Сергей Милушкин – Петля времени (страница 80)

— Мария… Маша, садитесь.

Белов распахнул заднюю дверь. Маша забралась в машину и сразу же поняла, что никакое это не такси. Кожаные сиденья в идеальном состоянии, подголовники, легкая, почти беззвучная музыка, нашептывающая что-то непонятное. Все что угодно, но не такси. Однако, отступать было поздно, к тому же она надеялась, что в компании оперуполномоченного московского уголовного розыска бояться было особо нечего.

Лихо развернувшись на небольшом пятачке, «Волга» выкатилась со двора, свернула налево. Остановка транспорта, где они с Беловым стояли полчаса назад, осталась позади.

Еще возле дома она успела взглянуть в окно Оли. Кухня светилась неярким светом, хотя соседка уже давно должна была спать. Во всем доме горело только ее окошко.

— Что? — спросил Белов, перехватив ее взгляд.

— Соседка не спит.

— Может, зачиталась детективом?

— Она не читает книги… в основном, журналы мод.

Белов хмыкнул.

Маша заметила, что он искоса поглядывает на водителя, а разговор с ней использует как предлог, чтобы повернуться и таким образом, контролировать таксиста. Однако тот, казалось, даже ухом не вел.

Машина ехала быстрее обычного. Маша не каждый день пользовалась такси, точнее, редко, — один-два раза в год, когда приходилось возвращаться с дня рождения какой-нибудь подруги, а метро уже не работало. Она знала, что таксисты нарушают правила дорожного движения, ездят нагло и бесцеремонно, но этот… Черная «Волга» летела по ночной Москве как стрела. Светофоры уже давно перемигивались желтым светом, и на поворотах Маша слышала, как визжат шины по асфальту и машину слегка заносит. Она хваталась за ручку двери и с замиранием сердца ждала, что они вот-вот перевернутся.

Белов на удивление был спокоен. В моменты резких поворотов он лишь плотнее обхватывал подголовник сиденья и что-то ей говорил — смысл слов до нее не доходил, она лишь видела расплывчатые нити огней за окном, его серьезное лицо и бритый затылок водителя, который сидел как вкопанный.

Срезая темными незнакомыми дворами, таксист без особых угрызений совести нырял под знаки кирпича и одностороннего движения, пересекал перекрестки на красный свет и даже, входя в очередной поворот, чуть не сорвался в какой-то ручей.

Главпочтамт возник неожиданно. Он вырос перед ними темной громадой. Стеклянный купол возвышался над зданием словно огромное всевидящее око.

Водитель остановился прямо возле центрального входа с надписью «Почтамт» и часами, время на которых Маша разглядеть не смогла.

— Я быстро, — сказал Белов. — Посидите здесь?

— Нет, я с вами, — быстро сказала она и пока он не передумал, открыла дверь.

Белов вышел из машины, и они зашагали к двери.

Стук двери позади заставил ее оглянутся.

Таксист вышел из машины и направился за ними.

Маше это не понравилось. Белов остановился, потом резко повернулся. Здоровяк замер в метре от него.

— Вы за каждым клиентом так ходите? — резко спросил опер.

— Нет, — ответил глухим басом шофер. — Только за теми, кто…

— Вы из… КГБ? Кто еще может гнать на красный и нарушать все, что можно?

Водитель усмехнулся. Его широкое лицо с чуть приплюснутым носом на мгновение стало добродушным, но затем вновь окаменело.

— Нет.

— Тогда откуда? — привычным движением Белов вытянул корочку «МУРа» и распахнул ее перед глазами мужчины. Обычно удостоверение оказывало на людей магическое действие, но таксист и глазом не повел. Кажется, он даже не взглянул на документ, хотя, конечно же, все он прочитал и увидел, Белов точно об этом знал.

— Я работаю на кладбище, если вам так интересно. А в свободное от работы время… таксую.

— Нелегальный извоз?

— А разве я взял с вас деньги?

Белов покачал головой. Ушлый мужик, — подумал он. — На кладбище работает, ага.

Однако таксист не разозлился, не проявил желания скрыться — как сделало бы на его месте подавляющее число пойманных за руку граждан. Он стоял позади, как бы заслоняя Белова и Машу от…

— Просто заберите, то, что вы хотите забрать и сделайте то, что хотите сделать. А я вас доставлю на место в целости и сохранности.

— Чертовщина какая-то, — пробормотал опер.

Таксист пожал плечами.

— Идемте, — Белов взял Машу под руку, отворил тяжеленную дверь и пропустил ее вперед. Он заметил, что таксист подошел к двери, но заходить не стал, просто остановился рядом и развернулся. Он был похож на вышибалу из ресторана, огромного и молчаливого.

Может, с нашего управления кто-то узнал и прислал мне его? — мелькнула у Белова мысль, но тут же исчезла.

— Какой огромный зал! — восхищенно прошептала Маша, оглядывая невероятное помещение почтамта.

Белов вдруг почувствовал страх. Он остановился в нерешительности, оглянулся. Входная дверь уже закрылась. Судя по всему, они были здесь совершенно одни.

Кто-то прислал этого парня, чтобы он проследил за ними. Может быть, это те, кто убил монтажера и теперь они ищут кассету. Стоит ее забрать и выйти, как участь их будет решена. Почему-то он был уверен, что против таксиста пистолет особо не поможет. Впрочем…

Тряхнув головой, он направился вдоль гулкого холла, подошел к стойке слева. Через несколько минут из незаметной двери вышла девушка. Она сразу узнала его.

— О… это опять вы…

— Да. Простите, что так поздно, но мне нужно забрать вещь из камеры хранения.

— Конечно, дайте ваш квиток.

Белов протянул бумажку. Она взяла ее тонкими пальцами, мельком взглянула и тут же скрылась в той же двери. Ее не было довольно долго, Белов забеспокоился. Маша стояла рядом. Он барабанил пальцами по деревянной стойке.

— Простите за ожидание. Что-то замок заел в вашей ячейке. Пришлось повозиться. — Она протянула пакет. — Вот, проверьте.

Дрожащими руками он принял пакет, прошелся по нему пальцами. Это была кассета, он почувствовал характерные грани и выемки.

— Все… на месте, спасибо, — пробормотал Белов.

— Пожалуйста, — девушка взглянула на него и добавила: — Вы хорошо себя чувствуете? Вы какой-то бледный…

— Все нормально.

Они отошли от стойки. Маша с тревогой посмотрела на опера.

— Вы и правда сам не свой. Все нормально?

— Да.

— Кто этот таксист?

Белов покачал головой.

— Я не знаю. А теперь слушайте меня внимательно. — Он с опаской посмотрел на массивную дубовую дверь, из-за которой не доносилось ни звука. — Сейчас мы сядем в машину, но где-то посреди пути к вашему дому, сделайте вид, что вас укачало.

— С его манерой езды это нетрудно, — вставила Маша.

— Да. — Белов почувствовал, что задыхается. — Возьмите кассету. То есть, пакет.

— Это кассета?

— Нет. То есть да.

— Что на ней.

— Я не знаю. Там… в общем, подтверждение, что дети никуда не пропадали.

У Маши расширились глаза.

— Как это? Что там⁈ — она повысила голос, но Белов тут же приложил палец к губам.

— Тише говорите. На кассете запись того забега на чемпионате СССР. Там бежит этот…