Сергей Мусаниф – Возвращение чародея (страница 23)

Десерт также был подан в обеденный зал замка, что меня несказанно удивило. Чуть позже я понял причины, по которым это было сделано — в курительную комнату, где должен был состояться серьёзный разговор, пригласили далеко не всех обедающих. Посланцу Хайгардена, юному рыцарю или эльфийскому убийце нечего было делать на нашем семейном совете. Тот факт, что Карин тоже не удостоилась приглашения, мне не слишком понравился, но я пока не стал заострять на нём внимания.

— Итак, — сказал Исидро, когда мы уютно устроились в глубоких кожаных креслах. У каждого кресла стоял небольшой столик, куда можно было поставить чашку кофе, поднос с пирожными или бокал вина, в зависимости от предпочтений каждого. — Начнём с самого начала, молодой человек. Чем же вы занимались весь этот год с тех пор, как покинули троих стариков, возлагавших на вас самые большие надежды?

Исидро был старше любого из присутствующих, а если не брать в расчёт Мигеля, то он был старше нас всех, вместе взятых, зато выглядел чародей лет на тридцать пять, поэтому заявление о стариках из его уст звучало довольно смешно.

— Может быть, сразу перейдём к главным темам? — предложил я.

— Хорошая мысль, — согласился Мигель. — Объясни нам, что за нелепую погоню ты устроил перед тем, как заявиться сюда. И ещё я бы очень хотел знать, куда подевался твой чёртов мизинец.

Проклятие! Я всячески старался скрывать отсутствие десятого пальца, но от этого взгляда ничего не утаишь.

— Мой мизинец пал в неравном бою, — сказал я.

— С кем ты дрался? И сколько трупов оставил за своей спиной?

Трупов за моей спиной осталось предостаточно, но они принадлежали гоблинам, которые всего-навсего собирались нами пообедать и не имели никакого отношения к потере пальца. Вряд ли Мигеля обрадует, если я расскажу, при каких обстоятельствах я расстался со своим мизинцем и что виновник, а точнее виновница этого до сих пор жива.

— Давайте поговорим о серьёзных вещах, — сказал я, заметив, что не готов обсуждать многое из произошедшего со мной в последнее время. — О драконах, магах, предательстве, грядущей войне, Повелителе Молний и моих правах на эльфийский престол.

— Твои права на эльфийский престол обсуждению не подлежат, — заявил Мигель. — Мы уже снарядили корабль, один из самых быстроходных, который доставит тебя на Зелёные Острова меньше, чем за три недели.

— Только сначала тебе необходимо встретиться с Людовиком, — сказал Исидро.

— Но уже после того, как ты представишь нам полный отчёт о тех глупостях, которые успел натворить, — сказал Мигель.

Просто здорово. Они уже всё за меня решили. Прямо как в старые добрые времена.

— По-моему, вы слишком давите на мальчика, — пришёл мне на помощь дон Диего. — Именно от таких разговоров он и сбежал год назад.

— Он уже не мальчик, — возразил Исидро. — Он мог скрываться от своего предназначения, только пока хранил Повелителя Молний, однако, воспользовавшись мечом, он сжёг за собой все мосты и теперь должен лицом к лицу встретить последствия своего решения.

— Может быть, вы перестанете говорить обо мне так, словно меня здесь нет? — поинтересовался я.

— Вы знаете, что он заявил мне сегодня днем? — поинтересовался Мигель, продолжая игнорировать мое присутствие. — Что он, дескать, является королем эльфов и мы должны вести себя соответственно.

— Разве это не логично? — спросил я. — Или я мальчишка, которого можно шпынять за малейшую провинность, или я король эльфов, с Повелителем Молний и всей этой фигней по поводу предназначения, и тогда вы должны выказывать мне хоть какое-то уважение.

— Прежде уважение надо заслужить! — рявкнул Мигель.

— Он жив, — заметил дон Диего. — Несмотря на все опасности последнего года жизни. Одно только это достойно уважения, разве не так?

— Большинство опасностей он навлёк на свою голову благодаря собственной глупости, — сказал Мигель.

— В молодости все совершают ошибки, — заметил Исидро. — Разве ты сам можешь похвастаться, что полностью избегал их? Тот факт, что ты совершил свои глупости чрезвычайно давно, ситуации не меняет. Я все их помню.

— Я воин, а он — король, — возразил Мигель.

— Короли не должны расти в тепличных условиях, — сказал Исидро. — Мы двадцать лет оберегали его от внешнего мира, и нет ничего странного в том, что он решил избавиться от нашей опеки.

— Но потом он всё равно прибежал сюда.

— А ты предпочел бы, чтобы он этого не делал и отправился куда-то ещё? — спросил Исидро. — Здесь его дом, так куда он должен был идти?

Между прочим, у них была уйма времени, чтобы подготовиться к этой беседе и разобраться хотя бы между собой. Светлейшие умы современности, а ведут себя… как я.

— Хватит препираться, — сказал дон Диего. — Что сделано, то сделано. Давайте лучше выслушаем его историю.

