Сергей Мусаниф – Возвращение чародея (страница 3)

— Пусть ещё немного подумает, — сказал я. — Он же не такой дурак, чтобы попытаться от нас сбежать. Или такой?

— От тридцати человек, из которых пятеро — чародеи? — уточнила Карин, — Думаю, он не гений, но всё же не до такой степени…

— Значит, разговор с ним может подождать, — решил я.

— Как знаешь, красавчик. Ты у нас главный.

— Ага. — Осознание факта, что я у них главный, действовало на меня угнетающе. Теперь на мне лежала ответственность за три десятка человек.

Привыкай, Рико. Если ты и дальше намерен идти этим путем, то скоро станешь ответственным за тысячи.

Сколько эльфов живет на Зелёных Островах?

И за каким чёртом я потащил с собой сэра Ралло и три десятка его солдат?

— Кстати, а за каким чёртом ты их с собой потащил, красавчик? — поинтересовалась Карин, и я понял, что опять размышлял вслух.

— Король не может путешествовать в одиночку, — вздохнул я.

— Почему? Теперь за тобой не охотятся ни дракон, ни стражники…

— У королей много врагов, — сказал я. — Тот, кто захватит в свои руки Повелителя Молний, будет диктовать Зелёным Островам свои условия.

— Ты же сам говорил, твой меч захватить невозможно.

— До него невозможно дотронуться, — поправил я. — Но способы захвата всё равно существуют.

Особенно если этим займётся мой дядя Озрик, следующий в списке наследников Оберона прямо за мной. Эльфам свойственна дьявольская изворотливость.

— По-моему, твоё положение ничуть не улучшилось с тех пор, как ты обнажил меч, — заметила Карин. — Разве что дракон перестал испытывать желание тебя испепелить.

— Положение не улучшилось, — подтвердил я. Карин удручающе часто оказывалась правой. Или это я без конца ошибался? Впрочем, сейчас я с ней был полностью солидарен. — И в ближайшее время всё может стать гораздо хуже.

— Насколько хуже, красавчик?

— Пока не знаю, — сказал я. Убийцы с Зелёных Островов. Тридцать стражников их не остановят, это точно. Их вообще никто не остановит. Попыток было много. Прецеденты отсутствовали.

— Не знаешь? Или ты продолжаешь мне врать, как делал во всё время нашего знакомства?

— Я на самом деле не знаю, — сказал я, и тут к нам подошел сэр Ралло, спасая меня от неприятных расспросов.

— Рад, что ты снова с нами, — заявил он.

— Ага, — сказал я. — Я тоже рад, что я снова с вами.

— Куда мы теперь направимся?

— Это я могу решить только после разговора с сэром Джеффри. — Термин «допрос» мне не нравился.

— Парень на самом деле рыцарь? — поинтересовался сэр Ралло, бросая на Гавейна подозрительный взгляд.

— Представь себе.

— А зачем он тебе нужен?

— Он может знать, кто гробанул вашего дракона.

— Вот как?

— А ты всё ещё подозреваешь в этом меня? — поинтересовался я.

Сэр Ралло вздрогнул.

Так и есть, подозревает. Я могу его понять. У меня нет никаких доказательств невиновности, кроме моего честного слова, в котором сэр Ралло не имеет права сомневаться лишь по причине нашего с ним социального неравенства. Рыцарь и даже граф не имеют права предъявить обвинение королю. Для этого нужен другой король или кто-то, кто чихать хотел на монархию и все её заморочки. Дракон например. Гарлеон отвалил от меня, но только потому, что я его запугал, а не убедил.

Есть только один способ полностью избавиться от подозрений — выяснить, как все обстояло на самом деле. Я был уверен, что Грамодона насадил на копье сэр Джеффри Гавейн, оставалось только узнать, где он такое копьё раздобыл и с какого бока тут леди Ива.

— У меня нет к тебе претензий, — сказал сэр Ралло, тщательно подбирая слова. — Как нет их у дракона и графа Осмонда. Поэтому тебе должно быть глубоко плевать, что именно я думаю по этому поводу.

