Сергей Панченко – Мир Тараумара. Книга 2. Другой мир Тараумара (страница 7)

Мужчина в пиджаке коротко кивнул.

– Я управляю ковчегом, – произнес он.

– А в чем суть работы на ковчеге? – поинтересовался Денис у Елены.

– Суть в том, чтобы выжить, для чего нам всем надо научиться действовать как единый организм. Без этого ковчег летит не туда, куда надо, а экипаж, не научившийся прилежанию, гибнет.

Анжела замерла на месте.

– Ой, а я, наверное, поторопилась с решением. А эти, кто остался, они точно погибнут? – спросила она с явным намерением остаться.

– Через двадцать часов пристань перезагрузится, но перед этим у нее исчезнет воздух, и люди умрут, покрывшись выступившей кровью.

– А мы такое уже видели.

– Вы о том человеке у склада?

– Ага. Он выпил воды из бутылки и сразу умер.

– Нельзя брать продукты, пока их не выберет кондей. Только у него есть особый дар делать их безопасными.

– Пристанью называется это место? – догадался Денис.

– Ага. Места для пополнения провизии и воздуха, – пояснила старпом Лена.

– Воздуха? – удивился Гоша. – В смысле?

– Вон видите вокруг тех ковчегов, которые поднялись раньше, светящийся ореол? – спросила девушка.

– Конечно, мы сразу его заметили.

– Это воздушный пузырь. Кислород в нем не бесконечный, а люди дышат, иногда очень активно. Если не залетать в места для его пополнения, то можно задохнуться.

– А я думал, что вся эта небесная синь – обыкновенная атмосфера из нормального воздуха. – Гоша не столько удивился, сколько испугался.

– Увы, это вакуум. У пристани тоже свой пузырь, только гораздо больший. С поверхности его не видно, но выйдя за пределы, вы заметите точно такой же ореол, как и вокруг ковчегов.

Анжела повертелась на месте и побежала вслед за новой компанией.

– Чего не осталась? – спросил Денис.

– Боня дала знак, что надо идти за вами, – ответила она.

– Ты всегда консультируешься с собакой по важным вопросам? – поддел ее Гоша.

– Она дитя природы, у нее предчувствие лучше развито, – пояснила девушка свою позицию.

– Это она подсказала тебе ехать сегодня в метро?

– Отстань, – фыркнула Анжела. – Без твоих шуток тошно.

– Отстань, – вежливо попросил Гошу Денис.

Компания подошла к стеллажам, у которых ожидали несколько человек. Продукты на витринах еще остались.

– Много взяли? – спросил капитан у мужчины в рыбацкой жилетке, надетой поверх тельняшки.

– Максимум на семь суток, больше не дали, – угрюмо признался мужчина. – Придется снова делить пайку. – Он посмотрел на новеньких. – Как матросы?

– Так же, как и продукты, много не дали, и те не по внутреннему убеждению.

– Сбежали?

– Да. – Капитан вздохнул. – Все на борт. – Он кивнул в сторону веревочной лестницы, ведущей от земли к ковчегу. – Девчат страхуйте, у них руки слабые, до середины не доберутся.

– У меня не слабые, я на фитнесс хожу, – заявила Анжела.

– А собака ходит? – не удержался Гоша. – Она тоже станет членом команды «Полуночной маршрутки»?

– Хватит болтать, забирайтесь, – приказным тоном произнес капитан.

Подъем оказался намного более сложным занятием, чем представлял себе Денис. Первым полез один из старых членов команды ковчега. Он страховал Веру, потом Варвару. Анжела отказалась от его помощи, но добравшись до середины, поняла, что Боня ей очень мешает. Денис догнал ее и забрал собаку. Бедный напуганный пес пучил мокрые глазки и тихо скулил, глядя то вниз, то на попу забирающейся выше хозяйки.

На краю каменной глыбы Анжелу приняли сильные руки мужчин. Они же помогли забраться на борт Денису. Последним поднялся капитан. Ему никто не помогал. Он по-молодецки запрыгнул на ровную площадку и сразу направился к деревянной беседке, стоящей по центру верхней части каменной глыбы.

– По местам! – выкрикнул он. – Отчаливаем через одну минуту!

– А нам куда? – спросил Гоша.

– Пока никуда. Привыкайте, – ответил капитан.

Команда «Полуночной маршрутки» насчитывала больше полусотни человек. Люди расселись по скамейкам, стоящим рядами, как в каком-нибудь театре под открытым небом, и соприкоснулись руками. Капитан встал впереди всех, ухватившись за ручки, торчавшие из столбика на уровне живота.

