Сергей Орлов – Лекарь в мире ЗОМБИ 5 (страница 2)

— Но тогда начинает потихоньку сносить крышу, — закончила за неё Диана, не отрываясь от хлеба с мёдом. — Начинаешь слышать голоса, видеть тени. А после третьей бутылки подряд уже не понимаешь, где реальность, а где глюки.

— Именно, — кивнула Нина. — Естественное восстановление намного лучше. Поэтому нам нужны нормальные лекарства и добавки, чтобы поддерживать организм и проводить лечение, а не выжимая Лекарей досуха.

Диана отложила хлеб в сторону.

— После той заварушки с людьми из Пушкино лучше показать силу, — наконец сказала она. — Кто поедет на рынок?

— Я, — ответил я, отпивая из кружки. — Хочу лично проверить обстановку. Возьму Антона и ещё пару бойцов.

— Я еду с тобой, — Диана встала из-за стола, собирая свои вещи. — Давно хотела размять ноги. К тому же, на рынке могут пригодиться мои навыки убеждения.

— Отлично, — кивнул я. — Выезжаем через час. Нужно проверить транспорт и оружие.

Нина подошла ко мне и легко поцеловала в щёку: — Привезите всё по списку. И постарайтесь не ввязываться в неприятности.

— Это ты мне или ей? — усмехнулся я, кивая на Диану.

— Обоим, — Нина закатила глаза. — Вы оба как магнит для проблем.

— Зато с нами никогда не бывает скучно, — подмигнула Диана, проходя мимо неё. — Не волнуйся, к завтрашнему вечеру вернемся.

Мы выехали на бронированном внедорожнике — трофее, отбитом у банды мародёров месяц назад. Машина была прожорливой, но надёжной, способной пройти там, где другие застревали. С нами ехали ещё два бойца на мотоциклах — разведка и быстрая связь в случае непредвиденных обстоятельств.

За рулём сидел Антон — спокойный, собранный, один из лучших водителей нашей базы. Он прошёл через ад Академки вместе с нами и заслужил полное доверие. На заднем сиденье пристроился Кирилл — молодой Ищейка. Его способности ещё не достигли уровня Гончего, но парень уже мог засекать крупные группы мертвецов и других псиоников на небольшом расстоянии.

Дорога петляла между заброшенными деревнями и посёлками, поливаемая беспощадным питерским ливнем. Сентябрьская погода не радовала — холодный ветер хлестал струями дождя по лобовому стеклу, дворники едва справлялись.

— Ненавижу эту погоду, — проворчала Диана, вглядываясь в размытый пейзаж за окном. — Хорошо хоть не снег.

Я кивнул, вспоминая наше прибытие в Красное Село два месяца назад. Тогда погода была такой же паршивой, но это было наименьшей из наших проблем.

— Помнишь, как нас встретили на КПП? — усмехнулся я, глядя на серую пелену дождя.

— Ещё бы, — фыркнула Диана. — Двадцать стволов, направленных на нас, и псионик с таким лицом, будто только что сожрал килограмм лимонов.

Нас действительно не хотели принимать. Виной тому был я — точнее, моя тёмная аура. Среди здешних псиоников оказались те, кто уже сталкивался с Тёмными Лекарями, и ничего хорошего из этого не вышло. Глава их безопасности, старик с пронзительным взглядом выцветших голубых глаз и лицом, изрезанным глубокими морщинами, посмотрел на меня и сразу понял, что я такое.

— Либо ты докажешь, что контролируешь свою тьму, либо катитесь все к чертям, — сказал он тогда.

Так что пришлось провести три дня в карантинной зоне, под постоянным наблюдением их Ищеек и Кукловодов. Я медитировал, концентрировался, вытеснял тьму из своего сознания, доказывая, что могу держать её под контролем.

Каждый день приходила Нина для сеансов лечения. Её целительская энергия вымывала черноту из моих вен, успокаивала разум, возвращала контроль. Но наши сеансы неизменно заканчивались одним и тем же — жадными поцелуями, срываемой одеждой и сексом прямо на бетонном полу моей камеры. И плевать нам было, что за нами наблюдают через камеры. В те моменты существовали только мы двое, наши тела и чистая, ничем не замутнённая страсть.

Следующие недели превратились в бесконечную борьбу с самим собой — я часами сидел в медитации, чтобы окончательно убрать жёлтую радужку вокруг глаз и тёмные вены, которые проявлялись в моменты гнева или усталости.

— Ты был похож на наркомана на ломке, — сказала Диана, словно читая мои мысли. — Трясло так, что кровать ходуном ходила.

— Зато теперь я полностью контролирую свою силу, — ответил я, сжимая и разжимая кулак. — И больше не пугаю детей светящимися глазами.

— И заслужил уважение даже этих параноиков из совета, — добавила она. — Хотя мне кажется, они до сих пор спят с пистолетами под подушкой на случай, если ты вдруг сорвёшься.

— Стой! — вдруг резко выкрикнул Кирилл, подаваясь вперёд.

