Сергей Михеев – Билет не туда (страница 28)
Глава двенадцатая
После разгрома врага на бывшем центральном космодроме планеты лейтенант решил оттянуть нашу армаду к месту хранения роботанков для восполнения боеприпасов, регламентного обслуживания и заправки топливом. Пред нами стала проблема: а что делать дальше? У нас в руках козырь планетарного масштаба – танковая армада. Показала она себя очень хорошо, нужно развивать успех. Но как? Гнать ее единым строем, давя гусеницами захватчиков, хорошо в романе, в реальной жизни ее накроют ударом с орбиты, не входя в зону действия систем ПВО/ПРО. Странно, что еще не начали это делать, ориентируясь на перепаханную гусеницами колею, ведущую к разгромленной базе противника и от нее. Пока не сориентировались, в шоке от нашей дерзости. Но с минуты на минуту они начнут это делать.
Лучший план, который пришел в наши головы, – разбить армаду на несколько сбалансированных бронегрупп и пойти широким фронтом к вражеской базе-2, по дороге уничтожая все, что носит не нашу форму. Если и не дойдем, то «хотя бы согреемся» – нанесем максимальный урон врагу по дороге. Риск крайне велик, удары с орбиты не разбирают, где пустой танк, а где машина с бойцом в десантном отделении. Но мы ведь солдаты? И ущерб врагу сможем нанести максимальный.
– Лейтенант, а нет ли, случайно, у нас еще одного склада с чудооружием рядом с другой стратегической базой врага?
Чжэн задумался. Он даже сбился, как птица в полете. Чувствую, задал я ему не тот вопрос.
– Нет, такого сюрприза у нас нет. Есть другие, но не столь интересные.
В общем, мы загнали наших роботов в ангары и легли спать. Ночью конгереты очухались и начали орбитальную бомбардировку, безуспешно пытаясь достать наши силы под многометровыми сводами убежищ. Сильно мешали спать и перепахали все окружающее пространство, превратив его в сплошные воронки и озера расплавленной породы. Дикое зрелище, ландшафт мертвой планеты. Но расколоть бункер, где хранились танки и наши столь уязвимые тушки, так и не смогли – слишком много слоев бетона и разного наполнителя возвели над ним. Строители Сил особого периода заслуживают уважения. Вряд ли я увижу кого-либо из проектировщиков или строителей этого убежища, но при встрече просто обязан им преподнести в подарок хотя бы просто бутылку отличного алкоголя! Выход из хранилища завалили полностью, но ирмиты предусмотрели такое развитие событий, вывести технику из бункера можно было еще через несколько запасных ворот. Пользуясь вынужденной передышкой (пусть враги решат, что достали нас), мы с удвоенными силами начали вводить в строй оставшуюся технику. Снова грязь, застывшая консервационная смазка и прочие прелести возни с этими автоматами. Запасы топлива и боеприпасов в итоге мы планировали вывезти по максимуму, практически 10 % от запасов хранилища, больше просто не могли – наличных сервисных и транспортных машин не хватало. Эти хомяки запаслись оружием на десять войн и расходниками вдесятеро больше. Уважаю планировщиков управления СОП. Хомяки, конечно, но так подготовиться к практически любому развитию событий – это дорогого стоит. Лейтенант связался по своей сети с другими подразделениями СОП, выяснял, что творится там, на поверхности. На поверхности царило ликование, такого урона врагу еще никто не смог нанести. Конгереты судорожно перегруппировались, множество колонн врага попали в ловушки других наших собратьев. На месте разрушенной нами базы конгереты пытались возвести еще более серьезный оборонительный узел. Зачем? Проще это сделать в другом месте, но я не специалист по их психологии, может, для них это место стало символом? Хотя, с другой стороны, сам космодром, его сооружения мы там не уничтожили, да и не старались. В принципе нам же лучше, наведаемся туда еще раз. За нами не заржавеет. Хуже было другое, по выкладкам аналитиков, враги отправили запрос на подкрепления. С орбиты ушло несколько малых кораблей, аналитики полагали, что это важные персоны в командовании врага, которые отправились убеждать высшее руководство направить сюда дополнительные силы. Сюда высадились, как я полагаю, их лучшие подразделения (хотя такими, по моему мнению, их трудно назвать). Теперь они стянут сюда своих середнячков. Но если их будет в десять раз больше… Плюс сюда стянут тяжелое оружие, способное уничтожать наши танки, что уже совсем нехорошо. А с другой стороны, к их прибытию не думаю, что наши танки будут в рабочем состоянии. Прилетит подкрепление – будем разбираться с ним «на месте». Увидим, что они собой представляют, выработаем нужную тактику. Нужно выбираться из подземелья как можно скорее и разбираться с теми силами, что пришли в первой волне, – вторая волна, возможно, по выучке будет уступать, но техники и соответствующего оружия у них будет больше. И солдат. Если в этой волне они высадили на планету несколько сот тысяч бойцов, что будет в следующей? Миллионы? А ведь мы совсем не знаем, что представляет из себя сегодняшняя армия врага, его резервы. Последние данные получили более столетия назад, за это время все могло измениться десять раз. И с чего я решил, что пока мы сражаемся с их элитой? Вполне может быть, что это были средние бойцы, набранные из тыловых гарнизонов, а настоящая элита воюет где-то в другом месте, совсем в другой звездной системе. С этими конгеретами ни в чем нельзя быть уверенным, но, с другой стороны, это совсем не моя головная боль. Я простой сержант, который должен правильно выполнять приказы командира, стараться нанести врагу максимальный ущерб и пытаться сохранить личный состав, если это не противоречит приказам. А пока нам нужно быстрее поднять как можно больше танков и попытаться нанести врагу максимальный урон, пока он не пригнал сюда более подготовленные к борьбе с нашей армадой части.
