Сергей Мусаниф – Возвращение чародея (страница 61)

— Надеюсь, он ничего не повредил?

— Нет, он приземлился очень аккуратно. Снёс пару палаток правым крылом, но пострадавших нет. Он хочет поговорить с вами, сир. Перед битвой.

— Я даже знаю, о чём он хочет поговорить, — вздохнул я. — Скажи ему, пусть прилетит сюда. Драконы очень громогласны, и незачем ему нарушать сон наших солдат.

— Конечно, сир, — Гарланд развернулся и побежал обратно.

Продолжать движение, пусть даже неспешное, не было необходимости, и мы с Карин сели на песок, лицом к морю и спиной к военному лагерю, слушая мерный рокот набегающих на берег волн.

Говорить не хотелось. Хотелось просто сидеть на песке, смотреть на звезды, наслаждаться аккомпанементом волн и больше чувствовать, чем слышать, дыхание Карин рядом со мной. Здесь и сейчас мне было хорошо и спокойно. Жаль, что даже вся магия Повелителя Молний не способна растянуть это мгновение ещё хотя бы на пару дней…

Или лет.

Для того чтобы преодолеть небольшое расстояние на малой высоте, дракону приходится интенсивно работать крыльями, и Гарлеон совершил посадку, подняв тучу песка, тут же набившегося нам в волосы, в карманы и во все складки на одежде. Хорошо, что мы успели зажмуриться и прикрыть уши руками.

— ИЗВИНИ, РИНАЛЬДО, — громыхнул Гарлеон, наблюдая за нашими потугами избавиться от засыпавшего нас песка.

— Я всё понимаю, — сказал я. — Недостаток высоты не позволяет тебе планировать.

— ИМЕННО ТАК. У НАС С ТОБОЙ СУЩЕСТВОВАЛА ДОГОВОРЕННОСТЬ, И НАЗНАЧЕННЫЙ СРОК ДАВНО ВЫШЕЛ, — сказал Гарлеон. — ТЫ ОТЫСКАЛ УБИЙЦУ МОЕГО ПЛЕМЯННИКА, КАК ОБЕЩАЛ?

Я подумал об оставшемся в лагере Джеффри Гавейне. Хотя именно его рука и нанесла Грамодону смертельный удар, леди Ива была виновна в убийстве дракона ничуть не меньше. А выдавать Гарлеону присягнувшего мне на верность человека я не собирался с самого начала.

— Нашёл, — сказал я. — Но мне не удалось захватить его живым. Убийца твоего племянника мёртв.

— ОН ПРИНЯЛ СМЕРТЬ ОТ ТВОЕЙ РУКИ?

— Нет, от руки одного из моих слуг, — сказал я. — Но это ведь одно и то же.

— ЖАЛЬ, ЧТО Я НЕ СМОГ ПОКАРАТЬ ЕГО САМ, НО Я ВСЕ РАВНО ГОВОРЮ ТЕБЕ СПАСИБО, КОРОЛЬ РИНАЛЬДО.

— Не стоит благодарности. Мне ведь тоже задолжали пару неприятных минут.

— УВИДИМСЯ ЗАВТРА НА ПОЛЕ БИТВЫ, — сказал Гарлеон, разворачивая крылья.

— Там и увидимся, — согласился я. — Удачи в бою.

— И ТЕБЕ, КОРОЛЬ РИНАЛЬДО.

Он улетел, оставив нас вытряхивать новую порцию песка. Что ж, вот я и отдал ещё один долг. Карин трижды чихнула.

— Давай не будем возвращаться в лагерь, — предложил я. — В наш шатёр заявится ещё какой-нибудь гость, и нам придётся терпеть его присутствие полночи, тогда как здесь мы могли бы провести время более приятно.

— Как показывает опыт, эльфы находят своего короля и на пляже.

— Если мы будем сильно заняты, они не решатся к нам подойти.

— Заманчивое предложение, красавчик, — согласилась Карин. — Но чем мы можем здесь заняться?

— Могу предложить пару-тройку вариантов, моя королева.

Разведка не обманула — флот Красного континента появился на горизонте утром следующего дня. С берега он не показался мне очень большим, и белые точки далеких парусов не выглядели слишком угрожающе.

В военном лагере Вестланда царило вполне понятное возбуждение. Хотя у армии Вестланда в запасе было несколько часов и приказ на построение ещё не прозвучал, солдаты в спешке совершали последние приготовления перед боем. Поскольку я являлся полным профаном в военных делах и должен был оказывать армии магическую поддержку, делать мне было абсолютно нечего. Чакры в шлифовке не нуждаются, даже перед боем.

