Сергей Мельник – Барон Ульрих (страница 74)

— Так, успокоились! — Дако хлопнул ладонью по столу. — Тут не только с Лина спросят, но и с остальных защитников! Мы должны были знать, мы должны были отследить этот вопрос!

— Да уж, а Нафаль-то каков оказался… — подал голос я, разливая старикам горячий чай по кружкам. — Сэр Лин, кто теперь в династии главнейший?

— Да никого. — Старик скривился, словно от целого куска лимона. — В этом-то вся и загвоздка, за это-то король и накажет, мы допустили, что пресекся один из знатнейших и древнейших родов королевства.

— Это полбеды. — Нонстог отхлебнул маленький глоточек из поданной кружки. — Главная беда — это грызня, что начнется теперь между баронами Мирта.

— Ну за всех я не скажу. — Я сел в свободное кресло, также беря в руки кружку. — Но думаю, что Кемгербальд не станет участвовать в переделе, хоть его земли и рядом, а уж мне и подавно лишние рты не нужны.

— Ты не понимаешь. — Сэр Дако махнул на меня рукой. — Во-первых, король может прислать совершенно непричастного представителя какого-либо из многочисленных родов, а во-вторых, золото. Даже если сейчас ни ты, ни Олаф не горите желанием влезать в эту бучу, то в скором времени жизнь вас заставит, плюс ко всему Когдейр — это граница с пиктами, если перед ними не будет кто-то, кто сможет показать им зубы, они устроят по-настоящему крупномасштабный набег.

— Гердскольды точно влезут, — совершенно буднично сообщил Нонстог. — Пикскварам далеко, но ради поживы могут примкнуть к кому-нибудь в союзе.

— Да уж, вариантов исправить ситуацию у нас практически нет. — Дако откинулся на спинку кресла, рассматривая потолок.

— Надо паршивку срочно выдать замуж! — Лин хлопнул кружкой по столу. — Надо найти достойную кандидатуру, чтобы успокоить это болото и сдержать накаляющиеся страсти!

— Как вариант, — согласно кивнул Нонстог. — Только как найти кандидатуру среди местных, достаточно авторитетную, чтоб на него не кинулись войной, да еще с поддержкой хотя б одной из семей Мирта?

— Хм! — Сэр Дако с прищуром уставился на меня.

— Хм! — Лин так и вперил в меня свой взор.

— Думаете, сработает? — Нонстог окинул меня взглядом, словно я стоял на витрине.

— Воу! — Я поднял руки. — Спокойно, отцы, спокойно! Только меня сюда не вмешивайте!

— Кемгербальд тебя однозначно поддержит. — Сэр Дако стал загибать пальцы. — Для Гердскольдов ты вообще теперь свой в доску, Пикскваров тут никто не берет в расчет, но даже на них ты сможешь надавить.

— Это еще как? — Нонстог с интересом рассматривал меня. — Неужели и вправду ты нашел пропавшую сестру Томаса?

— Вот проныра! — рассмеялся Лин. — Ну и ученика ты себе нашел, Дако!

— Так, господа защитники! — Я нервно поерзал в кресле. — Это идея плохая, и я в ней отказываюсь принимать участие! Ищите другие варианты!

— Хватит и этого, — кивнул своим мыслям Лин. — Сегодня же отправлю письмо королю.

— Я еще несовершеннолетний! — До меня стало доходить, что, похоже, они серьезны, как никогда. — Мне через четыре-пять лет в академию уезжать, королю служить!

— Вот как раз все сходится! — хлопнул Лин по коленке рукой. — Будет кому за землей присмотреть, пока ты в отъезде!

— Да вы охренели, что ли?! — Я вскочил, опрокидывая свою кружку на пол. — Я отказываюсь участвовать во всем этом!

— Ну-ка сядь. — Сэр Дако упер в меня свой тяжелый взгляд. — Что за паника? Девицу какую-то испугался? Ты вообще представляешь, что может начаться тут, если разразится дележ? Сколько людей погибнет, в какую пучину все эти земли погрузятся неизвестно на сколько лет!

— Опять же дело-то твое, можешь и не жить с ней. — Лин провел большим пальцем по шее, как бы намекая на возможный вариант в скором времени стать вдовцом.

Вот это да — без меня меня женили! Порассуждал, называется, о судьбах бедных женщин в этот темный век! Самого только что выменяли на двух верблюдов и одно кашемировое полотенце. Собрались старики, мыслью пораскинули, да и решили судьбу-судьбинушку: быть сим молодым людям отныне мужем, стало быть, и женой.

Хотя чего еще можно было ожидать? Надо же, гуманисты какие, кровь людская прольется, давай уж, барон, защити горемык! Я сел на место, безвольно опустив плечи, формально я еще могу им показать дулю, но вот в реальности, похоже, все уже решено. Достаточно одному из этих старых перцев «стукануть» наверх, и мой брак будет освящен королем, заботившимся о судьбе своего королевства.

— А может, посмотреть, кого из столицы пришлют, может, толкового? — неуверенно начал я, впрочем, не испытывая особых надежд.

— Да кого они прислать могут? — ворчливо начал Лин. — Какого-нибудь подхалима и мота, что разорит все в пух и прах.

— Да уж, при дворе ушлые ребята отираются, — покивал Нонстог. — Все заложит, продаст да обратно уедет деньги проматывать.

— Опять же верно ты подметил, пока совершеннолетия не достигнешь, только помолвка будет. — Дако нравоучительно поднял палец. — А помолвка — это не свадьба.

