Сергей Малашко – Десятая вечность (страница 9)

Он последовал за мной, и вскоре мы вновь сидели за столом, попивали теплый чай. День понемногу клонился к вечеру.

– Чего приготовим? – подкинул я вопрос для обсуждения. – Как ты относишься к рисовой каше с тушенкой? Если нет других идей, мы все это усугубим парой копченых селедочек с луком и в растительном масле. Ну и еще чего-нибудь колбасного прихватим.

– Очень даже хорошо отношусь, – согласился напарник.

– Значит, решили. Варить будем в маленькой кастрюле. Не настолько маленькой, чтобы хватало на два раза плотно поесть. Всегда будет свежая еда. Я сейчас займусь готовкой, – сообщил я напарнику.

– Ну мне чем помочь? – включился в обсуждение Андрей.

– В этом случае самая лучшая помощь, это не мешать. Вроде бы на сегодня все переделали, поэтому у тебя свободное время. Вон залегай на лежанку да тупо поваляйся. В малых дозах очень пользительная процедура, – успокоил я напарника.

Тот не стал возражать, но на лежанку не лег, а уселся на лавку, передвинув свою малогабаритную надувную кроватищу и попивал чаек.

Я соединил баллончик с газовой плиткой, зажег ее, в поставленную на нее кастрюлю бросил три пакетика с крупой. Затем начал чистить лук, готовить специи и кетчуп.

– Послушай, Львович, я вот тут наблюдаю за происходящим и предлагаю немного пересмотреть энергетическую безопасность нашей обители, – загадочно произнес напарник.

– Послушай, я уже начинаю бояться твоих инициатив, зная твои возможности. Не хочется видеть орду узбеков, которые проложат здесь маленькую магистраль, установят бойлер где-нибудь неподалеку, привезут машину угля и будут прилежно отапливать наш домик. Не удивлюсь, что твой шеф, если захочет, все это может сделать. Именно это и пугает, – немного поерничал я.

– Да ладно, не бойся сильно. Просто если чаще готовить на газе, использовать уголь по ночам, то можно сильно сократить расход дров, – с улыбкой ответил Андрей.

– Вот что животворящий дровяной кряж, носимый на горбу, делает, – продолжал я. – Вы, батенька, похоже, заразились от нас с Сергеем патологической ленью. И начали мыслить позитивно в этом направлении. Это здорово. Мы с Сергеем делали так, но неуглубленно. Поэтому одобрям-с и принимам-с! Радует, что обойдемся без узбеков.

За это время уже закипела каша, мы продолжали неторопливую беседу. Многое узнавали друг о друге, ведь впервые судьба свела под одной крышей. Иногда ловил себя на мысли, что с Андреем мы знакомы уже вечность, и эта охотничья весна будет не последней.

Как-то незаметно сварился рис, я вытащил пакетики, дал стечь воде. Разрезал их и высыпал рис, заправив его сливочным маслом. Подошло время делать заливку, для чего в сковородку попала банка тушенки, порезанный лук. Андрей решил все же поучаствовать в процессе, принес пару копченых селедок и начал их чистить. Вскоре он победил селедку, она покорно легла в тарелку, укрывшись одеялом из лука, зеленого горошка, сдобренных растительным маслом. Готовую заливку из тушенки с луком, усиленную специями и кетчупом, я соединил с рисом, перемешал и поставил на сетку возле печной трубы. Пусть настоится, вкус станет ярче и насыщеннее.

Я не заметил, как Андрей вышел из домика, и немного удивился, когда увидел его входящим в домик с бутылкой «Старой Казани». Озорно улыбаясь, он поставил её на стол и так же иронично спросил:

– Будем в очередной раз брать этот город?

– Сразу или растянем удовольствие?

– Посмотрим на его поведение. Сейчас немного настоится каша и займемся перекусом. Ведь пора уже, – завершил я шутливую пикировку.

В этот момент я совершенно ясно услышал звук двигателя вездехода. Он приближался и усиливался. Я сразу же вышел из домика и увидел движущийся по льду озера до боли знакомый ГАЗ-71. На нем мы трижды заезжали на охоту в разные годы, и означало увиденное только одно: на нем едут наши друзья, с которыми судьба сводит здесь с первой Ланковской вечности.

Я вышел к выходу на озеро и наблюдал за движением вездехода. Водитель свернул со льда на еще промерзший берег и остановился метрах в пятнадцати от меня. Раздался приветственный выстрел от сгорания топлива в выхлопной трубе. Наверху, как грибы на иголках ежика, сидели четыре человека. Прекрасно зная, кто приехал, я двинулся к вездеходу. Открылась дверца, и на затихший мир глянули голубые глаза живой легенды Ланковской тундры по имени Валерий. В глазах все же присутствовала некая тоска, порожденная тяжелыми сборами с не всегда разумными возлияниями. Но нынче он чувствовал себя почти отлично и на лице не застыла гримаса страдающего и раскаивающегося грешника. Здесь нет ни одного ручья, озера, ямы или домика, которых бы он не знал. На тундре провел столько сезонов, что нынешним меркам хватит на пару коротких жизней. Их команде лет так около двадцати, и неизменный костяк в полном составе сейчас находился в и на вездеходе.

