Сергей Орлов – После последнего подхода (страница 14)

— А. Я подумала, сегодня.

— Сегодня только смена.

Он хотел сказать что-нибудь ещё. Спросить о проекте, продолжить шутку о шрифтах. Вместо этого увидел, как её рука скользнула по стойке в поисках телефона. Она заметила, что он посмотрел, и убрала руку.

— Тогда до встречи.

— До встречи.

Андрей прошёл в зал. На планшете остались открытыми задания клиента. Он прочитал одну строку трижды, прежде чем понял смысл.

Вечером, составляя описание своей работы, он написал: «Я умею помогать людям спокойно возвращаться к занятиям».

Посмотрел на фразу. В ней не было лжи. Не было и той части правды, которая мешала ему самому возвращаться куда-либо.

Он удалил слово «спокойно» и оставил файл открытым.

Глава 11. Свой вес

В воскресенье Андрей собирался потренироваться сам. В календаре стояло девять утра. До первого клиента оставалось полтора часа: достаточно, если не отвечать на сообщения и не переносить половину занятия в чужие разговоры.

Пришёл в восемь сорок. Администратор протянул ему ключ и спросил, не может ли он сначала помочь с тренажёром. Ручка снова застряла.

Андрей уже повернул к силовой зоне, потом остановился.

— Я сегодня до десяти не дежурю. У кого смена?

— У Никиты. Он пока в дороге.

— Тогда сообщи ему, пусть проверит, когда приедет. Пока повесьте табличку, чтобы не использовали.

Администратор кивнул без обиды. Андрей почувствовал странное раздражение: отказ оказался слишком простым. Столько времени он сам добавлял к рабочему утру дела, о которых никто не просил настойчиво.

Переоделся. В зеркале раздевалки увидел шрам возле колена. Он давно не вызывал особых чувств, пока рядом не оказывался человек, который спрашивал, как всё произошло. Тогда шрам снова становился историей, которую он умел рассказывать лучше любой другой.

В зале было тихо. На дорожках трое, возле стойки один мужчина. Андрей начал разминку. Движения были знакомыми. Тело сегодня не требовало большого внимания, но он всё равно проверял каждое ощущение, словно давно потерянное доверие нужно было получать повторно перед работой.

У стойки стояли диски. Он посмотрел на них и достал телефон: в заметках остался прежний план, который год назад выполнял регулярно. Вес был выше того, с которым занимался последние недели.

Он знал, что делать. Те же слова говорил клиентам ежедневно: сначала посмотреть текущую возможность, не воспроизводить прежнюю цифру. Знать и чувствовать себя человеком, которому это подходит, оказалось разным.

Поставил меньше. Сделал несколько повторений. Всё прошло нормально.

— Вы раньше больше брали, — сказал мужчина у соседней стойки.

Андрей узнал его: посетитель, который приходил по воскресеньям и всегда следил за чужими весами, будто зал был общей бухгалтерией.

— Раньше другое занятие было.

— Я думал, после восстановления вы уже можете.

Он почувствовал желание добавить диск, чтобы не объяснять. Мужчина не оскорблял, возможно, просто интересовался. Но в вопросе Андрей услышал знакомое ожидание: снова стать убедительным.

— Сегодня этот вес, — сказал он.

Посетитель кивнул и вернулся к своей работе. Андрей остался стоять, не начиная следующий подход. Вчера совет про скромное достижение звучал легко. Сейчас скромность пахла старой магнезией и тем, что он отказался показать при чужом взгляде.

Он выпил воды. Подождал. Сделал ещё подход с тем же весом.

После второго упражнения появился Денис. Сегодня не работал, тоже пришёл заниматься. Посмотрел на стойку, затем на Андрея.

— Вдвоём поработаем? Я свои подходы, ты свои.

— Давай.

Они меняли диски, не сравнивая записи. Денис не спрашивал, почему нагрузка такая. На четвёртом подходе Андрей хотел сделать ещё одно повторение, хотя движение уже изменилось. Остановился. Денис принял штангу, помог поставить.

— Всё?

— Всё.

— У меня ещё два. Потом кофе?

Андрей посмотрел на часы.

— Клиент в десять.

— Тогда я сам. Какой хочешь?

— Обычный. Без изюма.

Денис засмеялся.

Пока коллега заканчивал, Андрей сел на лавку. Телефон лежал на полу рядом. Пришло сообщение от Сони: фотография ботинок, которые выбрала к костюму. Она спрашивала, не слишком ли взрослые.

Он хотел написать «нет, нормальные». Потом увеличил фотографию. Ботинки были тяжёлыми, с большой пряжкой. Соня называла их частью роли, но на снимке видно, что мерила дома и сама себе нравилась.

«Мне нравятся. Ты в них можешь двигаться на сцене?»

«Да. Я уже пробовала».

«Тогда хороший вариант».

Через минуту она прислала другое фото: в полный рост, лицо наполовину закрыто телефоном.

«Не отправляй бабушке. Она скажет, что каблук».

Он ответил, что не отправит.

Денис сел рядом, тяжело выдохнув.

— Дочь?

— Да.

— По глазам видно. У тебя перестаёт быть лицо графика.

Андрей посмотрел на него.

— У меня обычно лицо графика?

— После восьми часов работы — да. Только график недоволен, что в нём люди.

Они посмеялись. Андрей убрал телефон.

Денис ушёл за кофе. В зале заиграла новая песня. Андрей не знал названия, но вспомнил, как в юности мог долго слушать музыку без задачи — не для подходов, не для соревнований, не фоном за рулём. Ему неожиданно захотелось снова иметь что-то, в чём он не обязан быть полезным.

После душа достал из сумки чистую футболку. На груди был старый след краски. Соня когда-то красила рядом картонный домик и задела его рукав кистью. Футболку оставил для дома, сегодня взял случайно.

Он надел её. До клиента было двенадцать минут. У фитнес-бара Денис уже поставил два стакана. Андрей сел, не открывая планшет.

— Как самочувствие? — спросил коллега.

— Хорошо.

— Не рабочее. Твоё.

Андрей подумал.