— Да нет, свадьба будет, — улыбнулся Нонстог.

— Это еще почему? — насупился Дако.

— Ну извини меня, мой дорогой, когда все до столицы дойдет, либо свадьба, либо голову с плеч. Не дадут ей даже дня без наказания прожить, — говорил Нонстог.

— Пожалуй, он прав. — Лин кивнул. — Не простят ей подобных вольностей.

— Значит, я не подхожу? — Я аж подскочил на своем кресле.

— Ну почему же? Думаю, король одобрит твою кандидатуру, невзирая на твой юный возраст, — успокоил меня Лин. — Прецеденты, насколько мне известно, уже были в истории. Правда, в основном девиц малолетних выдавали замуж, ну да, как говорится, все когда-нибудь случается впервые.

Выйдя из комнаты, оставил стариков обговаривать нюансы, направляясь к виновнице кордебалета. Мой враг, мелкий проныра барон, а теперь в будущем, похоже, моя жена, должен, то есть должна, знать о своей судьбе. Она должна сама сделать свой выбор, иначе я не пойду на такой шаг, чего бы это мне ни стоило. Я могу по-разному к ней относиться, я могу сочувствовать ей, переживать с ней, но я не смогу жить с ней рядом, если между нами по-прежнему война. Да, боевые действия окончены, да, она проиграла и разбита, но я не уверен, что она сломлена и спокойно опустит руки. Ох, что-то мне подсказывает, что не все так просто будет с этой мадам, не одного уровня это человек, там слоев, что на цыганке разноцветных юбок. Мне самому ни холодно ни жарко от того решения, что приняли защитники. Надо будет, вытяну не то что Рингмар с Когдейром, весь Мирт переделаю по своему образу и подобию, но я не привык шагать по головам. Да, она сейчас никто, корова, грубо говоря, на продажу. Но и, как показал Лин, по горлу пальцем не смогу.

— Стойте, барон, сюда нельзя! — Перед дверями стояла Лесса, видимо, как самая боевая из охранения.

— Всем выйти. — Не обращая на нее внимания, прошел в комнату. — Мне нужно поговорить с Ноной.

— Она не желает никого видеть. — С кресла поднялась графиня, впрочем, не одна она, почти весь женский батальон осел в гостиной Когдейра.

— Пошли вон отсюда! — Я мало того что гаркнул на них, так еще размолотил один из шкафов, в мелкую щепу разнеся его с грохотом по комнате. Ну не было у меня настроения политесы тут со всеми ними разводить, объясняя, что до чего.

Опустив головы, они выскочили испуганно прочь, оставляя меня одного. Нона, видимо, пряталась в спальне, ну да ломиться туда пока не стану, барышни тут, в гостиной, неплохо устроились — чаек, вареньице, плюшечки какие-то, без ложной скромности тут же принялся подъедать за ними, задумчиво разглядывая останки шкафа.

— Нона! Давай выходи, а то печенье уже кончилось, — крикнул я баронессе, наливая себе еще кружечку чая. — Учти, когда я доем варенье, меня уже не остановить, рухнут преграды, сам войду.

— Что тебе еще от меня нужно, Ульрих? — Хм, а в платье, с этой мальчиковой короткой стрижкой маленький Наполеон ничего так смотрится. — Тебе мало было пройтись войной по моим землям? Тебе мало было разрушить мою жизнь? Что, что еще ты от меня потребуешь?! У меня больше ничего не осталось!

Глаза хоть и заплаканные, но сверкают бойко, кулаки сжимает, ух, раззадорилась, того и гляди кинется на меня.

— Ну. — Я задумчиво смерил ее взглядом. — Тут народ посовещался и решил, что с тебя еще брать и брать, так что не скромничай.

— Что? — Она растерянно опустила руки. — О чем ты?

— Жить хочешь? — Я похлопал ладонью по диванчику, приглашая ее сесть рядом. — Если да, присаживайся, разговор будет долгим.

Осень — время обострения у поэтов, шизофреников и прочих людей тонкой натуры. Тихая, спокойная, без шумных дождей и расхлябанности дорог, впрочем, может, еще рано, еще все будет. Красиво, что ни говори, тут золото, там алый цвет, кое-где редким вкраплением еще просматривается зелень, все смешалось радужным калейдоскопом под лучами еще яркого, но уже совсем нетеплого солнца.

По городку развесили прямо среди улиц разноцветные флажки и вымпелы, народ с утра балуется халявой — поставленными по перекресткам и площадям винными бочками, по фабрикам и заводикам объявлены выходные, все замерло в ожидании столь знаменательного события, как торжественное бракосочетание барона Ульриха фон Рингмара с баронессой Ноной фон Когдейр.

Жмут. Реально, эти новые высокие сапоги мне жмут. Тесноват камзольчик, а воротничок рубашки с кружевным отворотом подобен удавке наемного убийцы, стягивающейся на моем горле. Я вместе с братками Гердскольдами, уже где-то успевшими изрядно принять на грудь, сидел в здании магистратуры Касприва, ожидая, когда моя невеста в Лисьем прихорошится, приведя себя в порядок, согласно всем канонам боевой женской раскраски, а также облачится в соответствующий действию наряд. До тех пор нельзя. Сидим, ждем гонца, гости также в Лисьем, где будет официальная церемония, ну а я здесь. Жду сигнала, когда мне будет дозволено оседлать Уголька, чтобы предстать пред ясны очи своей возлюбленной.