Сергей Лысак – Некомбатант. Во славу Империи (страница 1)
Сергей Лысак
Некомбатант. Во славу Империи
© Сергей Лысак, 2026
© ООО «Издательство АСТ», 2026
Там, где раз поднят русский флаг, он уже спускаться не должен.
Глава 1. В столице
Санкт-Петербург встретил нас шумом, суетой и крепким морозом. Здесь узнали последние новости. Русская армия успешно продвигается вперед. Уже взяты Ризе и Эрзерум. Окружен и блокирован Трабзон. Турецкая армия ничего не может сделать. А остатки турецкого флота заняты охраной Босфора, чтобы не допустить прорыв русского флота к Константинополю. Английский и французский флоты, находящиеся в Константинополе, заняты тем же самым. Похоже, в Лондоне и Париже уже списали Турцию со счетов и лихорадочно ищут выход из создавшейся ситуации. Народ в Петербурге ликует от таких новостей, но я-то знаю, что все гораздо серьезнее, чем кажется.
Чтобы не светить Елену и своих «самураев», первым делом разместил их в хорошем доходном доме, сняв две соседние квартиры, велев вести себя тихо и никаких активных действий не предпринимать. Как связаться со мной, они знают. А пока что пусть покажут Елене Петербург. Я же займусь разгребанием накопившегося дерьма. И только обеспечив безопасность своих людей, отправился домой. Пусть все домашние и знакомые считают, что Юрий Давыдов приехал из Одессы один. Подозреваю, что в доме папеньки тоже есть «крот». И о моем появлении будет быстро доложено. Из чего сделают верные выводы – ликвидация сорвалась. А поскольку нанятые бандиты больше не появились, жалобу в полицию о нападении Юрий Давыдов не подавал, значит, эти бандиты с высокой долей вероятности исповедались перед смертью вышеупомянутому Юрию Давыдову. И Юрий Давыдов вполне мог узнать о господине Сперанском. За жизнь которого я теперь не дам и ломаного гроша. Заказчик, кто бы он ни был, уже дал понять, что быстро избавляется от засветившихся звеньев цепочки, ведущей к нему.
Дома меня не ждали. Свалился, как снег на голову. Младшие сестренки сразу же повисли на мне и, вывалив кучу важных в их понимании новостей, убежали изучать подарки. Папенька с маменькой тоже обрадовались и насели с расспросами. Пришлось всех успокоить, что все нормально, прибыл я в Петербург надолго, поэтому волноваться обо мне незачем. И тут прозвучал первый тревожный звоночек. Маменька снова завела разговор о женитьбе. Поскольку есть «очень хорошая партия». Что мне очень не понравилось. Хоть опять на войну сбегай! Устав от маменькиных хитрых «маневров», в шутку сказал, что «хорошую партию» подберу себе сам. Желательно какую-нибудь княжну. Понимаю, что для великой княжны рылом не вышел. А вот просто княжну пуркуа бы и не па? Но на худой конец и графиня сойдет. Только с о-о-очень хорошим приданым. И чтобы была красива, как Галатея. И страстна, как Клеопатра. И не старше двадцати лет. На меньшее я не согласен! Папенька хохотал, а маменька насупила брови и обвинила меня в несерьезности. Дескать, я уже здоровый лоб, а рассуждаю, как гимназист. Ну и ладно! Зато с несерьезного гимназиста что взять?
Но это все была лирика, а вот после праздничного ужина в кабинете папеньки состоялся серьезный разговор. Из которого стало ясно, что мои подозрения не беспочвенны. Обо всех моих делах в Черном море (кроме Ганса, разумеется) папенька прекрасно знал, как и я был в курсе о происходящих в нашей промышленной «империи» Давыдовых процессах. Поэтому после обмена свежей информацией перешли к обсуждению вопросов, о которых в письмах лучше не писать. Да и говорить о них надо без посторонних ушей.
– Юра, нехорошая ситуация складывается в столице. Слишком много разговоров о том, что надо налаживать дружеские отношения с Европой. И для этого надо как можно скорее устранить возникшие между нами разногласия, даже идя на уступки. Причем все это идет из великосветских салонов. Боюсь, как бы не повторилась история с Петром Третьим, который свел к нулю все победы русской армии и фактически спас Пруссию от поражения.
– Это плохо… А что государь говорит?
– Государь, наоборот, считает, что этих вконец зарвавшихся господ европейцев надо вышвырнуть обратно в Европу, и чтобы они боялись даже косо глянуть на Россию. Кстати, мы разговаривали три дня назад. Его интересовали новые орудия и винтовки.
– С государем все хорошо?
– Все хорошо. А что ты спрашиваешь?
– Да так, сплетни разные по дороге слышал… Что вроде бы государь заболел.