— Для начала я хотел бы пригласить сюда Карин, — заявил я. — Потому что это наша общая история, и мы прошли её плечом к плечу почти с самого начала.

— Я не против, — заявил дон Диего. Жизнь была бы куда проще, если бы мои эльфийские опекуны были хотя бы чуть-чуть похожи на этого человека.

— Возможно, нам придётся затронуть вопросы, о которых не должен слышать никто из посторонних, — сказал Исидро.

— Она — не посторонняя, — возразил я.

Ключевые слова произнесены. Сейчас начнётся.

К моему величайшему удивлению, Мигель промолчал, никак не отреагировав на мою реплику. Исидро задумчиво погладил щеку и откусил кусок пирожного. Тоже не самое типичное поведение для мага, знающего об этой жизни всё. По крайней мере, всё, что только о ней следует знать.

Внезапно до меня дошла причина странностей их поведения. Они… стеснялись.

— Полагаю, по нашей вине в твоём образовании возник пробел, — наконец-то промолвил Исидро. — Пробел, касающийся отношения полов. Нам следовало знать, что молодой человек твоего возраста, впервые оказавшийся в огромном мире, о котором раньше знал только из книг или рассказов учителей, должен столкнуться с определёнными сложностями и…

Мигель и дон Диего старательно отводили глаза.

— Тебе может показаться, что я вмешиваюсь в твою личную жизнь, — продолжал Исидро. — И это отчасти правильно. Но… Видишь ли, поскольку ты являешься не обычным человеком и даже не обычным эльфом, твоя личная жизнь является предметом для пристального внимания, а потому мы просто обязаны её обсудить.

Я почувствовал, что краснею до корней волос. А может быть, и волосы тоже покраснели.

— Ты вырос не в тех условиях, в каких растёт большинство эльфов, — сказал Исидро. — Проходит очень много времени, прежде чем молодой эльф может покинуть Зелёные Острова и посетить Вестланд. Большая часть даже не изъявляет такого желания. Эльфы живут в окружении себе подобных, и когда у них возникают… э… подобные вопросы, они находят ответы среди своих. Однако обстоятельства сложились таким образом, и отчасти это наша вина, что мы даже не подумали о подобной возможности, и… В общем, в твоём окружении не было других эльфов, кроме нас с Мигелем, не было ни одного твоего ровесника или ровесницы…

Как долго мой учитель собирается ходить вокруг да около? Почему бы сразу не задать вопрос, интересующий его больше всего?

— Спрошу в лоб, — сказал вдруг Исидро, словно прочитав мои мысли. — Как ты относишься к этой девушке?

— Отвечу в лоб, — сказал я. — Я её люблю.

— Но она ведь… Она твоя первая, да?

— А разве это важно?

— Думаю, да. — Исидро снова потер лицо. — Видишь ли, первая любовь… она очень романтична, чувственна, но слепа. Тебе просто элементарно не с чем её сравнивать. И в большинстве случаев первая любовь проходит.

— Тогда о чём вы беспокоитесь? — спросил я. — Пусть оно идёт, как идёт, а время расставит всё по своим местам.

— Я не сомневаюсь, что Карин — очень достойная девушка, — сказал Исидро. Мигель кивнул, соглашаясь. Интересно, что они скажут, когда наведут справки о её прошлом? — Но… ты ведь не человек. Ты эльф. И ты никогда не видел эльфийских женщин, кроме как на картинках. Ты не должен слишком приближать Карин к себе и тем более брать её с собой на эльфийские острова. В первую очередь для её же блага.

— Я — король, — сказал я. — И могу делать всё, что захочу.

— Не совсем так, но я сейчас говорю отнюдь не о политической стороне данного вопроса, — сказал Исидро. По-моему, он тоже немного покраснел. Маги не каждый день обсуждают вопросы полового воспитания со своими учениками. А может быть, вообще их не обсуждают. Если бы я не был королем, такой проблемы вообще могло бы не быть. — Сравнивать эльфийских и человеческих женщин просто некорректно. Это всё равно что сравнивать благородное вино пятидесятилетней выдержки и пиво, которое подают в портовой таверне.

Пиво — напиток плебса?

— Я люблю пиво, — сказал я.

— Это бесполезно, — заметил дон Диего. — Он влюблён, Исидро, а любовь глуха к доводам разума. И ты слишком на него давишь.

— Я лишь стараюсь уберечь его от ошибки. Он может причинить лишнюю боль и себе и ей.

— Эта боль обогатит его жизненным опытом, — сказал дон Диего.

Получается, они оба исходят из мысли, что я брошу Карин, как только окажусь на Зелёных Островах и увижу живую эльфийку?

— Вы оба говорите не о том, — вмешался в беседу Мигель. — Как будто вы забыли, что он — король, и любая женщина рядом с ним будет рассматриваться на островах как потенциальная королева. А она — человек. И не просто человек, а человек низкого происхождения. Такой союз не может принести ничего, кроме неприятностей.