Сергей Малышонок – Син'Дорай (страница 72)

На этом новости заканчивались, каких-либо дополнительных распоряжений также не требовалось, но за время, что заняли доклады, на землю плавно опустился вечер, и дамы недвусмысленно намекнули, что успели сильно соскучиться. Да и я, признаться, уже начал забывать вкус их губ, и это требовалось срочно исправить. Осталось лишь выбрать, с кем именно исправлять в первую очередь, ибо хоть я-то был готов хоть со всеми разом, включая Салдис, но вот они к такому были ещё не готовы…

Позже ночью.

– Это всё так странно, – пальчик Шолари задумчиво прошёлся ноготком по моему правому бицепсу, вырисовывая неведомый даже самой эльфийке узор.

– Что именно? – убираю с лица Советницы несколько сбившихся синих волосков, нежно заправляя их за ушко.

– Всё, – Старейшина дома Шен'Дралар потёрлась головой о моё левое плечо, по-прежнему глядя лишь в район предплечья второй руки. – Иногда я пытаюсь понять, как всё так изменилось и пришло к тому, к чему пришло, но несмотря на то, что я помню каждый день с твоего появления в городе, порой мне кажется, что я попала в какую-то искусную иллюзию или, быть может, переживаю предсмертный бред, а сама только что была убита кем-то из сторонников Тортелдрина. Может быть, если это случилось во сне, смерть и в самом деле будет такой? – в постели Шолари иногда позволяла себе перейти со мной на ты, в остальное время упорно придерживаясь официального тона.

– Тебе так не нравятся изменения, произошедшие в Элдре'Таласе, что ты принимаешь их за предсмертную агонию? – невесомо провожу кончиками пальцев по её обнажённой спине, вызывая на сероватой коже волну мелких мурашек.

– Нет, я хотела сказать другое, – не меняя тембра голоса, возразила девушка, продолжая сама водить ноготком по моим мышцам. – Я не чувствую себя плохо. Мне хорошо… на самом деле. Просто всё это так быстро, что кажется нереальным. Я знаю, что не сплю и мой разум чист от чужого влияния, но мысли о том, что всё это ненастоящее, всё равно приходят. Иногда слишком часто.

– Ты слишком много работаешь, стоит сделать перерыв, хотя бы в учёбе, – моя ладонь добралась до попки девушки и ласково огладила подтянутые ягодицы, разок чуть-чуть сжав. Не чтобы растормошить впавшую в меланхоличное настроение чародейку, а просто ради удовольствия.

– Я тоже так думала, – Шолари шевельнулась, устраиваясь на мне поудобней, – но несколько дней, в которые я решила ничего не делать и просто отдохнуть, ничего не изменили. Я только сильнее извелась, всё время думая об этом. Чтение книг немного помогало, но все свои любимые истории я прочла уже много сотен раз, и отвлечь по-настоящему они меня не могли.

– Хочешь, чтобы я тебя отвлёк? – пальцами правой руки поднимаю ночной эльфийке подбородок, заставляя взглянуть себе в глаза, и нежно целую в тонкие насыщено-голубые губы.

– Нет, мой Принц, – едва я отстранился, позволяя ей говорить, на лице Хранительницы Архивов появилась лёгкая улыбка, – вы и так дарите мне слишком много впечатлений, чтобы легко уложить их в голове. Об этом я и веду речь, – девушка вновь поёрзала, на этот раз уже с явным умыслом — демонстрируя шелковистость своей кожи и мягкость груди.

– Тебя это тревожит? – опять целую её, одновременно поднимаясь левой рукой на голую спинку, чтобы продолжить ласкать девушку вдоль позвоночника и наслаждаться тем, как по её телу пробегают мурашки от такой своеобразной щекотки.

– Не знаю, – Шолари вздохнула, заново положив голову мне на плечо. – Это очень странно и, если задуматься, немного пугает, но мои чувства скорее в смятении, чем охвачены тревогой… – ночная эльфийка закрыла глаза, по всей видимости, отдаваясь ощущениям от моих пальцев, скользящих по её коже. – Но я привыкну, – добавила она после паузы. – Как привыкла, что в моей постели теперь есть мужчина.

– Справедливости ради, мы сейчас в моей постели, да и до этого я тебя тоже укладывал исключительно в свою. Впрочем, – правой рукой беру её ножку и, скользнув по внешней стороне бедра, заставляю ту подняться повыше, – я не против иногда ночевать и в твоём доме.

– Вот уж не сомневаюсь, – не открывая глаз, улыбнулась девушка, никак не возражая против моих игр с её телом. – Неужели в Кель'Таласе все мужчины такие ненасытные?

– Совсем нет, – тоже улыбаюсь, глядя на её умиротворённое лицо. – Наш уклад жизни очень похож на ваш, и обычно ухаживания длятся года, а то и десятилетия. Некоторые и на века растягивают прелюдию перед первой ночью.

– Ты шутишь? – чуть сияющие белым светом глаза открылись, удивлённо поднявшись к моему лицу.