— А если мне не плевать?

— Игры чародеев, магов и драконов выше моего разумения, — сказал сэр Ралло. — Допустим, у тебя нет мотива для преступления, зато была возможность, и тебя видели рядом с пещерой Грамодона. Я сам застал тебя не так уж далеко от этого места. В разговоре с Гарлеоном ты упирал на то, что, будь у тебя желание прикончить Грамодона, тебе было бы куда проще воспользоваться Повелителем Молний. Но это ещё не означает, что по каким-то причинам ты не мог изготовить и использовать это чародейское копье, и не вытаскивать из ножен свой волшебный меч.

— Но Гарлеон мне поверил.

— А что ему оставалось делать? Альтернативой была драка с тобой прямо под стенами города, и я думаю, что Гарлеон не захотел её затевать. Весь Вестланд слышал истории о Повелителе Молний и о том, что творил с его помощью Оберон.

— Все истории склонны преувеличивать, — сказал я.

— Разве Оберон не убивал дракона этим мечом?

— Убивал.

— Разве он практически в одиночку не останавливал флот огров, когда те решили совершить набег на Зелёные Острова?

— Такое тоже было, — согласился я. — Но силы одного меча мало. Сила должна быть и у его обладателя.

Оберон и без меча был могущественным магом и славным воином. А ещё, по моему глубокому убеждению, он был маньяком, которому жизнь не мила, если нет возможности кого-нибудь прикончить.

— Извини, Рико, — сказал сэр Ралло. — Я хочу тебе поверить, но внутри меня сидит слишком циничный и во всём сомневающийся человек, которому нужны доказательства. Хоть какие-нибудь.

— Я дам тебе доказательства, которых ты так жаждешь, — сказал я. — Ты получишь их сразу после ужина.

— Отлично, — сказал рыцарь. — Тогда я пойду и потороплю повара.

— Вы тоже так думаете? — спросил я у Карин, когда мы снова остались вдвоём.

— О чём именно, красавчик? О том, что надо поторопить повара?

— О том, что это я прикончил Грамодона.

— Я уже не знаю, что и думать, — сказала наемница. — Сначала ты показался мне человеком, не способным прихлопнуть не только дракона, но и муху, но я вижу, что ошибалась. А те истории, что ты всё время рассказываешь… Ты же всё время врёшь! То ты чародей, то ты дворянин, то ты человек, то ты эльф, а теперь оказывается, что не просто эльф, а настоящий король… С другой стороны, мне абсолютно всё равно, убивал ты этого дракона или нет.

— Спасибо за вотум доверия, — вздохнул я. Похоже, что никто до сих пор не верит в мою невиновность. Просто связываться боятся.

Чёртова папина репутация. Чёртов Оберон.

Мало того, что он запугал половину Вестланда, так ещё умудрился не вовремя умереть, свалив на меня всю ответственность за Зелёные Острова и Повелителя Молний в придачу.

— Странно обижаться, что тебе не верят, когда ты всё время лжёшь, красавчик, — сказала Карин.

— Я устал выслушивать, что я всё время лгу, — сказал я. — Спросите меня о чём угодно, и вы услышите чистую правду в ответ.

— Ой ли? — скептически улыбнулась Карин.

Чёрт побери, она имеет полное право так улыбаться. Я выдавал ей правду порциями, а всё остальное время врал. И она уже однажды задавала мне вопросы…

— Слово короля, — сказал я.

— Почему ты так хочешь, чтобы тебе поверили, красавчик? Ведь тебя больше никто ни в чем не обвиняет.

— Быть невиновным и быть достаточно страшным, чтобы тебе не решались предъявить обвинение — это две разные вещи.

— Ты хочешь, чтобы тебя считали хорошим? — уточнила Карин.

— Я хочу, чтобы люди видели разницу между мной и моим отцом, — сказал я. — Потому что убийство дракона — это как раз в духе Оберона. Он мог бы это сделать из чисто спортивного интереса. А я — не мой отец.

— Я поверю тебе, если ты расскажешь, что с тобой произошло этой ночью.