Сергей Лукьяненко – Территория Дозоров. Лучшая фантастика – 2019 (страница 26)

– Вот оперативный и увидит! Он ее заверит, и она уйдет в реестр сегодня, тридцатого числа – еще апрелем уйдет, что тут непонятного?! Первое мая – это уже другой месяц! То есть на месяц позже!

– Э-э… Первое мая – на месяц позже, чем тридцатое апреля?

– Угадал. Только никому не говори. Решат, что мы чокнутые.

– Точно. Никудышный я бюрократ, – сказал Митя, вернул очки на место и быстро забегал пальцами по столу.

Дима тоже надел очки и так впился глазами в метеорадар, что еще чуть-чуть – и сдвинул бы облачные фронты взглядом.

«Нет, не проскочим, ветер порывистый и резкий, я просто не успею среагировать, а меня уже сдует», – подумал он. Дрону надо пролететь над линией туда и обратно, и в паре мест его сейчас с гарантией приложит об сосну. Крайняя безопасная точка – собственно Дятлово, двадцать километров отсюда. Там последний оплот цивилизации на краю глухого леса: вышка мобильной связи, магазин, почтовое отделение и заправка у перекрестка за околицей. Заправка – место романтическое, туда модная молодежь из города ездит кофе пить. Сидят парочки в тепле и уюте за прозрачной стеной, потягивают вкуснейший газпромовский кофеек, глядят на Большую Дорогу, по которой летят со свистом грузовики-автоматы и пассажирские лайнеры… Дима тихонько вздохнул. Может, бросить это бесплодное сидение и махнуть в Дятлово?

– Написал, – сказал Митя. – Проверяй. Слушай, может, свалим отсюда на пару часов? К центральному офису.

– Зачем?

– Крестный ход же.

– Землю – крестьянам, фабрики – рабочим, опиум – народу, – буркнул Дима, принимая заявку.

– Там наши петь будут.

– Мракобесие и джаз, – сообщил Дима, сосредоточенно изучая текст.

Митя надулся. Он в свободное время играл на бас-гитаре, и его каким-то боком занесло в группу, которая дубасила православный дум-металл. Дима непочтительно обзывал это хобби «замыканием головного мозга на землю».

– Между прочим, Элвис пел в церковном хоре!

– Элвис плохо кончил, – отрезал Дима. – Нет, если тебе очень надо, если ребята обидятся или что-то еще такое – иди. А я не могу. Меня оттуда увезут на «Скорой». Я там загнусь от хохота.

– Ну, повод и правда не очень…

Дима фыркнул. Повод был, с его точки зрения, просто сногсшибательный. Он глазам своим не поверил, когда получил сообщение из центрального офиса:

«Уважаемые коллеги! Уважаемые руководители!

Напоминаем, что 30.04 пройдут мероприятия, связанные с принятием на территории центрального офиса АО «Карягинские электросети» иконы небесного покровителя распределительного электросетевого комплекса святителя Спиридона Тримифунтского и проведением крестного хода в преддверии пожароопасного и грозового периода».

Понадобилось некоторое усилие над собой, чтобы проверить и поверить: нет, это не шутка, и святитель Спиридон у нас официально утвержденный небесный покровитель электросетей. Ознакомившись с биографией Спиридона, Дима его даже зауважал – тот был четкий и крутой дядька. Это в мученики на Руси можно попасть при самых нелепых обстоятельствах, например, развалив страну и отрекшись от престола, а святитель – трудная и вредная профессия. Но от одной мысли, что тридцатого апреля взрослые люди станут наматывать круги вокруг центрального офиса с иконой и песнопениями, Диму разбирал нервный смех.

Это точно было не то, что надо делать энергетикам в преддверии пожароопасного и грозового периода.

А вот прогнать наблюдателя вдоль дятловской ветки – еще как надо.

– Мы все равно опоздаем, – сказал Дима. – Крестный ход стартует через пятнадцать минут. Строго против часовой стрелки… Поехали лучше в Дятлово. С целью установления фактической погоды.

– Дим, она же тебя не любит.

– Погода?

– Валентина. Она королева бензоколонки, у нее женихов полно. Извини, но, по-моему, она просто играет с тобой.

– А если я выиграю? – Дима подписал заявку и переслал ее оперативному дежурному.

– Э-э…

– Хватит экать. Не хочешь – сам поеду. А ты иди, отпускаю. И – нет, я не обиделся.

