Сергей Милушкин – Зарница (страница 11)

— Надеюсь, мы друг друга понимаем, Галина Самуиловна, — сказал он напоследок мурлыкающим голосом.

Она вышла на ватных ногах, кое-как добрела до столовой, постоянно поглядывая на опушку леса и представляя, что вот-вот оттуда появится ее ученики. Но никого не появилось. И теперь она стояла перед ними, с трудом представляя, что можно сказать в таком случае.

— Прошу минуточку внимания. — Голос учительницы повис в тишине столовой. По верхушкам нарисованного тростника на берегу озера прошелся холодок. — В связи… с… тем, что наша «Зарница» была приостановлена, нас временно разместили в столовой… — она оглядела помещение, будто сомневаясь в реальности происходящего. — Сразу хочу сказать, чтобы отмести все разговоры. Ничего страшного не случилось!

— Никто не погиб? — раздался голос, хлестнувший ее по щекам.

Военрук, Николай Николаевич быстро обернулся, желая урезонить вопрошателя, но опоздал. Все сидели тихо.

— Не погиб! С чего вы взяли? — чуть дрогнувшим голосом спросила классная.

— Взрыв! — это сказал Прошкин. Он сидел, расправив плечи и по всему было видно, что именно он — явный лидер в «А» классе.

Галина Самуиловна переступила с ноги на ногу. Не часто ей приходилось бывать в таких ситуациях, и она понимала, что сейчас каждое ее слово будут рассматривать через микроскоп. Скажи что лишнее, и все.

— То, что вы слышали, было учебным взрывом, не имеющим отношение к «Зарнице». Тренировались солдаты на отдаленном полигоне.

— Ну да… а как же собаки… милиция? Я видел их! — Сева Шанцев едва не вскочил со стула, но сидящая рядом Ира Решетова схватила его за рукав пиджака — он почему-то был в школьной форме (вероятно, нечего было одеть что-то другое) и прошипела:

— С-с-сиди тихо, Севка! Дурак что ли⁈ Сейчас допрыгаешься!

— А чего сразу — дурак? — огрызнулся он, но, решив не испытывать судьбу, тем более что в дверном проеме мелькнула фигура неизвестного мужчины в штатском костюме, неохотно сел на место. — Я просто помочь…

— Как вы уже заметили, среди нас не хватает семи человек. Это, в основном, ученики моего… — учительница осеклась и сразу продолжила: — … шестого «Б» класса, так уж получилось. Единственный, кто из «В», это Денис Крутов. Руководил группой известный спортсмен, бегун, призер чемпионата СССР Илья Шаров. Опытный тренированный человек…

Послышались приглушенные голоса:

— Куда же они тогда делись?

— И что вообще случилось?

Галина Самуиловна подумала секунду и за это мгновение мыслей в ее голове пронеслось больше, чем бывало за день. Как легко начать врать, а если не врать, то говорить не всю правду, не договаривать, юлить и как быстро эта неправда начинает засасывать, увлекая все глубже. Она вспомнила прищуренный взгляд штатского и ей стало не по себе. Что будет, если дети не найдутся к вечеру? Как она скажет об этом родителям, которые прямо сейчас уверены, что с их чадами все отлично, они под надежным присмотром учителей и защитников отечества занимаются полезным и интересным делом.

«Сидят в столовой под замком и напряженно ждут хоть каких-нибудь объяснений».

И все же, она была уверена, что все обойдется. Поэтому пока могла говорить то, что считала правдой безо всяких сделок с совестью и товарищем в штатском, потому что на данный момент — так оно и было, ребята…

— … заблудились. Они, видимо, заблудились. Когда прозвучал этот… звук, похожий на взрыв, они могли его неправильно истолковать, подумав, что это сигнал к выступлению. Они побежали на звук и… заблудились. Карта, которая у них есть, описывает всего лишь небольшой квадрат, и выйдя за его пределы они легко могли потерять ориентиры. Поэтому…

— Их ищет милиция с собаками, — подсказала Ира Решетова, сверкнув глазами на Севу.

— Правильно, Ирочка. Леса здесь довольно густые, местами непроходимые. Кое-где болота, заросли, озера и ручьи…

— Почему же нас тогда здесь держат? — царапая ногтем деревянную поверхность стола, задал резонный вопрос Валик Лукьянов. — Да еще и под охраной?

— Чтобы вы не разбрелись по всей части, — повернул голову на звук его голоса Николай Николаевич. — Вам только дай волю и…

— А я все видел, я видел, как Червяков… — Лукьянов осекся, потому что все звуки в столовой прекратились и шестьдесят голов уставились на него. — Он… побежал в лес…

— Да, — Галина Самуиловна кивнула. — Он последним побежал за группой и сейчас их ищут. Никаких сомнений, что в ближайшее время все найдутся и мы спокойно сядем в наши комфортабельные «Икарусы» и поедем домой.

— А если не найдут? — вдруг спросил Шанцев. — Что тогда будет? Мы так и будем тут сидеть до утра?

