Сергей Мясищев – Обреченный на скитания. Книга 10 (страница 23)
– Кто он?
– Повелитель, – невозмутимо проговорил Даг. Борбок недовольно поморщился.
– Много у него земель? – решил зайти с другой стороны граф.
– Много. От западных Врат до восточных Рубежей, всё земли Повелителя.
– А за вратами кто-то живёт? – расспрашивал Борбок.
– А как же. Стран много. И на западе и на юге. И за южной пустыней. Много.
Помолчали.
– Граф Андер поручил мне позаботиться об этих людях, – проговорил Борбок. – Я ничего не знаю про ваши земли. Мне нужна твоя помощь.
– Я обещал маасу Алексу довести тралков до его земель. Я сдержу слово.
– Почему ты называешь его маасом? Это титул? – спросил граф, скорей для того, чтобы поддержать разговор.
– Не совсем. Он мастер витзеев. Титул это губрей или каан.
– Интересно. Там где я жил, страна поделена была на графства. Я был графом, владельцем земель. А у вас есть графства?
– Графства, – хмыкнул Даг. – Где-то за Западными вратами есть такие названия. Наверное. Точно не знаю. Тут губренства и в них каанства.
«Ага, ну вот теперь более-менее понятно, – подумал Борбок. – Губренство это графства, а каанства это баронства. Ну и названия. Нужно привыкать».
– А граф Андер? Он каан или губрей?
– Он маас, – опять хмыкнул Даг. – У вас там что? Нет витзеев?
– Нет.
– Понятно. Витзеи – это воины. Их много. У них свои чины. Я не силен в них. Живут по всему миру, служат владыкам земель, защищая их. Мастера витзеев служат Повелителю. После присяги Повелитель может попросить мааса выполнить какое-нибудь задание.
– Ты хотел сказать приказывает?
– Маасу никто не может приказать. Только попросить, – проговорил Даг, глядя на языки пламени.
– Даже так, – покачал головой граф. «Значит, я на верном пути. Алекс практически ровня Повелителю. Партнер. Интересно получается», – додумал граф, в слух же уточнил:
– А на землях Повелителя можно купить деревню?
– Можно. Иногда бывает деревни пустуют, а зачем? – спросил в свою очередь Даг.
– Граф Андер оставил мне мешок путника, там есть драгоценности. Вместо того, чтобы идти неизвестно куда, купили бы деревеньку в хороших землях. Думаю, Алекс был бы не против.
Помолчав, Даг сказал:
– Мысль хорошая, но нужно с маасом посоветоваться.
– У Васлава есть переговорник, вот давай и посоветуемся.
– Можно, – кивнул Даг. – Скоро светать будет. На рассвете выходим, а как Ясмин встанет свяжемся с маасом.
– Хорошо, – Борбок встал и налил себе в кружку отвара. Сел, с удовольствием потягивая горячий, пахнущий травами напиток. – Я так понял, до Врат день перехода, а потом?
– У нас проблема, – невпопад ответил Даг.
– Что?
– Маас не оставил метку. Привратник не даст подорожную, – на лице мага было беспокойство. – Нас не пропустят через врата.
– Заплатим и пропустят, – предложил Борбок.
– Ага, пропустят и шепнут кому нужно. Будем каждому разъезду платить за отсутствие подорожной. Нас не два человека – караван целый, денег не хватит откупаться.
– Не переживай. Дадут нам подорожную, и платить не придется, – Борбок хищно улыбнулся, и добавил, – еще и приплатят нам.
Сквозь ажурную занавеску в комнату проникал свет Айры, наполняя её нежно-розовыми оттенками. Алина мирно посапывала рядом, уткнувшись лбом мне в плечо. Мне не спалось. Время еще 11 нет, а мы уже в постели.
Удивили меня сегодня девчонки. Я про Анфиску, Власту, Ию и Вассу, ну и, конечно, Алину. Удивлять начали сразу по приходу. Я топил баню, носил воду в огромный бак, когда стали подтягиваться… не знаю даже, как их назвать. Наложницы? Пожалуй. Вначале пришла Власта, чмокнула в щеку, разлохматила мне волосы на голове и ушла. Ни здрасьте тебе, ни пока. Молча. Ия и Васса хоть поздоровались, тоже сдержано чмокнули в щеку и, загадочно улыбаясь, ушли в дом. Хоть Анфиска порадовала. Встретила, как нужно встречать мужчину после долгой разлуки. Со слезинкой и крепким поцелуем в губы. Правда, тоже не очень разговаривала. Пробормотала, «мы – сейчас» и убежала, два раза оглянувшись.
