8. Группа армий «Юг» выдвигает свой северный фланг (6-я армия) на восток севернее Харькова. Группа армий «Север» прикрывает 16-й армии линию группа озер сев. Желанье-Ильмень.
9. Усиленный 2-й воздушный флот разбивает русскую авиацию перед фронтом группы армий «Центр» и всеми средствами поддерживает наступление армий и танковых групп.
Перед лицом этих задач бомбёжки Москвы должны отойти на второй план и будут возобновлены только тогда, когда это разрешит наземная обстановка. Для того, чтобы затруднить противнику подвоз снабжения и свежих сил, ж.-д. линии на восток от линии Брянск-Вязьма-Ржев постоянно подвергать налётам.
10. День и час наступления я укажу в соответствии с отданными мною 24.9
Распоряжениями командующим армий и других соединений.
Подписал: фон Бок»
В ночь перед атакой, буквально за несколько часов до артподготовки и запуска авиационных двигателей солдатам группы армий «Центр» зачитали обращение Гитлера.
Солдаты Восточного фронта!
Глубоко озабоченный вопросами будущего и благополучния нашего народа, я ещё 22 июня решился обратиться к вам с требованием предотвратить в последнюю минуту опаснейшую угрозу, нависшую тогда над нами. То было намерение, как нам стало известно, властителей Кремля уничтожить не только Германию, но и всю Европу.
Вы, мои боевые товарищи, уяснили за это время два следующих момента:
1) наш противник вооружился к готовившемуся им нападению буквально до зубов, перекрыв многократно даже самые серьёзные опасения;
2) лишь Господь Бог уберёг наш народ, да и народы европейского мира от того, что варварский враг не успел двинуть против нас свои десятки тысяч танков.
Погибла бы вся Европа. Ведь этот враг состоит в основном не из солдат, а из бестий.
Теперь же вы, мои товарищи, собственными глазами увидели, что представляет собой «рай для рабочих и крестьян». В стране с огромной территорией и неисчерпаемыми богатствами, которая могла бы прокормить весь мир, царит такая бедность, которая нам, немцам, непонятна. Это явилось следствием почти 25-летнего еврейского господства, называемого большевизмом, который представляет собой в истинном своём смысле не что иное, как самую обычную форму капитализма.
Носители системы и в том, и в другом случае – одни и те же: евреи и только евреи.
Солдаты!
Когда 22 июня я обратился к вам с призывом отвести ужасную опасность, угрожающую нашей родине, вы выступили против самой мощной державы всех времён. Прошло немногим более трёх месяцев и вам, мои боевые товарищи, удалось благодаря вашемумужеству разгромить одну за другой танковые бригады противника, вывести из строя его многочисленные дивизии, взять в плен громадное число его солдат и захватить бескрайные просторы – и не пустынные, но именно те, за счёт которых наш противник жил и восполнял потребности в сырье самого различного вида своей гигинтской военной индустрии.
Через считанные недели все три важнейших промышленных района окажутся в наших руках!
Ваши имена, солдаты вермахта, как и имена наших доблестных союзников, названия ваших дивизий, полков, кораблей и авиаэскадрилий, войдут в мировую историю, связанную с величайшими победами всех времён.
Вот они, ваши деяния:
– более 2 400 000 пленных;
– свыше 17 500 танков и 21 600 орудий уничтожено или захвачено;
– 14 200 самолётов сбиты или уничтожены на земле.
Мир ещё не видел ничего подобного!
Территория, которую на сегодняшний день завоевали немцы и союзные нам войска, в два раза превышает территорию нашего Рейха в границах 1933 года и в четыре – территорию английской метрополии.
После 22 июня мощнейшие оборонительные системы противника прорваны, форсированы крупнейшие реки, взяты штурмом многочисленные населённые пункты, крепостные сооружения и укрепрайоны уничтожены или выкурены. С крайнего севера, где наши финские союзники вынуждены во второй раз доказывать своё геройство, и до Крыма вы вторглись совместно со словацкими, венгерскими, итальянскими и румынскими дивизиями на территорию противника на глубину порядка 1000 километров. К вам присоединяются испанские, хорватские и бельгийские части, за ними последуют и другие.
Эта борьба – вероятно, впервые – станет борьбой всех наций Европы и будет рассматриваться как единая акция в целях спасения культурных ценностей всего континента.
За линией гигантского фронта вместе с тем ведётся громадная работа.
Построено около 2000 мостов длиною более 12 метров каждый.
Возведено 405 железнодорожных мостов.
Введено в строй 25 500 километров железнодорожных линий, из которых свыше 15 000 километров переоборудованы на европейскую колею.
Ведутся строительно-восстановительные работы на тысячах километров дорог.
Огромные территории взяты под гражданское управление. Жизнь на них ускоренно восстанавливается по вполне приемлемым законам. Уже готовы громадные склады с продовольствием, горючим и боеприпасами.