Глыба мягко качнулась и начала подъем.

– Мамочки. – Анжела села на камень и крепко ухватила собаку.

Денис не испугался, остался на краю, наблюдая, как тысяча людей, собравшихся у поезда, смотрит им вслед. Он ощутил, как с подъемом ковчега натянулась и порвалась ментальная пуповина, связывающая его с ними, и от этого стало легче.

Глава 3

Все люди думали, что это обычная дворничиха, а она была феей. Она мела асфальт, а на самом деле выметала из мира лишнюю грязь. Наводила порядок у дома, а порядок наводился во всем мире. Фея всегда была в делах. В какой момент вы бы ее ни встретили, она либо работала метлой, либо катила тележку, груженную инструментом и мешками мусора. Ее лицо непременно озаряла смущенно-добродушная улыбка, словно ей было неловко за ваши мысли о ней, и такой взгляд, будто она все знала о вас наперед.

Когда ковчег пересек границу атмосферы пристани, поменялось восприятие окружающего мира. Они очутились в океане безмолвия. Исчезли все звуки, идущие извне. Отвыкшие от абсолютной тишины уши напряглись. Бесконечная перспектива, голубая синь во все стороны вкупе с безмолвием создавали ощущение вселенского умиротворения.

Пристань обрела вид большого округлого камня с бледным ореолом атмосферы. Пятно людей и полосу поезда еще можно было различить. Гоша, до этого испытывающий страх высоты, подошел и присел рядом с Денисом, наблюдающим за удаляющимся объектом.

– Не жалеешь? – спросил он.

– Чтобы жалеть, надо понимать, что с тобой произошло. А я не понимаю. – Денис отковырнул камень и бросил от себя.

Тот отлетел метров на пятнадцать и упал назад.

– С физикой тут полный аут, – усмехнулся Гоша. – Шар размером с многоквартирный дом имеет притяжение, как целая планета. И даже свою атмосферу. Я уверен, что мы находимся в ином измерении с необычными законами мироздания.

– Это понятно и без твоих открытий. Летающие камни, управляемые мысленными приказами людей. Что может быть сказочнее?

– Не хочется верить в собственную смерть. Считай, не жил, только собирался, а раз – и умер. Нечестно.

– А что, если мы настолько тупые, что ничего, кроме смерти, не смогли придумать? – Денис посмотрел в глаза Гоше, обескураженному вопросом.

– Поясни.

– Ну, мы ведь знаем только два состояния человека, жизнь и смерть, и считаем, что иных не существует. А вот сейчас с нами что происходит? Я это я, все мое при мне, телефон, бумажник, «подорожник». Не думаю, что умерший человек, ставший бесплотным духом, в точности повторяет все, что было у него в материальном мире. Это же нелогично. Даже если представить, что религия не врет и от нас остается душа, которая идет на суд с грузом грехов и добрых дел, на фига ей телефон в кармане? – Денис поделился всем, что успел подумать на краю глыбы.

– Согласен, странно. – Гоша достал свой телефон и разблокировал экран. На заставке сиял рыжим мехом красивый кот. – Котяра остался дома, тоже Жора. А ты держал кого-нибудь?

– Нет, не хочу лишних забот.

– Иногда они приятные. – Гоша убрал телефон в карман. – В этой вселенной сотовую связь еще не придумали. – Он посмотрел по сторонам и громко поинтересовался: – А кто-нибудь знает, почему здесь светло, но нет солнца? За чей счет фотоны летают?

– Ты же видишь, народ занят, им не до разговоров. – Денис кивнул в сторону сидящих на лавках людей. – Из сектантов получились бы прекрасные работники ковчега. Они очень восприимчивые ко всему новому и необычному.

– Лена старпом сказала, что работники тут называются матросами. Терминология мореходов очень подходит их занятию. Вокруг считай океан, а мы идем на пердячьем пару. – Гоша негромко засмеялся и сразу же замолчал.

Смех в полной тишине звучал вызывающе громко.

Анжела сидела обособленно от всех и общалась с собакой. Уговаривая ее не переживать, она на самом деле уговаривала саму себя. Вид у нее был несколько растерянный. Лоск, которым она щеголяла в метро, сошел, помада померкла, тушь размазалась, прическа потеряла форму. Она стала похожа на человека, долго горевавшего, не обращая внимания на собственный вид.