Сергей Мясищев – Обреченный на скитания. Книга 10 (страница 22)
«Что со мной. Ждала? Ждала. Ну, так встречай! – ругала она себя, – что ты как малолетка стушевалась?»
По идее, Алекс должен был уже мелькнуть в угловом окне, но он все не шёл. Видимо, остановился около бочки с водой. Алина осторожно подошла к окну.
– Ну и рожа у тебя, Шарапов, – раздался с улицы негромкий голос Алекса. Алина осторожно приподнялась на носочки, но кроме спины парня никого не увидела.
– Вот так и бывает, одним принц на белом коне, а другим грязный бомж,.. – проговорил Алекс. Женщина поняла, что он смотрит в зеркало бочки и разговаривает сам с собой. – Зря я припёрся. Алинка – волшебная женщина, а я к ней вот такой. Можно было и в лесу подумать. Не будь эгоистом, Владыка хренов, вали отсюда, пока никто не увидел!
Алина стояла у окна, прижав ладошки к груди, и по её щекам текли слёзы. О таком признании в любви она даже не мечтала. Ноги стали непослушными, и в горле возник комок.
– Ой, дядя Алекс! А вы что тут делаете? – раздался голос дочери Алины.
– Я?! Да вот, мимо шёл, дай, думаю, зайду, – смущённо ответил парень.
– Куда шёл?
– Туда! В лес.
– А-а-а, – протянула Яна. – А мы ужинать собираемся, я, вот, за водой, зелень помыть нужно.
– Да? Ну, ладно, я пойду. Привет мамке.
– А вы не зайдете?..
– В другой раз.
– Жаль. Мамка бы обрадовалась. Она тебя всё время ждёт…
Алина понимала, что нужно что-то сделать, чтобы остановить Алекса, но так и не смогла заставить себя что-то предпринять. Не стесняясь слёз, она медленно села на лавку около окна.
Девчушка застала меня врасплох. Явно КИВ что-то повредил в моей голове. Не мог я вот так бессовестно не почувствовать её приближение.
– Жаль. Мамка бы обрадовалась. Она тебя всё время ждёт…
– С чего взяла? – недоверчиво спросил я.
– Что я, маленькая, что ли? – обиженно проговорила девчушка, набирая большой черпак воды из бочки. Не удержала, и чуть было не облилась. – Ой!
Пришлось перехватить:
– Ладно, давай загляну. Идём.
– Правда? – просияла девчушка. Как же её зовут? Янка, вроде.
– Правда, правда, – мы пошли к крыльцу, на котором стояла тарелка с зеленью.
– Здорово! Я сейчас мамке скажу…
– Стоп! – я схватил Янку за локоть, – это сюрприз! Иди, давай, зелень помой.
Девчушка нахмурила бровки:
– Что, опять к тётке Аксинье идти ночевать?
– Нет. Зачем? Я ненадолго.
– Знаю я ваше ненадолго, – по стариковски ворчала Янка, забирая у меня черпак с водой. – Ладно уж, иди.
Улыбнувшись непосредственности девчушки, я направился в дом.
– Тук-тук. Можно?– проговорил я, входя в светлицу. Алина сидела в углу на лавке и по её щекам текли слёзы. Она вытерла глаза полотенцем, которое держала в руках, встала и подошла. Прижалась щекой к моей груди, обняв где-то в районе груди, и замерла.
– А чего плачем? – чмокнул я женщину в макушку. – Обидел кто?
– Соколик мой, как же я соскучилась! – прошептала она в ответ.
– Извини, навалилось всё,.. – начал было я оправдываться.
– Когда мужчине плохо, он идёт к той, которая всего дороже, – Алина чуть отстранилась, пытаясь поймать мой взгляд. – А ты в лес. Дурачок ты мой, ненаглядный.
Я крепко поцеловал её в губы. Сзади стукнула дверь:
– А что вы делаете? – ехидный голос Янки.
– Обнимаемся, – сказал я, отпуская такие сладкие губы.
– Я вижу! – хитро прищурилась девочка.
– А давайте поедим, – перевёл я разговор, почувствовав себя несколько неловко.
– Вначале банька, – улыбаясь, Алина вытерла слёзы. – Яночка, беги к Власте, скажи, что Алекс приехал, в баню собирается.
