Сергей Медведев – Поглощая – Созидай! (страница 11)
«
Резкий выпад! Том едва успел подставить плоскость меча. Удар был такой силы, что катана, завибрировав, вылетела из его онемевших пальцев и со звоном отлетела в сторону. Самого Тома отбросило назад.
Он приземлился спиной прямо к стойке с тренировочным оружием. Не раздумывая ни секунды, он схватил тяжелый дубовый боккэн – деревянный меч, по весу и балансу в точности повторяющий его собственный.
«
Том припал к земле, выставив вперед правую ногу и отведя левую культю назад для баланса. Он замер в низкой стартовой позиции, как бегун перед финальным рывком.
«
Взрыв! Том сорвался с места, превратившись в размытую серую полосу. Он летел на Широ, закручивая кисть с деревянным мечом так, что кончик оружия описывал сложную, ломаную траекторию – «пилу», которая перечеркивала пространство перед ним.
Широ встретил атаку градом ударов ладонями. Воздух наполнился глухими хлопками: тух-тух-тух! Каждый удар Тома натыкался на блок Мастера, каждый выпад Широ парировался деревянным клинком.
Это была симфония идеального паритета.
Они двигались в унисон, как зеркальные отражения, понимая каждое следующее движение противника еще до того, как оно начиналось.
В этом бешеном ритме Том невольно вспомнил ту морозную зиму, когда этот стиль впервые открылся ему.
Зима того года была беспощадной. Снег завалил внутренний дворик храма по колено. Том лежал на ледяной корке, его грудь ходила ходуном, а изо рта вырывались облачка густого пара. Он был измотан.
Широ подошел к нему, хрустя снегом, и протянул руку. Том ухватился за неё, с трудом поднимаясь на ноги.
– Я снова… проиграл вам, мастер, – прохрипел Том, отряхивая иней с одежды. – Ваша стойка без оружия… я не понимаю её. Она словно игнорирует все правила «Ломаного Камня». Против неё просто невозможно действовать.
Широ посмотрел на ученика с теплотой, которой редко баловал его в последнее время.
– Ты освоил «Путь Ломаного Камня» почти полностью, Том. Твоя база тверда, как скала. Но одной скалой битву не выиграть. Скала неподвижна. Иногда тебе нужно стать тем, кто эту скалу разбивает.
Мастер отошел на шаг и внезапно взорвался серией движений. Это не было похоже на его обычную грацию. Это была животная мощь: резкие, рвущие удары, в которые вкладывалась вся энергия тела, от пяток до кончиков пальцев. Воздух вокруг него буквально свистел.
Том замер, завороженный этой первобытной силой.
– Это… это тоже часть вашего стиля?
– Нет, – Широ остановился. – Я не давал тебе изучать это раньше. Ты пришел ко мне зверем, полным ярости. Если бы я дал тебе этот стиль тогда, твоя злость сожгла бы тебя изнутри. Ты бы окончательно разрушил свой «сосуд», превратившись в монстра, который не знает ничего, кроме убийства.
Он подошел к стойке и взял клинок – тот самый, с черным лезвием и красной обмоткой.
– Этот стиль называется «Стиль Зверя». В нем всего пять техник, как и в первом. Он идеально дополняет «Путь Ломаного Камня». Первый учит тебя защите и балансу, второй – сокрушительному нападению.
Твой новый клинок станет идеальным инструментом для первого, но для «Стиля Зверя» он станет главным проводником твоей воли.
Широ протянул Тому второй дневник и новый меч.
– Начнем. И помни: теперь ты должен контролировать зверя, а не позволять ему контролировать тебя.
Град ударов не стихал ни на секунду.
Деревянный боккэн в руках Тома гудел от постоянных столкновений с «когтями» Широ.
Воздух между ними, казалось, раскалился, высушивая туман. Том чувствовал, как пот застилает единственный глаз, но он не смел моргнуть.
Внезапно Широ изменил траекторию.
Мастер резко ушел в полный шпагат, проскользнув под широким замахом Тома.
Его ладони снова соединились в «молитвенном» жесте, и он нанес сокрушительный удар снизу вверх, целясь в челюсть ученика.