– Ничуть.

– Тогда я ещё меньше понимаю, – растерянно призналась Советница, поняв по моим глазам, что я не вру. – Или это как-то связано с демонической силой? – нашла она первое логичное объяснение.

– Не буду отрицать, некоторым приёмам я у Салдис научился, – вновь поправляю ей выпавшие на лицо волосы. Они у неё были длинные, густые и совсем не мокрые от пота, благо чары очищения являлись одними из простейших среди бытовых, позволяя даже после самого горячего акта любви наслаждаться как сухими и чистыми перинами, так и не менее чистым собственным телом, ну и телом партнёра, конечно же. Тот факт, что волосы от этого становятся слегка непослушными, являлся совершенно несущественной мелочью, – и какое-то физиологическое влияние наверняка есть, хотя бы за счёт более совершенного организма, но причина моего плохого поведения совсем в другом.

– И в чём же? – изогнула пышные брови в вопросительном жесте обнажённая девушка.

– Просто это был способ не сойти с ума, – честно отвечаю ей, глядя в глаза. Боли эти воспоминания моей очерствевшей душе уже давно не приносили, да и безропотно покоящаяся в моих руках голенькая ночная эльфийка не способствовала мрачному настроению, так что я просто излагал факты. – В том ужасе от Жажды магии, отчаяния и душевной боли после потери родины и всех родных, который обрушился на мой народ при падении Сильвергарда, у неопытного подростка не так уж много способов сохранить рассудок. Секс да крепкая выпивка, вот и все рецепты, что были мне доступны первые месяцы. К тому же… – сжимаю обеими руками её ягодицы, слегка подсаживая, чтобы ротик чародейки вновь оказался в моей доступности, – немалую роль сыграли и смертные расы, в порты которых мы прибыли после трагедии, – как ни в чём не бывало продолжаю мысль, разорвав поцелуй. – Их воины не страдали нашими условностями, зато очень хорошо понимали, что жизнь их может прерваться в любой момент, и хорошо ещё, если от клинка врага, а не магической Чумы. Все портовые бордели купались в золоте, а уж как выматывались служанки в тавернах… – качаю головой, вспоминая то пьяное, вонючее и громогласное столпотворение, каким для меня стал первый людской порт. – Для впервые покинувшего родной город эльфа-подростка — жуткий шок, – вновь ловлю губы девушки в свои, но коротко, только чтоб ободрить и показать, что переживать тут не стоит. – Но мне это помогло. И не только мне. Так что всё к лучшему.

– И… – Шолари облизнулась, отчего-то забегав глазками.

– Что?

– Кто у тебя был первым? – выпалила эльфийка, которой было около одиннадцати тысяч лет.

– Одна ученица целителя. Фесилейн. Позже она стала моей помощницей, а сейчас должна ухаживать за гиппогрифами, помогая отцу в деревне Утренней Звезды на юго-западе от Сильвергарда. Но к чему ты спрашиваешь?

– Я… – она замялась. – Ну… Понимаешь… так получилось, что до тебя у меня никого не было… – смутилась эльфийка.

– Вообще? – обозначил удивление я.

– Разумеется, я пыталась несколько раз завязать отношения, но каждый раз не складывалось, и мы расставались. А потом демоны, восстание друидов, война, гибель Источника Вечности… Иммол'тер… – Старейшина печально вздохнула, отводя взгляд.

– Прости, – мои губы коснулись мочки её правого ушка. У эльфов они выражены не так сильно, как у людей, но быть в них поцелованным ничуть не менее приятно — по себе знаю.

– Ты её любил?.. Любишь? – тут же последовал чисто женский вопрос, после произнесения которого у моей любовницы засинели щёчки.

– У меня было много женщин, Шолари, – с улыбкой провожу тыльной стороной правой руки по её щеке. – Тех, кто следовали за мной, прикрывая спину, я всегда ценил и оберегал. Они были важны и дороги для меня, и, не стану лукавить, я никогда не отказывался согреть их ночью, даже одновременно всех и под одним одеялом. Тут мне нечего стыдиться, – мои пальцы вновь игриво сжали попку девушки. – Тем более это был и их свободный выбор. Все мы были детьми войны, горя и отчаяния. Нам не нужны были красивые слова, а ухаживания мы измеряли в числе убитых врагов и спасённых друг другу жизнях. Но то чувство, которое означает слово «любовь»… – я задумался, на несколько секунд устремив взгляд мимо лица своей Советницы. – Нет, между нами ничего такого не было. Я был их командиром, а они — теми, кто доверил мне свои жизни без остатка. Безусловно, мы были очень близки. Ближе, чем многие могут лишь мечтать. И… возможно, некоторые из них любили меня по-настоящему, но… Нет. Я не испытывал к ним того чувства.

– Значит, ты его всё-таки познал? – положила подбородок мне на грудь ночная эльфийка, этак снизу вверх заглядывая в глаза с не угасающим женским любопытством.