Впечатляющие успехи этой борьбы достигнуты не без потерь. Однако число жертв – учитывая всю тяжесть скорби отдельных товарищей и их семей – достигает не более одной пятой потерь Первой мировой войны.
То, что вам, мои боевые товарищи, пришлось перенести за истекшие три с половиной месяца совместно с доблестными солдатами наших союзников, при этом продемонстрировав величайшие достижения, мужество и героизм и преодолев всевозможные лишения и трудности, знает лишь тот, кто сам выполнял свой солдатский долг в прошлой войне.
За три с половиной месяца, солдаты, наконец-то создана предпосылка для нанесения врагу последнего и решающего удара ещё до наступления зимы, удара, который должен разгромить его окончательно. Все подготовительные мероприятия, насколько это оказалось в человеческих силах, завершены. Планомерно, шаг за шагом сделано всё необходимое, чтобы поставить противника в такое положение, когда мы сможем нанести ему последний удар.
Сегодня начинается последнее величайшее и решающее сражение этого года.
Эта битва должна поставить на колени не только противника, но и зачинщика всей войны – Англию. Ибо, разгромив противостоящего противника, мы лишим Англию последнего её союзника на континенте. Вместе с тем мы устраним опасность не только для нашего Рейха, но и для всей Европы, опасность нашествия гуннов, как когда-то впоследствии монголов. Весь немецкий народ в предстоящие несколько недель будет близок к вам, как никогда прежде.
Свершения, достигнутые вами и нашими союзниками, обязывают нас всех к глубочайшей благодарности. В предстоящие последние тяжёлые дни вместе с вами будет вся наша родина, которая, затаив дыхание, будет следить за вашими деяниями, благословляя на подвиги. С Божьей помощью вы добьётесь не только победы, но и создадите важнейшие предпосылки для установления мира!
Адольф Гитлер.
Фюрер и верховный главнокомандующий вермахта.
Ставка фюрера.
(Источник: NARA. T312, R150, F7689745-12.)
Начальник Генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковник Франц Гальдер накануне событий, о которых повествуется в этой книге, а именно 5 октября 1941 года записал в своём «Военном дневнике»: «Сражение на фронте армий «Центр» принимает всё более классический характер… Танковая группа Гёпнера, обходя с востока и запада большой болотистый район, наступает в направлении Вязьмы. Перед войсками правого фланга танковой группы Гёпнера, за которым следует 57-й моторизованный корпус… противника больше нет…»
В эти же дни член Военного Совета Московского военного округа РККА генерал-лейтенант К.Ф. Телегин записал: «Главная наша надежда и опора в эти часы – Подольские училища… Всё это – цвет нашей армии, завтрашние командиры, комиссары, политруки, фронт в них крайне нуждается, ждёт. Однако… они рядовыми бойцами с винтовками в руках…»
Из книги немецкого генерала Ф.В. фон Меллентина «Танковые сражения 1939–1945»: «Удар на Москву, сторонником которого был Гудериан и от которого мы в августе временно отказались, решив сначала захватить Украину, возможно, принёс бы решающий успех, если бы его всегда рассматривали как главный удар, определяющий исход всей войны. Россия оказалась бы поражённой в самое сердце, ибо обстановка в 1941 году значительно отличалась от той, которая была в 1812 году. Москва уже не являлась столицей по существу бесформенного государства, стоящего на низкой ступени развития, а представляла собой звено административной машины Сталина, важный промышленный район, а также – что имело, пожалуй, решающее значение – была центром всей железнодорожной системы европейской части России».
Глава вторая
Первая атака
Ещё не рассвело, когда они рассредоточились у деревни Воронки.[6] Из грузовиков, припаркованных в недальнем березняке и тщательно замаскированных, принесли несколько ящиков, и старшина по списку роздал курсантам гранаты. Каждому досталось по две. Пулемётчики получили по нескольку запасных дисков и коробок с лентами. Артиллеристы заняли позиции у шоссе. Старшему лейтенанту Носову было приказано одну из «сорокапяток» своей батареи выкатить на прямую наводку и тщательно замаскировать, чтобы орудие не только в бинокль, но и с двух шагов разглядеть было невозможно.
В расчёте этой дежурной «сорокапятки» были трое друзей – Алексей Хозяинов,[7] Константин Вертелин,[8] и Михаил Сапожников.[9] В июне они праздновали выпускные экзамены в школе, а через три дня пришли в Подольский военкомат проситься на фронт. В военкомате им дали направление в Подольское артиллерийское училище. Расчёт должен был двигаться вместе с пехотой, поддерживать её огнём. Им выпала самая сложная задача. Одно дело вести огонь с закрытых позиций, по сути дела, из тыла, из-за спин стрелковых взводов, а другое – действовать непосредственно из окопов взводов боевого прикрытия.