Я сидел на крыльце бани, озабоченный такой встречей. А чего я ждал? Они кто? Никто. Ну, почти. Я даже не знаю их статус, вот и не знаю, как должны были встретить.
Баня у Алины была шикарная, в полдома. С просторной парной и большой моечной. Слишком большой. Потом пришла Алина и велела поставить лавку в центре моечной. Тогда я понял, почему такая большая баня. Это, походу, место ритуалов.
Второй раз в жизни я участвовал в магическом ритуале. Первый раз была клятва верности безликих на жизнь. И вот сейчас.
Я лежал на спине, на лавке, совершенно голый, а девчонки водили вокруг меня хоровод. В простых длинных рубахах, с распущенными волосами. Вначале они что-то напевали, делали пассы руками. Я с интересом наблюдал, как от них к моему солнечному сплетению прикреплялись толстые жгуты энергосвязей. А потом Алина велела выпить отвар и закрыть глаза. Мне-то пофиг, я могу и с закрытыми глазами видеть. Лежу, прислушиваюсь к мелодичной мелодии. Песня без слов, горловое пение, но очень красиво. Девчонки спетые.
В какой-то момент я почувствовал каждую из присутствующих, как себя. Мне кажется, я даже их мысли читал. Меня накрыло такое светлое и теплое чувство, как будто шелковистым мехом укрыли. Стало так спокойно-спокойно. Я уснул или вырубился. Не знаю. Проснулся в доме, в кровати с Алиной. Как сюда пришел – не помню. Верней, как будто знаю, что сам дошел, но смутно, в полусне, видимо.
Во мне что-то изменилось. Не знаю что, но точно изменилось. Какой-то я цельный стал, что ли. И ещё я чувствую всех пластунских девчонок. Это, как после клятвы на жизнь. Только круче. Чувствую их сомнения и надежды, их озабоченности и разочарования. А еще любовь, прямо-таки щенячье обожание. Кого? Меня, конечно! Вот только эта любовь второго плана. Как луч света проходит через призму, так и это чувство шло через девчонок.
Я лежал, прислушиваясь к своим ощущениям. Вот любовь Алины. Глубокая, полная, готовая свернуть горы, и рядом щенячье обожание. Вот любовь Анфиски. Обжигающая, импульсивная, и такое же обожание. Вот любовь Власты. Вот не думал, что эта строгая женщина может так саможертвенно любить. Ия, скромная и ранимая, сама не верит, что любит, Васса – весёлая и жизнерадостная, и любовь у неё оптимистичная. И везде это чувство обожания и ожидания встречи. Что это может быть? Может, это не родившиеся дети? Да нет, бред.
Как же вам, девчонки, не повезло-то со мной. Эх, Хисий, Хисий, таких классных девчат обрек на страдания. Я и половины не смогу им отплатить. Нет во мне столько любви. Нетути! Хоть четвертуйте меня, а нет, и всё тут.
Вздохнув, я осторожно встал. На цыпочках подошел к ведру с водой, напился из деревянного черпака. Стараясь не разбудить Алину, влез под одеяло.
– Что?
– Спи, радость моя, воды попил. Спи, – погладил я девушку по голове.
– Всё хорошо? – сонно пробормотала она.
– Да. Спи.
– Если что, ты буди, не бойся.
Я чмокнул Алину в лоб, она подставила губы. Чмокнул в губы, после чего девушка устроилась у меня на плече.
«Алекс, вызывает некто Васлав, – раздался в голове тихий голос ЗАКа, – раз ты не спишь, может, ответишь?»
«Давай», – согласился я, гладя Алину по голове, как маленького ребёнка.
«Хозяин, это Васлав. Граф хочет говорить с тобой», – раздался мужской голос. Ну вот, не успел уйти, уже вызывают.
«Передай ему телефон», – мысленно распорядился я.
Недолгое молчание и голос Борбока:
«Господин граф, я не отниму у вас много времени. Даг настаивает на согласовании с вами маршрута нашего путешествия».
«Говори».
«Я предлагаю не ходить в земли Империи, прикупит деревеньку на землях Повелителя и обустраиваться там. Меня в Империи знают, и до Светлого леса мы не дойдем, да и свободных мест там почти нет», – Борбок говорил ровно, совершенно не волнуясь. Значит, оклемался дедок и сделал верные выводы. Почти верные.
«Во-первых, граф, вы на другом континенте и там нет Империи. Прими это, как фатальную неизбежность. Во-вторых, я не возражаю, делай как лучше», – мысленно проговорил я. В ответ тишина.
«Граф?» – мысленно позвал я.
«Вы уверены? Насчет другого континента?» – наконец подал голос Борбок.
«Абсолютно. У вас какое время суток?»