Сергей Михеев – Легенда о Золотом Лотосе (страница 4)
Шесть лет на корабле пролетели незаметно. Наконец-то он перестал служить им игрушкой для битья. За это время Олсандр вырос почти в два раза, окреп, возмужал и стал совершенно нетерпим к побоям.
– Что ж, – с обидой оскалился Колен, с остервенением развернулся и хотел сам разобраться с наглым моряком, но, уткнувшись взглядом в широкую грудь противника, невольно передумал.
Блондин был в своей компании заводилой, можно даже сказать вожаком. Парни слушались его беспрекословно, всюду следовали за ним по пятам, словно тени. От них доставалось не только Олсандру, страдала вся команда, и немногие решались дать им сдачи. Однако Детберт не желал избавляться от наглой компании. Вероятно, потому что свой скверный нрав они компенсировали безропотным подчинением капитану, его помощнику и с готовностью выполняли любой их приказ, не задавая лишних вопросов.
Так сильно уронить свой авторитет в глазах друзей для Колена было неприятным испытанием, однако, стиснув зубы, ему пришлось отступить.
– Когда-нибудь ты у меня еще получишь! – пообещал он и, потирая ушибленный зад, с позором покинул место стычки.
Парень широко улыбнулся в ответ на угрозу, потянулся, словно кот, ловко забрался по канату на мачту, где находилось место смотрящего. Там уже кто-то был. Мужчина, развалившись в гнезде, словно тюлень, напевал под нос романтичную песенку:
У Нано был удивительно низкий и красивый баритон. При желании он мог бы зарабатывать на этом неплохие деньги, но предпочел карьеру морехода.
– Подвинься! – бросил ему бывший подопечный и невежливо толкнул в плечо локтем.
Малышу пришлось сильно потесниться.
– Зря ты так, – с мягкой улыбкой сказал моряк.
– Как «так»?
– Колен – мстительный гаденыш, – пояснил Нано, – рано или поздно он тебе все припомнит. И скониши эти хуже собак – настоящие шакалы. Оступишься один раз, они тут же перегрызут тебе горло.
– А что прикажешь мне с ним делать? Он первый распускает руки!
– А ты ноги!
Не сдержавшись, друзья расхохотались.
– Он все еще пьет? – спросил Нано.
– Полбочки за ночь вылакал, – подтвердил Олсандр.
– Ох, не нравится мне все это, – недовольно покачал головой Нано, – дурной знак!
– Как знать. Может, в этот раз пронесет? – попытался утешить его товарищ.
– Нет. Опять рванет к чжангонгцам. Тут и к гадалке не ходи!
– Ему там что, медом намазано?
Нано многозначительно хмыкнул. Они немного помолчали, наслаждаясь хорошей погодой. Впрочем, Олсандр почти сразу заскучал и пристал к своему товарищу с расспросами.
– Давно ты стал моряком?
– Уже не помню. Пожалуй, лет мне тогда было, как тебе сейчас. Может, чуть меньше.
– Как это случилось? Ты говорил, что земли ваши богаты и плодородны. Почему же ты ушел из дома?
То ли солнце, то ли сытный завтрак сделали обычно молчаливого Малыша на удивление словоохотливым. Олсандр решил этим воспользоваться.
– Я никуда не уходил, – ответил мужчина и нахмурился. Он с силой потер рукой загоревший лоб, короткий ежик густых волос. – Однажды в мою деревню пришли работорговцы и угнали всех, кто мог ходить, к Черной Горе.
Хаттхаллец знал, что у той горы располагался самый большой рынок невольников. Со всех земель туда свозили пленников, должников и всех несчастных, которым не посчастливилось встретиться на пути у торговцев людьми.
– Ты был рабом? – удивился Олсандр.
– К счастью, не довелось, – хохотнул моряк, – когда нас привезли на рынок, я смог освободиться и отобрать у одного раззявы нож…
– И что ты сделал потом? – затаил дыханье парень.
– Я их убил.
– Всех?
– Очень на это надеюсь, – ответил Нано и криво улыбнулся.
Его глаза блеснули огнем, зрачки сузились в точку. Молодой моряк с огромным уважением посмотрел на друга. Здоровяк скроил забавную, но немного зверскую рожу, зарычал, и они вновь захохотали.