– Валерий Александрович, привет, дружище! Ты в этот раз почти бодр и условно весел! – поприветствовал я старого приятеля.

С вездехода спустился Андрей К. и Саша П. Мы приобнялись, как старые друзья.

Вслед за ними спрыгнули ирландский сеттер Веста и юркая лаечка Кая. Наверху остались два человека, которые, похоже, не собирались спускаться вниз.

– Петруччо, ты чего не спускаешься? Или оттуда ты можешь теперь только красиво упасть? Похоже, дорога была у вас тяжелой, что лишился способности передвигаться, – обратился я еще к одному приятелю по имени Петр К.

– Серега, пожалей пжалста. Чего-то тяжеловато мне, однако. Ты уж не ворчи, если я сползу, то наверх вряд ли сам смогу подняться, – оправдывался изрядно поддатый гражданин.

– Ты не переживай, мы если чего, поможем, взлетишь не касаясь гусениц, – пригрозил Валера. – Мы собак попросим помочь.

– Злые вы, не пойду я к вам, – продолжал барагозить Петруччо.

– Ну и хрен с тобой, сиди там и не вздумай заснуть или свалиться на землю в движении. Будешь сам до домика добираться, – продолжал его тиранить Валерка.

– Послушай, чего вы с ним сделали, что он сломался, – спросил я у Андрея.

– Да вроде бы ничего, он как-то сам дошел до кондиции, – ответил он.

– Ну вы тут, как всегда, с комфортом устроились, вижу, баня уже на мази, дров натаскали и напилили. Молодцы, зря времени не теряли, – похвалил нас Валерка. – Ты нынче с кем?

– Ты парня не знаешь, сейчас познакомитесь, – ответил я. – Давайте-ка дружно всем здоровым коллективом отрываете задницы от вездехода и походной колонной следуете к нам на обедо-ужин. Выпивка прилагается.

– Серега, спасибо, но мы, наверное, поедем. В домике еще ничего не сделано, а светлого времени осталось всего часа четыре, – ответил Валерий.

– Ну хрен вы угадали, отсюда без стопаря друзья еще ни разу не уезжали. Не хотите идти к стопарю, тогда он придет к вам. Вместе с закуской. Ждите тут, – произнес я и отправился к домику.

Быстро достал из нычки ломоть соленой грудинки, булочку хлеба на сыворотке, тюбик с хреном, разделочную доску, принесенную Андреем бутылку водки, стопарики, бутылку кваса, и мы с Андреем двинулись назад.

Подойдя к вездеходу, сказал:

– Прошу любить и жаловать. Это новый человек, который впервые приехал сюда попытать удачи. Зовут Андрей.

Мужики быстро перезнакомились, а я быстро разместил принесенное возле водительской дверцы. Порезал грудинку и хлеб, налил по стопарику. Недостающую тару дали гости.

– Петруччо, как мне подсказывает моя левая пятка, ты водку больше не будешь? – приколол я приятеля.

– Ага, откажется, жди больше. Такое впечатление, что он с рождения ее не пил, – ворчал Валерка, принимая свой стопарь.

– Мужики, первый тост за встречу. Жаль, что они происходят не часто, но тем они и ценны, предложил я.

Выпили закусили.

– Валера, а у вас место в кузове осталось? – задал я немного наивный вопрос.

– Ни фига, в этом году едем всего впятером и бутору получилось полный кузов и еще наверху увязано, – ответил Валерий.

– Это я к тому, как бы выглядел заезд, если бы нам пришлось вместе заезжать. Ведь такой вариант рассматривался до самого последнего момента, – обратился я к водителю.

– Как всегда, что-нибудь бы придумали, но было бы сложнее. Здорово, что так карта легла, что вы на вертушке добрались, – ответил он.

– Как речку перешли? Ведь была оттепель? – задал я еще один вопрос.

– Кое-как нашли место для переезда. Скорее всего, дня через два речка пойдет. И вообще добирались тяжело, дважды останавливались на ремонт. Выехали в десять утра, ну а сейчас почти шесть вечера, – поделился новостями Валерий.

– Петруччо, ты еще стопарь примешь? – обратился к уже задремавшему приятелю.

– Нет, – оттряхнул он дремоту.

– А водку будешь?

– Конечно да, – сказал Андрей.

– Вообще, Серега, ты нас сегодня просто удивил. Такого сервиса с доставкой всего необходимого прямо к вездеходу чего-то я не припомню. Давай по стопарю да ехать уже пора.

В этот момент слух резанули пронзительные крики гусиной стаи. В проходящем табуне было не менее сотни гумешей. Они шли правильным клином, недостижимые для выстрела. Отчаянно гомоня, гуси несли свои мощные тела, отталкиваясь крыльями от воздуха. Создатель наделил их способностью к полету, и они наслаждались этой милостью, купаясь в воздушных струях колымского неба.

Мы немного оторопели и даже замерли, наблюдая за пролетом табуна. У всех одновременно по душе царапнул охотничий азарт, ведь каждый приехавший сюда лелеял надежду уронить гусака на грешную землю и поставить на обеденный стол под холодную водочку миску ароматной гусиной шурпы.