Сергей Недоруб – Загадка полтергейста (страница 51)

– Ты тоже слышал? – спросил парень.

– Тише, – шепнул Борланд, и все послушно затихли.

Долго ждать не пришлось. Несколькими этажами ниже послышался топот нескольких ног. Скрипнула дверь в стене, затем показались лучи фонарей, и на площадку вышли неизвестные. Фонарных лучей было не менее четырех, но людей еще больше. Они о чем-то переговаривались, перемежая речь отборным матом, однако злобы в их словах не было. Неизвестные просто общались так.

– Гасить их надо, – с убеждением сказал один из неизвестных. Судя по изменившемуся движению фонарей, вся группа цепочкой направлялась вверх по лестнице. – Всех сразу. Не только верхушку, как хочет Эрагон, а прихлопнуть всю падаль одним ударом.

– У меня очко не настолько крепкое, чтобы спорить с Эрагоном, – проворчал другой. – И я так скажу: тут спешить не надобно. Работать надо тихо.

– Ты это Глоку расскажи, – огрызнулся первый. – Если повезет с ним встретиться. На вежливость у нас нет времени. Трындец порядку в Зоне наступит уже скоро, и тогда придется схлестнуться с «Рангом» по-крупному. Такого кипеша у нас не было с тех пор, как Кальтер уделал Гурона с его людьми.

– Может, ты и верно базаришь, – согласился его собеседник. – Будем ждать указки Эрагона.

– А у тебя есть выбор?

Шедшие замолчали. Они добрались до самого верха, затем с той стороны послышался металлический скрежет, и стена напротив осветилась ярким пятном дневного освещения. Неизвестные вышли наружу.

Борланд лежал неподвижно еще минуту, затем тихо спросил:

– Уотсон, ты что-то засек по радару?

– Да, – ответил Уотсон. – Это были «пьедесталовцы».

– Не может быть, – прошептал Борланд. – «Пьедестал» – и здесь? Так далеко от севера?

– Перевалочная база, – предположил Фармер.

– Наверное. – Борланд почесал лоб. – База. Перевалочная. Дьявольщина, да они подступают к южным районам!

– И готовятся к схватке с «Рангом», – добавила Литера.

– Да. В Зоне назревает война. И война тотальная… Вовремя мы тут оказались, ничего не скажешь. Впрочем, надо еще успеть вовремя свалить.

– Не мешало бы предупредить Анубиса, – сказала девушка. – Или кого угодно.

– Так и сделаем, – согласился Борланд. – Но сейчас нам надо найти Пророка… Стоп. Раз тут сейчас обитают «пьедесталовцы», то свободному сталкеру здесь делать нечего.

Он умолк, глядя на свою команду. Его глаза постепенно привыкали к темноте.

– И что теперь? – спросил Фармер. – Нам возвращаться?

Борланд посмотрел в сторону двери, из которой вышли незнакомцы.

– Даже не знаю, – ответил он. – Слушайте. Вы останьтесь здесь, а я схожу туда и посмотрю, что там творится. Может, «пьедесталовцы» что-то охраняют. Или удастся раздобыть полезную информацию. Но разборки Коалиции, в которых я случайно увяз, – это хоть какая-то зацепка.

– Не ходи, – шепнул Уотсон. – Что ты там забыл?

– Мне нужны любые улики, – сказал Борланд, вставая и подходя к ограждению. – Любые…

– Какого хрена?! – проорал кто-то сверху, и Борланд отскочил назад.

Площадку, на которой он стоял, тряхнуло – в замкнутом пространстве оглушительно прогремели выстрелы. Борланд в два прыжка оказался у стенда и укрылся за ним. Сверху раздались ругательства, и яркое пятно появилось снова.

– Пацаны, назад! – закричал «пьедесталовец». – Здесь чужие!

Фармер вскинул FN-2000 и выстрелом заставил врага отпрянуть в сторону. Дверь закрылась. Успел ли боец позвать на помощь только что вышедших товарищей – неизвестно.

Новая автоматная очередь сверху выбила несколько металлических креплений на полу. Литера коротко вскрикнула, свернулась на решетке, и секция, на которой она находилась, обрушилась. Апельсин заорал и, снова вспыхнув, улетел куда-то вверх, спровоцировав новые выстрелы.

Борланд прыгнул вперед, пытаясь в наступившей темноте поймать руку Литеры, но поймал лишь пустоту. В следующий миг в его ладонь впились острые ногти – девушка пыталась схватиться за него, и повисла на бинте. Нож Сенатора выскользнул из-за бинта, и Борланда охватил приступ раздирающей боли, настолько мощный, что сталкер даже не смог закричать. Черная пелена перед глазами сменилась красной, затем белой, и в итоге ощущение боли исчезло вместе с чувствительностью руки.

Сверху на него упал Уотсон, хрипло дыша и подсвечивая собственным фонарем.

– Где она? Где?! – завопил он. – Ты держишь?