Надо признаться, с наставником Олсандру очень повезло. Несмотря на вечно хмурые брови и тяжелые руки, от которых парню не раз хорошенько перепадало, в сущности, Нано оказался довольно беззлобным и добродушным малым. Он никогда не отказывался помочь ему или еще раз показать то, что у мальчишки не выходило с перового раза. В тайне от Детберта разрешал уйти на отдых раньше остальных, если смена выдалась чрезмерно тяжелой.
Чтобы наставник оставался довольным, Олсандру достаточно было хорошо выполнять свои обязанности и давать возможность Малышу как можно дольше валяться на солнце в мечтательной полудреме. О чем мог мечтать человек с такой квадратной головой, легко догадаться. Набить брюхо вкусной жратвой, напиться вина или пива в трактире, купить за пару грошей не слишком потрепанную гулящую девку и провести с ней веселую ночь.
– Ты отомстил за себя! – воскликнул Олсандр.
Парень прищурил глаза, с загадочной улыбкой уставился на облака. Однажды он поступит так же. Вернется в Хаттхаллу, достанет свой нож и отомстит своим обидчикам. Отец с братьями очень пожалеют, что так жестоко издевались над ним в детстве. Олсандр тряхнул головой, отгоняя от себя неприятные воспоминания.
– Наверное, за это время ты успел скопить немало денег? – спросил он товарища. Тот кивнул в ответ. – Тогда мне непонятно, почему ты до сих пор не вернулся на родину и продолжаешь работать на Детберта?
– Он пообещал, что отвезет моих выживших соплеменников домой, а за это я десять лет отслужу ему верой и правдой.
– Но десять лет уже прошли! – Олсандр с удивлением взглянул на моряка.
– Да, – вздохнул Малыш, – Детберт не обманул меня. Несколько лет назад он сказал мне, что я оплатил свой долг и могу уйти.
– Но ты остался…
– Я подкоплю еще немного золотых монет и однажды вернусь к моей красавице Лали. Мы с ней поженимся, нарожаем кучу ребятишек. – улыбнулся Нано. – У нас будет десять малышей. Пять сыновей и пять дочек.
На палубе что-то громыхнуло. Послышалась возня, ругань и безумный крик.
– Ра-а-азвернуть паруса! Ра-а-азвернуть! Я кому сказал?! Мы идем на восток! Они у меня еще попляшут! Проклятые сволочи!
Нано с Олсандром свесили головы вниз и с неудовольствием наблюдали, как в стельку пьяный капитан, с трудом держась на ногах, размахивает во все стороны длинным мечом, который совсем недавно выкрал с корабля франков.
Это уникальное оружие везли в подарок королю от знаменитого ювелира Квирита. Мастер украсил его рукоятку и крестовину огромными драгоценными камнями, золотыми фигурками, так же как и ножны. За один этот меч Детберт мог бы купить себе еще один корабль, если бы захотел.
– Скоро мы распотрошим еще десяток джонок чертовых чжангонгцев! Опустошим их трюмы до последней нитки! Не будь я Бешеным Детбертом!
Судя по одежде капитана, стоявший в его каюте бочонок с вином опустел еще не полностью, потому что он каким-то чудом смог натянуть на себя нарядную рубашку с вышивкой из самоцветов и новые дорогие сапоги. Правда, забыл надеть штаны. Он то ли не нашел их, то ли не смог попасть в штанины, а потому рассекал по палубе с голым задом.
Детберт устрашающе взмахнул мечом, словно разрубая им невидимого противника. При следующем взмахе оружие неожиданно выскользнуло из его рук и улетело в море. Стоявший неподалеку Сид едва успел увернуться от острого лезвия. Моряк с тоской проводил взглядом драгоценность. Уникальный меч сверкнул на солнце в последний раз и, плюхнувшись в воду, исчез навсегда.
Заскрежетав зубами, Сид со злостью и досадой сплюнул:
– Вот зараза! – не сдержавшись, воскликнул он.
Детберт, свесившись через борт корабля, какое-то время печально смотрел на волны.
– А-а-а! Плевать! – равнодушно махнул он рукой, и вскоре команда вновь услышала его вопли. Он грозил невидимым врагам кулаком и пытался выломать дверь в оружейную. – Ик… В Чжангонг! Я им всем покажу! Они будут стоять передо мною на коленях и со слезами просить пощады!
– Я же тебе говорил, а ты мне не верил! – упрекнул юного друга Малыш и передразнил. – «Пронесет, пронесет!» С Бешеным никогда не пронесет!