– Врут. Три дня назад прекрасно себя чувствовал. Во всяком случае, я ничего такого не заметил…
А вот это интересно… В моем мире Николай Павлович в это время уже сильно болел, якобы подхватив сильную простуду во время смотра войск. Может, он ее и подхватил, да только, скорее всего, о разноцветных «драконах» тоже знает. Поэтому вполне может получать дефицитные лекарства в неограниченном количестве. Не поверю, чтобы такая информация мимо него прошла. Даже если придворные эскулапы начнут воду мутить, он их быстро на место поставит. И если у нас удалось замаскировать ликвидацию императора под болезнь, то здесь этот номер не пройдет. Будут придумывать что-то другое. Но что? Бомбу, как его сыну, – следующему императору Александру Второму? Или апоплексический удар табакеркой, как Павлу Первому? Или просто придушат, как Петра Третьего? Но в этом случае Александру Второму не отмыться. Никто не поверит, что он ничего не знал о заговоре. А может, ему плевать на это? Как говорится, проблемы индейцев… Но мне-то что делать?! Сидеть и смиренно ждать, когда грохнут Николая Павловича и на престол взойдет Александр Николаевич? А с другой стороны, что я реально могу сделать? Да ничего. Даже если добьюсь аудиенции у шефа Корпуса жандармов генерала Орлова, мои слова не воспримут всерьез. Или того хуже, попытаются нейтрализовать, если Орлов тоже участник заговора. Ладно. Сначала встречусь с Бенкендорфом, и передам ему письмо от Троекурова. А дальше видно будет…
– Ну и слава богу! А то я уже чего только не передумал. Батюшка, а что вы говорили о зачастивших к нам визитерах?
– До конца не уверен, но подозреваю, что кто-то опять хочет наложить лапу на наше дело. Помнишь историю двухлетней давности с англичанами? Сейчас то же самое, только действуют более тонко. Уж очень мягко стелют. Золотые горы обещают. Но я-то знаю поговорку о бесплатном сыре, так что ничего у них не выходит. Однако не оставляют своих попыток. И каждый раз появляются новые лица. Как наши, так и иностранцы.
– А кто именно из иностранцев?
– Пруссаки и датчане. Да только по ряду моментов мне кажется, что из-за спин этих пруссаков и датчан торчат длинные английские уши.
– Очень даже возможно! Не волнуйтесь, батюшка, я займусь этим вопросом!
– Как с теми англичанами?
– А это смотря как эти пруссаки и датчане себя поведут. Только сначала надо кое с кем встретиться.
– Не с Бенкендорфом ли, случайно?
– И с ним тоже.
– Кстати, Юра! Чуть не забыл. Тебя тут помещик Бутов спрашивал. Ты его знаешь?
– Это тот, на чьей земле Никольское находится?
– Да, он.
– Слышал о нем, но лично не знаком. Даже ни разу его не видел. А что ему от меня надо?
– Сказал, что важное дело, которое нужно обсудить лично. Интересовался, когда ты вернешься.
– Хм-м… И чего ему надо? Какое еще важное дело? Ладно, встречусь, как дела разгребу. Он сказал, как с ним связаться?
– У него два магазина и ресторация на Невском. Адреса на визитке. Можно управляющему сказать, и он быстро сообщит.
Что ни говори, а момент интересный и очень неожиданный. Какое дело богатому помещику до студента-разгильдяя, которого он мог знать раньше? Хоть у этого студента папенька богатый буржуй, но ведь это папенька! Вполне логично, что и дела бы помещик хотел иметь с папенькой, а не с его сыном раздолбаем. Правда, раздолбай уже вроде бы как остепенился и даже личное дворянство получил. И даже вроде бы как герой, защитник Отечества. Ордена имеет… Но для серьезных деловых людей это ничего не значит. И почему-то ему нужен именно я, а не папенька…
Отсюда можно сделать вывод – господин Бутов что-то знает. Поскольку убийство Юрия Давыдова, чью еще не остывшую тушку я занял, произошло во владениях господина Бутова. Вряд ли именно он заказчик, поскольку наши интересы нигде не пересекаются. Мало того, в момент убийства Юрий Давыдов был обычным мажором, ничего из себя не представляющим. Он этого Бутова ни разу не видел, даже не знал, как он выглядит. Сомневаюсь, что и Бутов знал о нем намного больше. Но Бутов может знать заказчика. Или, по крайней мере, иметь какие-то подозрения по поводу случившегося. Но почему он молчал столько времени? Считай, больше четырех лет прошло. А теперь вдруг вспомнил. Обстоятельства изменились? Раньше ему было невыгодно ворошить эту историю, а сейчас ситуация вынуждает? Ладно. Встретимся и поговорим. Во всяком случае, дурных мыслей по поводу моей персоны у него быть не должно. Иначе не стал бы лично наносить визит папеньке и светить своей физиономией. Странно все это… Вечер однозначно перестал быть томным… Ладно, не будем раньше времени о грустном. Меня там Лиза заждалась. Давно мы друг другу «знаки внимания» не оказывали. Вот и надо наверстать упущенное!
Глава 2. Затянувшийся контракт
На следующее утро, сразу же после завтрака, отправился на встречу с Бенкендорфом. Не удивлюсь, если жандарм уже знает о моем прибытии. Так оно и оказалось. Господин полковник ждал меня на конспиративной квартире, желая получить свежую информацию от непосредственного участника событий. Встретились, как старые друзья. Судя по всему, Корпус жандармов был очень доволен моими действиями. Вручил письмо от Троекурова, которое было тут же прочитано. После чего дал подробный отчет о проделанной работе. Многое Бенкендорф и так знал. Но одно дело читать сухие строчки донесения и совсем другое – рассказ самого «виновника торжества». Боевые действия на море хоть и интересовали жандарма, но не до такой степени, как информация по его профилю. А вот попытка проникновения в Севастополь английского агента зацепила его всерьез. Но тут я мало чем мог помочь, поскольку никак не смог бы объяснить, откуда мне известна информация, добытая Гансом. На всякий случай сделал осторожный заброс.