Учительница похолодела. Она знала, что такой вопрос последует — все же ребята любознательные и вправе строить любые теории, только вот… что будет? — она и сама не знала и предпочитала об этом даже не думать. Такое происшествие сразу выйдет на общегородской, а возможно и более высокой уровень.

«Точнее — уже вышло», — подумала она, чувствуя, как слабеют ноги.

— Найдут, — сказала она, посмотрев в дверной проем, где в темноте маячила фигура человека в штатском. — Обязательно найдут. — Она сделала паузу и продолжила. — А теперь, если кто-то из вас что-то видел или слышал… возможно, были разговоры о том, чтобы… побежать в какое-то особенное место, штаб или…я не знаю, как это называется… чтобы облегчить задачу поисковых отрядов, пожалуйста, вспомните и если есть, что сказать, здесь присутствует старший… — она хотела сказать «оперуполномоченный», но решила не пугать ребят и сказала просто: — Милиционер, который руководит поиском. Ребята, я вас очень прошу. Возможно, ваши друзья сейчас пытаются выбраться из леса и находятся в трудном положении, им нужна помощь!

В дверях показался невысокий, даже тщедушный человечек с холодным рыбьим взглядом. Неприятный и даже отталкивающий, он глянул на ребят, кивнул, как бы представляясь, но заходить внутрь не стал, так и оставшись стоять в темноте.

— Иди, расскажи ему про гранату, — ткнул Лукьянова под столом ногой Прошкин.

— Да ну…

— Иди! Вдруг это важно?

— Что я, стучать буду что ли?

— Только что на всю столовую хотел сказать, а тут стучать! Это важно, вдруг они не знают? — не унимался Прошкин.

Валик нехотя поднялся. Николай Николаевич хотел было что-то сказать, видимо удержать его, но потом махнул рукой. Физрук продолжал блаженно улыбаться.

Валик подошел к классной и что-то прошептал ей на ухо. Она кивнула, показала на дверь и Валик на негнущихся ногах направился туда.

В столовой стояла гробовая тишина.

— Ребята, — повторила Галина Самуиловна. — Поверьте, это очень, очень важно. Даже если вы считаете, что ваша информация или то, что вы слышали или видели, не относится к делу, подумайте. Спокойно вспомните.

Валик скрылся в дверях, в этом момент физрук хихикнул и все обернулись на него. Но он словно не замечал направленных на него взглядов.

«Господи, — подумала Галина Самуиловна. — А я ведь до самого последнего времени мечтала выйти за него… и если бы не „Зарница“, так бы и получилось, Бог свидетель…» Вообще-то она была атеисткой, но часто прокручивая в голове те или иные мысли, ловила себя на том, что так или иначе частенько подкрепляет рассуждения отсылками к Нему.

Ну, не будешь ведь говорить: «Партия свидетель», или «О, комсомол…» — смешно даже!

Однако, теперь ей было вовсе не смешно.

Она посмотрела на часы.

14–18.

Дети пообедали, их любопытство немного улеглось, и, судя по лицам и разговорам, обсуждение затерявшейся группы школьников постепенно сместилось на дела более прозаичные — во-первых, вечером должны были показывать футбол Чемпионата СССР «Динамо-Шахтер», во-вторых, в понедельник с утра в школе планировалась важная политинформация по поводу выборов Президента США, которые должны были состояться 6 ноября 1984 года. Разумеется, вся прогрессивная общественность и особенно молодежь СССР следили за этим мероприятием, а президент Рейган, ярый поборник программы «Звездных войн» и «Стратегической оборонной инициативы», конечно, должен был проиграть прогрессивному демократу Мондейлу. Иначе и быть не могло.

Ребята обсуждали, где взять материал и вырезки для политинформации. Не все выписывали газету «Правда», а в «Пионерке» было слишком мало.

И последний вопрос, который волновал особенно девочек — все ли сдадут заполненные за выходные «Анкеты» — своеобразные и красиво оформленные опросники на самые интересные и щекотливые темы — от «Есть ли у тебя домашние животные?» и до самого главного «Кого ты любишь в классе?», ведь времени на ответы, с учетом «Зарницы», получилось меньше, чем обычно и может быть стоить дать больше времени для заполнения?

Часть анкет разошлась между девочками и с этим вопросов не возникало, хотя, как выяснилось, успеют к понедельнику не все. Еще пара анкет попала к ребятам, которые отсутствовали.

Одна была у Вити Крылова и вторая у Пети Марченко.

— У Витьки Ленкина анкета, я точно знаю, — авторитетно заявила Маша Розумова, бойкая девочка с двумя косичками.

— Ого! — ответила ей Надя Самохвалова — теннисистка и хорошистка. — Посмотрим, что он напишет! Они ведь, кажется… — и она закатила глаза.

— А моя анкета у Пети, — сказала Лия Жукова чуть не плача. — А вдруг он ее потеряет теперь?

— Он же не с собой ее носит! — ответила ей Надя. — Не бойся! Скоро придет твой Петя и спросишь его, успеет он до завтра или нет.