Антон ударил по тормозам, машина дёрнулась и замерла посреди дороги. Мотоциклы эскорта тоже остановились.

— Что такое? — я обернулся к парню, чьё лицо было искажено странной гримасой.

— Что-то… странное, — прошептал он, потирая виски. — Псионик, но не человек. Не могу точно определить — словно он то появляется, то исчезает.

Я напрягся:

— Сколько их?

— Один, — Кирилл прикрыл глаза, концентрируясь. — Но… мощный. И странный. Не похож ни на что, что я чувствовал раньше.

Я осмотрел окрестности. Заброшенная заправка справа, полуразрушенный ресторан быстрого питания слева. Много мест, где можно устроить засаду.

— Где конкретно? — спросил я, доставая нож. Жест был инстинктивным — против псионика нож мало что значил, но привычка есть привычка.

— Не могу сказать точно, — Кирилл нахмурился ещё сильнее. — Он как будто… везде и нигде. Рассеян по воздуху.

«Блядь», — подумал я. — «Это что-то новенькое».

— Продолжаем движение, — решил я после паузы. — Но медленно. Глаза открыты, оружие наготове. Если почувствуешь, что что-то приближается, сразу кричи!

Мы тронулись с места, теперь двигаясь намного осторожнее. Мотоциклисты выдвинулись вперёд на разведку. Антон крепче сжал руль, его взгляд метался по сторонам.

— Если это телекин, нам крышка, — пробормотал он. — Помнишь того, на станции?

Я помнил. Та тварь чуть не размазала меня по стене, пригвоздив железными прутьями, как бабочку в коллекции. Если бы не те загадочные взрывы на поверхности, заставившие зомби-Телекина дать дёру, я бы уже давно стал частью интерьера станции метро.

— Справимся, — сказал я с большей уверенностью, чем чувствовал. — У нас есть опыт. И Диана.

Рынок располагался на территории бывшего торгового центра. Массивное здание наполовину разрушено, но большая парковка перед ним стала идеальным местом для торговых рядов. Вокруг — самодельные баррикады и сторожевые вышки, где дежурила вооружённая охрана из разных поселений.

Мы припарковались у входа. Охранники внимательно осмотрели нас, забрали крупное оружие (возвращалось при выходе) и пропустили внутрь. Такой нейтралитет был необходим — только так можно было обеспечить безопасность торговли между разными группами выживших.

Внутри бурлила жизнь. Ряды самодельных прилавков и палаток растянулись по всей площади. Люди торговали всем — от еды и медикаментов до оружия и самогона. Воздух пропитался запахами человеческих тел, еды и дыма от костров.

Я сразу заметил знакомые лица. Михалыч расположился за импровизированным прилавком, окружённый охраной и помощниками. Глава небольшого, но влиятельного поселения на южной окраине не гнушался лично торговать самогоном и топливом. Изначально он жил в Красном Селе, но после конфликта с местным советом решил двинуться дальше и основал собственное сообщество.

Это был его стиль — держать руку на пульсе, лично собирать информацию, встречаться с нужными людьми. Пока другие лидеры отсиживались в своих укреплённых поселениях, он разъезжал по рынкам, расширял влияние, плёл сеть информаторов. Самогон был лишь прикрытием — все знали, что настоящая ценность Михалыча в его связях и сведениях.

— О, Макар! — он радостно поприветствовал меня. — Явился-таки. Как там наши красноселовские девы поживают?

Слухи о моём необычном «семейном положении» быстро разнеслись по окрестным поселениям. Кто-то осуждал, кто-то завидовал, но большинству, честно говоря, было насрать. В мире, где каждый день мог стать последним, людей больше волновало выживание, чем чужие постельные дела.

— Живы-здоровы, — ответил я, пожимая его руку. — Как твой бизнес?

— Процветает, насколько это возможно, — Михалыч улыбнулся, демонстрируя удивительно белые зубы — одно из немногих достоинств, сохранившихся с прежней жизни. — Спрос растёт, особенно с наступлением холодов. Самогон согревает и тело, и душу.

Рядом с ним стояла Вика — бывшая студентка, а теперь нынешняя спутница декана. Её вульгарно открытый наряд не оставлял простора для воображения: короткий топ едва прикрывал грудь, а обрезанные шорты больше открывали, чем скрывали. Несмотря на несколько месяцев, прошедших с начала апокалипсиса, она умудрялась выглядеть как девица с обложки — ярко накрашенные губы, идеально подведенные глаза, волосы, уложенные какими-то чудом сохранившимися средствами.

— Макарчик! — пропела она, заметив меня, и на секунду в её взгляде мелькнуло что-то хищное. — Какие люди! Давно не виделись.

Она подплыла ко мне, покачивая бёдрами, и «случайно» прижалась грудью к моей руке.

— Может, отойдём? — промурлыкала она. — Обсудим… торговые перспективы? У меня есть кое-что, что тебя заинтересует.

Диана сделала шаг вперёд, её взгляд мог бы заморозить лаву. Силовое поле едва заметно замерцало вокруг её тела — верный признак того, что она вот-вот перейдет к насилию.