Я сидел в раскладном кресле у входа в королевский шатёр и наблюдал, как Карин затачивает свои клинки. Вряд ли этот процесс мог сделать её оружие ещё более острым, их и так можно было использовать для бритья. Скорее, таким способом она старалась избавиться от нервного напряжения.

С утра мы с родственниками долго препирались по поводу того, кто же поведёт эльфийские войска в атаку, пока я буду занят в другом месте. Я считал, что эта честь должна принадлежать принцу Озрику, как следующему в списке наследования, однако мой дядя отказался в пользу лорда Аларика. В этом решении тоже присутствовала определённая логика, ибо Аларик официально являлся лучшим воином Зелёных Островов, однако его кандидатура не устроила Дорана, утверждавшего, что атаку должен возглавить он сам. Принц нёс какую-то ахинею в поддержку своей позиции, что-то вроде «молодым везде у нас дорога» и «пора дать следующему поколению шанс проявить себя». Мне надоела эта демократия, и я отдал свой решающий голос в пользу лорда Аларика. В конце концов, он тут самый главный профессионал. И если он возглавит атаку и ринется в бой в первых рядах, то шансы, что Красные его ухлопают и тем самым избавят меня от лишних проблем, вырастают на порядок. Хоть лорд Аларик и доказал свою лояльность, я не собирался прощать ему замечания, сравнивающего мою жену с козой. И вообще, мой мастер над оружием мне не нравился.

Карин закончила точить мечи и взялась за кинжал.

— Ты всё ещё уверена, что хочешь принять участие в бою? — поинтересовался я. — У тебя есть полное право этого не делать.

— Выходит, ты хочешь рисковать своей жизнью в одиночку, красавчик?

— Я — чародей, — сказал я. — Я буду драться на большом удалении от врага, и мой риск не идёт ни в какое сравнение с опасностью, угрожающей коннице или пехоте.

— Ты ещё скажи, что чародеев на войне не убивают.

— Убивают, но значительно реже, чем пехотинцев.

— Я предпочла бы прикрывать твою спину, красавчик, но раз это невозможно, то я буду драться вместе с твоим народом.

— С нашим народом.

— Тогда тем более я должна это сделать. Королева я или нет?

— Как правило, наши королевы не воюют.

— Значит, до сих пор у вас были неправильные королевы, если они сидели дома, пока их мужья рисковали своими головами на поле брани. И закончим эту дискуссию, красавчик. Здесь ты меня не переспоришь.

— Как скажешь, — вздохнул я. Честно говоря, мне было бы куда легче, если бы она осталась в тылу. Не на Зелёных Островах, конечно, ибо я ещё не забыл историю с её похищением, но в Хайгардене, вместе с семьей короля Людовика. Если вы спросите моё мнение, то королевы, ждущие своих мужей дома, нравятся мне куда больше, нежели королевы, убитые на поле брани.

— Меня не убьют, красавчик, — сказала Карин, словно прочитав мои мысли. — Лучшего гладиатора Вольных Городов не так-то просто прикончить.

Четверо эльфов смогли захватить её в плен. Правда, двое заплатили за это своими жизнями, но… Непобедимых людей нет. Рано или поздно проигрывают все.

— У меня плохое предчувствие, — сказал я.

— Выброси его из головы. Это не предчувствие, а обычное волнение.

— Может быть. Не хочешь позавтракать?

— Не имею привычки набивать желудок перед боем, красавчик.

— А кофе выпьешь?

— Разве что чашечку.

Она бросила возиться с кинжалом и присоединилась ко мне. Прежде чем взять чашку кофе, Карин прильнула к биноклю и ещё раз обозрела горизонт.

— Как-то они странно идут, — заметила Карин. — Слишком кучно.

— Значит, в них будет гораздо легче попасть.

— Ты думаешь, они идиоты, красавчик?

— А разве нет? Ведь они же развязали эту войну…

— Красные не могут не понимать, что у нас на берегу установлены требюшеты и катапульты, — сказала Карин. — А значит, им следует держать большую дистанцию между кораблями, чтобы затруднить нам прицеливание.

— Может, они ещё рассредоточатся, — предположил я. — У них есть несколько часов, чтобы поменять построение.

— Может быть.

— Но ты так не думаешь, — заметил я.

— С чего ты взял, красавчик?

— Слышу. Я всегда слышу, когда ты соглашаешься со мной искренне, а когда — для проформы.

— Людовик считает, что может расстрелять половину их флота ещё на подходе, — сказала Карин. — Я не верю, что всё окажется так просто.

— Откуда такой пессимизм?

— Это не пессимизм, красавчик. Это жизненный опыт.

— Разве есть разница?