– Я быстро! – девочка, поставив тарелку с мытой зеленью на лавку у дверей, выскочила из дома.
– Алин, – я криво улыбнулся, – я не настроен на постельные игры. Вот совсем-совсем.
– Никто и не собирается тебя насиловать, – Алина отступила на шаг. – Женщины нужны не только для того, чтобы хранить очаг, растить детей, да ублажать своего мужчину.
– Не может быть! – наигранно удивился я, за что получил полотенцем по плечу, – и не надо драться. Так зачем там ещё женщины нужны?
– Ты пустой. Внутри пустой, – грустно проговорила ведунья. – Вот мы и наполним тебя любовью.
– Через определенное место?
– Пошляк, – сморщилась Алина. – Иди, воды натаскай в баню, мне кое-что сделать нужно.
– Ты – лучшая! – я подошел и крепко поцеловал свою женщину.
Даг оказался довольно хорошим целителем, граф Борбок убедился в этом на собственной шкуре. Удар Алекса в челюсть был настолько силён, что сломал Егишу челюсть. Но всего несколько минут воздействия магией, и Борбок практически забыл про боль.
После того, как граф Андер эффектно ушел через зеркало портала, тарклы быстро угомонились. Васлав скомандовал отбой, и все люди, как хорошие солдаты, начали устраиваться на ночлег. Как будто и не было ничего.
Даг сидел около костра, Борбок лежал рядом с Саахом, слушая его мирное сопение, и размышлял о случившемся.
«А ведь всё складывается. Андер иностранец? Иностранец. Способный сверх меры, – мысли текли неторопливо, как уставшая, равнинная река. – Слуга Повелителя? Пожалуй. Получается, что этот самый Повелитель отправил графа Андера обосноваться в Империи. Зачем? Ясно зачем. Прибрать к рукам страны и народы. Выходит, мы сейчас за Безымянными горами и тут всё по-другому. Андер и с орками завязался, и с демонами. С принцессой Анариэль в близких отношениях. В Ластанаре, наверняка, представительство открыл. В Орвилии действует через Рампила. Создал Союз в Империи. Теперь понятна его неуемная любовь к женщинам. Совсем это не любовь, а необходимость. Впрочем, Алекс сам это говорил. Нужно уметь слушать».
Борбок недовольно покосился на храпящего Сааха. Торговец, закинув голову вверх, начал громко храпеть. Не удержавшись, Борбок чувствительно пнул соседа. Торговец всхлипнул и повернулся на бок. Храпеть перестал.
«Кроме того, Андер собрал себе команду. Стоп! Он не убил меня, хотя имел для этого тысячу возможностей. Потянул меня в плен. И зачем? О, Единый, это же очевидно! Я ему нужен. И не как враг. Хочет, чтобы я осознал себя простым смертным. Точно! – продолжал рассуждать граф. – Теперь навязал этот сброд. Хочет проверить мои организаторские качества? А что? Я бы так и поступил. Понятно». Граф вздохнул и, повернувшись на другой бок, продолжил размышления.
«Вопрос в том, насколько силён этот Повелитель, и что я получу? Ответ, к сожалению, прост и очевиден. Ни у Империи, ни у Орвилии, ни у Светлого леса, и уж, тем более, у Ластанара нет ни единого шанса выстоять против этого загадочного Повелителя. Если один граф Андер наворотил дел, то несколько таких графов… Страшно подумать! Единственно правильный вывод для меня – стать графу Андеру правой рукой. Это даст власть, сытую жизнь и спокойную старость. Бой за Империю я уже проиграл. И реванша не будет, – немного полежав, закончил сам для себя мысль, – да и не нужен, этот реванш. Империя обречена. Нужно жить дальше».
Поднявшись, граф Борбок направился к костру, около которого сидел Даг.
– Не спится? – не глядя на подошедшего, спросил маг.
– Нужно поговорить, – отозвался граф. – Можно?
– Садись, – Даг посмотрел на Борбока. – Отвар пододвинь к огню. Прохладно становится.
Граф послушно пододвинул объёмный котел с отваром к красным углям. Подложил в костёр несколько поленьев и сел сбоку от Дага.
– Расскажи про Повелителя, – попросил Борбок.
– Что ты хочешь услышать?