. Поставить её на место не составляло никакого труда. До холодов защита от дождя у людей была.

Валера и Ольга напряглись, когда увидели идущий со стороны их улицы дым. Валера прибавил газу и громко приложился бампером о края канавы.

– Чёрт! – выругался он. – Агата, как ты?

– Нормально. Бонька испугался.

– Да и чёрт с ним, переживёт.

Машина выскочила на их улицу. Валера облегчённо выдохнул. Горел дом за три дома от их дачи. Судя по тому, что догорал он в полном одиночестве, хозяев в нём не было. Валера подъехал к воротам своего участка, выскочил, открыл их и вернулся в машину. Ольга не стала ждать, когда муж заедет, выбежала и отправилась осмотреть участок. Верхний домик, если не считать выбитых в одном окне стёкол, казался неповреждённым.

Валера и Агата с котом на руках выбрались из машины.

– Что? – просто спросил супруг.

– Вроде нормально. Надо спуститься вниз, посмотреть.

– Я спущусь один, проверю перекрытия.

– Валер, осторожнее.

– Обещаю.

Валера спустился в нижний дом по спрятанной под шкафом лестнице. Стены на лестничном пролёте потрескались и кое-где осыпались. Наверняка и в доме его ждало то же самое. Он верил, что в конструкцию заложено достаточно прочности.

В доме было темно. Валера на ощупь пробрался в подсобку и споткнулся обо что-то. Упал, ударился, поднялся и произнёс всё, что думал о своём друге Захаре. Ему удалось кое-как пробраться к стеллажам. Он нащупал большой фонарь с аккумулятором, включил его и осмотрел состояние помещения. Весь строительный хлам, который он укладывал прошлой ночью, разлетелся по полу. Кислородные баллоны сгрудились у одной стены. Валера осторожно осветил их. Внешне не было видно никаких повреждений.

Он пошёл в жилую часть дома. Стулья валялись на полу. Навесные шкафы, посуда из них и другие вещи разбились и разлетелись от падения на пол. Холодильник накренился, но не упал, упёршись в стену. Дверь его распахнулась, но содержимое осталось на месте. В гостиной тоже был настоящий кавардак. Стулья на полу, все картинки со стен попадали и разбились. Стекло из рамок разлетелось по полу. Телевизор, как ни странно, остался висеть на стене в первозданном состоянии.

На стенах появились трещины, однако их нельзя было считать опасными. Перекрытия внешне не деформировались, не прогнулись, и это было очень хорошо. Валера поднялся наружу, чтобы загнать машину в гараж и дать добро семье на спуск.

– Что там? – с надеждой спросила Ольга.

– Нормально. Моя конструкция выдержала испытание, – самодовольно произнёс Валера. – Только порядок надо навести, всё по полу разлетелось.

– Я готова и уже соскучилась по работе.

– Идите, а я пока займусь генератором. В доме нет света.

Глава 5

По округе разносился стук кузнечного молота. Угольный дым стелился к земле, мешаясь с туманом. Кузня работала без выходных. Над трубой через равные промежутки времени вспыхивали разлетающимся цветком снопы искр. Харитон и Вторуша только и успевали превращать металл в нужные для хозяйства изделия. Железо, пока ещё из своих запасов, перековывали в скобы для скрепления брёвен, мотыги для сельхозработ, штыки и совки для лопат, молотки и прочее.

Зарянка жила. С горем пополам удалось одолеть бесконечную зиму. Похудели все. Мужики особенно выглядели отощавшими. У Александра глаза сделались в два раза больше прежнего, так же как и голова. Шея удлинилась, плечи стали уже.

– Аглая, я снова чувствую себя подростком, – пожаловался он жене. – Я выглядел так же, когда мне было лет пятнадцать.

– Я твой намёк поняла. Ты хочешь сказать, что я уже стара для тебя, – посмеялась бывшая администратор экокомплекса.

– Ага, точно, я вообще слишком молод для серьёзных отношений. Мне мама не разрешает.

Отношения бывшего начальника и его подчинённой складывались гармонично. Александр признался девушке, что его первый брак в сравнении с этим просто какая-то адская нелепица. Он чувствовал Аглаю, а она его. Даже находясь на расстоянии, оба ощущали настроение друг друга. Александр знал, что сказать, Аглая – как это понять и отреагировать.

Гордей с Забавой тоже жили душа в душу. Девушка иногда впадала в короткие периоды депрессии, вспоминая родителей, момент, когда поняла, что их не стало, свой подвальчик, по которому скучала, до сих пор считая его настоящим домом. Но Гордей в силу лёгкости своего характера умел выводить её из состояния депрессии.

Самые новоиспечённые жители Зарянки – Поликарп, Матрёна с детьми Демидом и Евдокией – были рады тому, как их приняли. К тому же в Зарянке благодаря им появился велосипед. На нём можно было ездить только внутри комплекса, потому что снаружи земля была слишком рыхлой и скользкой. Весенние дожди превратили холм с городищем в настоящий остров посреди бескрайнего моря.

Голод гнал людей поскорее отправляться на поиски пропитания, но этому мешала вода. Бесполезно было куда-то отправляться, если подобная ситуация была повсюду. Все населённые пункты в округе, скорее всего, оказались затоплены, следовательно, их подвалы, единственный источник сохранившегося пропитания, тоже.

Голодали все, но особенно страдал от отсутствия нормального питания Дружок. У него начала лезть шерсть, ноги и живот облысели. Он смотрел на всех добрым взглядом, говорящим: «Вот я умру, что вы без меня делать будете?» Как ни странно, умирать он не стал. Прошло некоторое время, и пёс как будто начал восстанавливаться. На плешинах появился свежий пушок, глаза заблестели надеждой. Выглядеть он стал сытым и отказывался есть квашеную капусту.

Причина вскоре выяснилась. Пёс навострился раскапывать землю и есть дождевых червей, ползущих к поверхности глотнуть свежего воздуха. Он делал это искусно – вырывал лунку, и если в ней оказывался червяк, прихватывал его зубами и нежно тянул вверх, чтобы не порвать. Вытянув полностью, он кивком головы закидывал его себе в пасть и, несколько раз жевнув, сглатывал.

– Я не собака, но мне эта идея очень нравится, – признался Гордей. – Свежее мясо без костей, куча белков и витаминов, наверняка быстро готовится.

Несмотря на голод, не все сразу приняли это блюдо. Гордей и Александр решили приготовить его так, чтобы у людей не осталось сомнений, что дождевой червь – лучший вариант доступной и питательной еды.

– Вспомните лягушек, – провёл Александр параллель с сегодняшней ситуацией. – Французы начали есть их от голода. А потом это блюдо стало ресторанной едой. Разные насекомые в Азии. Личинки у индейцев. Есть можно всё.

Варить червей было нельзя. Они бы превратились в бесцветную лапшу сомнительного вида, не вызывающую аппетита. Можно было только жарить. Прежде чем бросить на сковороду, их опустили в воду, чтобы черви прогнали её через свою пищеварительную систему, освободившись от земли.

Промытых червей бросили на чистую сковородку и принялись обжаривать на медленном огне. Они зарумянились, обжарились, соль придала им вкус. Сбрызнув перед подачей соком из квашеной капусты, блюдо подали на пробу. Каждому пришлось совсем по чуть-чуть. Аглая, чтобы не подводить мужа, первой отведала неканоническое для древних славян блюдо. Закинула в рот несколько червей и принялась жевать, делая вид, что смакует и наслаждается вкусом. Проглотила и не сразу дала понять, что чувствует.