Борланд не ответил. Он со страхом смотрел в отчаянные глаза девушки, которая протягивала ему нож Сенатора, схваченный ею в полете.

Литера вонзила клинок в ладонь Борланда.

Ее губы что-то прошептали, но сталкер не понял. Девушка соскользнула и полетела в пропасть.

С режущим уши визгом мимо промчался Апельсин и пропал из виду где-то внизу.

Фармер продолжал стрелять.

Борланд решительно выдернул нож из ладони и засунул в прежнее место – между рукой и бинтом. Боль снова ушла, однако рана открылась. Кровь закапала на пол.

– Отходи, – глухо велел он Уотсону, не узнавая собственный голос.

Дверь наверху распахнулась – снаружи в шахту ворвались вооруженные люди. Борланд уже держал наготове FN, готовясь встретить нападающих с максимальным гостеприимством, которого только может дождаться фанатик «Пьедестала» от сталкера. Трое врагов сбежали по лестнице, которая под ними проломилась. Все трое с воплями полетели вниз. Похоже, Апельсин все же выкрутил несколько болтов.

Борланд поймал в прицел четвертого и короткой очередью разнес ему голову на части.

Вжикнула лебедка, и сверху спустился трос. Кто-то заскользил по нему вниз, при этом непрерывно стреляя. Вопреки ожиданиям Борланда трюк получался у врага на достойном уровне. Не отскочи они с Фармером назад, кого-то из них обязательно зацепило бы пулей. Со своей позиции попасть в стреляющего они не могли – их надежно заблокировали с двух сторон.

Когда стрелок поравнялся с ними, послышался пистолетный выстрел откуда-то с третьей стороны. «Пьедесталовец» повис на веревке, свесив конечности. На его груди болтался короткоствольный автомат.

Уотсон стоял в нескольких метрах справа, с поднятым на уровень головы пистолетом, который он держал обеими руками.

Борланд коротко глянул на него, затем вверх, на «пьедесталовца», и вниз. Приняв решение, он снял с себя винтовку и бросил ее Уотсону.

– Займи мою позицию, – сказал он, прыгнул к дыре в полу, образовавшейся после падения фрагмента этажа вместе с Литерой, и быстро скрылся где-то на нижнем уровне.

Фармер перезарядил оружие и возобновил огонь. Огневая точка Уотсона была раскрыта, и теперь оба сталкера оказались зажаты за стендом. Сидящий на нижних балках Борланд подождал, пока это поймут нападающие. Вскоре были опущены другие тросы, и новые бойцы начали спуск.

Борланд подтянулся, перевалил нижнюю половину корпуса обратно на этаж, затем верхнюю. И метнулся к ограждению.

За шесть метров он успел ускориться трижды.

Перемахнув через перила, Борланд прыгнул на убитого ранее «пьедесталовца», что висел на тросе, приблизительно на одном уровне с ним. Схватившись за мертвеца, сталкер придал ему ускорение.

Всего одно колебание маятника – и Борланд перехватил автомат врага. Второе – и короткая очередь прошила его последователя, повисшего на тросе подобно первому.

Выстрелы заполнили шахту. Борланд метался на тросе по всему диаметру, отталкиваясь от удобно расположенных перил и выступающих, покрытых плесенью бетонных блоков. Выбрав момент, он оттолкнулся посильнее, отправил себя к осевой линии шахты и, продолжая держаться за труп, посмотрел вверх.

Пустил несколько пуль.

Уклонился от еще одного падающего тела.

Рукоять автомата в окровавленной ладони разлетелась вдребезги.

Послышался громкий грохот – несчастный стенд все же не выдержал огневого напора и перевернулся. Фармер и Уотсон откатились в темноту и укрылись в предыдущем отсеке, откуда они все пришли. Борланда больше никто не подстраховывал.

Никто не пытался перерезать трос.

Двое оставшихся в живых «пьедесталовцев» спустились тем же путем, что и их менее успешные товарищи, предусмотрительно остановившись метром выше сталкера. Впрочем, удачи это им не прибавило.

Борланд перекувыркнулся, уперев колени в плечи трупа, и поменял позицию, фактически оказавшись над мертвецом и выиграв метр высоты. Продолжая получившуюся раскачку, сталкер оттолкнулся от стены и пронесся мимо «пьедесталовца», старавшегося тщательно прицелиться. Выхватив клинок и добавив себе этим жестом пару новых разрезов, Борланд за один замах перерубил трос врага, который с криком полетел вниз, пустив огневую очередь в никуда.

Пули второго прошили тело врага, на котором восседал Борланд. Прыжок – и сталкер уже висел на его собственном тросе, переплетя его ногами в меру сил.

Висящий вниз головой сталкер смотрел в глаза «пьедесталовцу».

И улыбался, водя красной ладонью вверх-вниз по тросу, раздирая руку почти до костей.

Фанатик опешил. Всего на секунду.

Со звонким звуком трос лопнул, пережженный аномальной кровью. Последний боец отправился встречать верных корешей в аду, сопровождая свой путь истошными воплями.