Это мнение даже не пришлось озвучивать, наш штаб мыслил так же, да и бойцы это понимали. Пять дней мы дожидались ввода в строй максимального количества техники. С этим старьем поднять всю было невозможно – чем больше активируешь, тем больше нерабочих экземпляров. Ремонтируешь эти – выходят из строя другие. Этот процесс можно только остановить, а не завершить. В общем, лишь на пятый день аврала наша железная армия вновь устремилась в бой. На этот раз выводили танки через резервный выход в семи километрах от основного. С орбиты его не бомбили, не смогли найти. Мы снова двинулись на старый космодром, зачищать его по новой. В этот раз конгереты не успели закрепиться, и мы уничтожили их с налета. Танки пощипала тяжелая артиллерия, переброшенная с других точек. Я даже не успел втянуться в бой, хотя сам в нем не участвовал, но ведь должен был рассмотреть, как мои железные друзья уничтожают врагов. Запросив логи столкновения, выяснил, что танки моей армады даже не успели выстрелить – огневые точки врага подавили другие отряды. Тем не менее какой-то урон нам успели нанести. К застывшим, подбитым ранее машинам прибавилось еще пара десятков горящих танков, но эти потери практически не влияли на наши силы. Комариный укус, не более. Зачистив космодром, мы по заранее согласованному плану разделились на двадцать три группы, и каждая по своему маршруту двинулась ко второй базе, по дороге уничтожая более мелкие опорные пункты. Общей целью была вторая столица планеты, где конгереты решили устроить еще одну мегабазу. Если повезет, доберемся и распотрошим ее, уничтожив две трети изначальной группировки врага. Ну а не повезет, все равно устроим ему веселую жизнь. А что, они думали, на курорт сюда прилетели? Нужно выбивать такие глупые мысли из конгеретских голов!
Я, со своей робоармией, по плану командования двинулся западнее основных сил. Что, впрочем, для меня было абсолютно не важно: западнее, севернее или восточнее – абсолютно все равно. Планета для меня чужая, особых предпочтений нет. Шано снова увязался со мной, хотя здесь личные качества и навыки совсем не нужны, все делает техника. Но мы сработались, и я не возражал. Вдвоем со знакомым веселее! Хотя и знакомы мы чуть больше двух месяцев, но совместные дела быстро смывают преграды и условности. Сейчас мы шли по зоне, где поля сельскохозяйственных растений, высаженных еще до атаки врага, перемежались небольшими лесными массивами, думаю, до освоения планеты и распашки здесь земель это была сплошная зона лесов. Засеянные поля наша армада уничтожала подчистую – после гусениц танков оставалась только перепаханная земля. Не вырастет здесь ничего в этом году. Хотелось бы верить, что в следующем найдутся земледельцы, которые вспашут эти поля и посеют новые культуры. Не знаю, что они выращивают.
Гораздо интереснее было наблюдать, как танки идут сквозь, именно сквозь, а не обходя, лес. Впереди шли мастодонты, способные выкорчевать столетние деревья. Они проламывались сквозь лес, как я бы шел по обычному полю, не замечая травы. Так они не замечали вековые деревья, ломая их без каких-либо усилий. Не форсируя двигатель, не замечая, как будто их нет. Удивительная мощь, я раньше и не задумывался, насколько мощны эти теховские игрушки, насколько легко они перемалывают природу. В этом есть что-то неправильное. Не должны творения наших рук быть столь сильны, что ли. Не знаю. Но эта техника перла вперед, не замечая никаких преград.