Том не успел бы отпрянуть. В последнее мгновение он подставил под удар свою ногу – ту самую, с винтом. Раздался глухой, костяной стук. Сила удара Широ была настолько велика, что Тома подбросило в воздух на два метра.
Широ мгновенно вскочил на ноги, готовый встретить падающего ученика новым выпадом, но замер. В руках Тома, летящего над ним, больше не было деревянного меча.
Широ почувствовал тупую, сбивающую дыхание боль между лопатками. Сила толчка была такой, что Мастер невольно подался вперед, ссутулившись и глядя в землю.
Сзади него, в пяти метрах, с грохотом разлетелся на куски огромный глиняный сосуд, который стоял у стены храма.
Том сгруппировался в воздухе, приземлился на здоровую ногу и, совершив мягкий перекат, погасил инерцию. Он встал, тяжело дыша, и посмотрел на Мастера.
Широ несколько секунд стоял неподвижно, а затем из его груди вырвался громкий, искренний смех. Он выпрямился, разворачиваясь к Тому.
– Ха-ха-ха! Успел метнуть клинок в сосуд, чтобы тот срикошетил мне в спину? – Широ вытер выступившую от смеха слезу. – Это и правда… забавно. И очень эффективно. Ты молодец, Том. Ты освоил оба стиля в совершенстве за столь короткий срок. Мне больше нечему тебя учить в плане техники.
Том молча склонился в глубоком поклоне.
– Благодарю за урок, Мастер. Я подмету осколки.
– Хорошо, Том. Убери этот беспорядок. А я пойду… прилягу. Старость всё же берет свое.
Широ медленно побрел к своим покоям. Как только за ним закрылась дверь, он тяжело оперся на стену. Его грудь судорожно вздымалась. Резкий, лающий кашель разорвал тишину комнаты. Мастер прикрыл рот ладонью, а когда отнял её – на коже алела свежая кровь. Перед глазами поплыли черные пятна.
Прошлый октябрь. Тот самый момент, когда Том скрылся в лесу, возвращаясь из Старого Храма. Широ остался один, якобы собирая травы.
Лес после бури был полон звуков. С деревьев срывались капли, ломались подмытые ветки.
Широ наклонился за редким горным цветком, когда реальность за его спиной буквально разорвалась.
Черная тень, сочащаяся миазмами, рухнула с векового дуба. Монстр – костлявый, с гипертрофированными конечностями и лицом, изъеденным порчей – нанес удар когтями, способными разрезать гранит. За долю секунды до контакта образ Широ подернулся дымкой и просто… растворился.
Монстр взвыл от ярести, вонзив когти в пустоту. Широ стоял в пятнадцати метрах позади него. Его глаза, обычно спокойные, теперь горели холодным, потусторонним светом.
– Твое существование – ошибка в этом мире, – негромко произнес Широ.
Чудовище взревело, принимая «звериную» стойку – ту самую, которую Широ позже покажет Тому. Оно рванулось вперед, превратившись в черный вихрь. Но Широ больше не двигался. Он стал самим пространством.
В одно мгновение Мастер расплылся в воздухе, как чернильное пятно в воде.
Звук был коротким и окончательным.
Монстр замер на месте, его пасть широко раскрылась, но из неё вырвался лишь кровавый хрип. Он медленно опустил голову.
Из его груди, прямо там, где должно быть сердце, выходила рука Широ.
В кулаке Мастера пульсировал черный, склизкий орган. Широ посмотрел на монстра с абсолютным безразличием. Его пальцы сжались.
Сердце твари превратилось в кашу в мгновение ока.
В ту же секунду, когда жизнь покинула монстра, Широ почувствовал, как его собственное сердце на мгновение замерло.
Ледяная игла прошила его сосуды. Миазмы монстра не жгли его тело снаружи – они попытались войти внутрь.
Широ рывком выдернул руку. Туша чудовища рухнула в грязь, как пустой мешок.
Брызги черной крови окропили лицо и одежду Мастера, но он даже не поморщился.
Он подошел к ручью, смыл грязь и кровь с лица, стараясь не смотреть на дрожащие пальцы.
Настоящее время
В своей комнате Широ медленно поднял руку к лицу. Он потянул за край рукава кимоно, оголяя предплечье.