Дима и правда не обиделся. Их с детства слишком многое связывало – один двор, одна школа, жгучий интерес к электричеству. Вся разница, что Дима серьезный и ответственный, а Митю хлебом не корми, дай бросить фазу куда не надо, чтобы посмотреть, хорошо ли долбанет. Но в восьмом классе именно Дима, поссорившись с завучем, сделал СВЧ-пушку из швабры, ржавого ведра и магнетрона от сломанной микроволновой печи. Долбануло лучше некуда: сквозь две стены расплавило завучу телевизор, а попутно отрубило вай-фай во всей школе. Завуч лез на стенку, но ничего не смог доказать, зато старый мудрый учитель физики все понял. Он взял обоих Дмитриев Анатольевичей за шкирку и отвел в кружок юных изобретателей при местном филиале электротехнического колледжа. Там орудовала целая мафия таких же диверсантов, мечтателей и разрушителей легенд; у них как раз взорвался прототип космического движка на ионной тяге, удивительно похожий на ржавое ведро, правда, без швабры, – и с того дня судьба Димы и Мити определилась.

Примерно в те же дни очнулся от спячки их родной городок Карягин (тридцать тысяч жителей, безработица, алкоголизм, безнадега), тихо загибавшийся на обочине «московской трассы». Параллельно с трассой протянули Большую Дорогу, грандиозный транспортный коридор, по которому непрерывным потоком хлынули через континент товары и люди. Сначала карягинцы строили свой отрезок Дороги, потом переучились в обслуживающий персонал. Рабочих мест внезапно оказалось столько, что пришлось зазывать людей из соседних районов. Дорога текла, как река, и чтобы обеспечить ее непрерывное свободное движение, по берегам должны стоять плотным строем электрики, слесари, айтишники, слаботочники, операторы ремонтной техники и, конечно, персонал «заправок» – комплексов экспресс-зарядки, где наливают не только кофе, но и старый добрый бензин.

Единственной работой, куда никто из карягинцев не стремился, хотя платили там много, была «охота на дикие грузовики». Если у грузового беспилотника случилось что-то с мозгами, он сразу уходит на обочину и встает. Но изредка, буквально два-три раза в году, сигнал о неисправности поступает на пульт дежурного по участку, а машина тормозить и не думает, едет себе дальше с крейсерской скоростью сто двадцать. И кто-то должен вручную подключиться к ее ремонтному порту. Ради этого и дежурят у Дороги летучие в самом прямом смысле бригады – поскольку носятся за беспилотниками на вертолетах. Иногда их вылеты похожи на «Звездные войны», иногда на «Матрицу», но чаще на дурацкий цирк, а ответственность большая.

И хотя никто из ремонтников до сих пор не упал с грузовика – ну, хотя бы потому, что прыгать на сломанную машину с вертолета дураков нет, вниз бросают робота, – Диме и Мите пришлось дать родителям страшную клятву, что в «охотники» они не пойдут.

К моменту, когда Дима и Митя выпустились из колледжа, они уже, как все нормальные карягинские студенты, работали на Дороге и остались бы там надолго, если не навсегда, без малейших сожалений. Дорога отдельно завораживала тем, что постоянно совершенствовалась. Тут всегда было чем заняться, и это всегда было что-то новенькое. И в конце концов, именно здесь ребята получили свои «допуски четвертого уровня», без которых электрик не вполне электрик.

Они сами удивились, когда через пару лет их сманили в «Карягинские электросети», пообещав очень большую свободу.

– Отдел линейного контроля, – сказали им. – Ты – начальник, а ты – сотрудник. Или наоборот, сами решайте. Чего вы там ползаете вдоль своей Дороги? У нас будете летать! Ты будешь Бэтмен, а ты Супермен. Или наоборот. Целый район – ваш. И работа – полезней не придумаешь, настоящая живая работа для живых людей. Ну что у вас на Дороге может сломаться? А тут – бац! – ураган! Или молния в трансформатор – шарах! И народ в деревне сидит без света, лучину жжет, а вы такие герои, мчитесь на помощь! А у вас – хрясь! – и дрона об мачту приложило! И вы такие хватаете пилу и бегом его спасать!

– Зачем пилу? – не понял Дима.

– Ну так дрон от мачты на сосну отлетает! Как правило. А может и в озеро упасть. Или в болото. Ты представь только! Ночь! Лес! Темно! Страшно! И вы находите обрыв и даете людям свет! А если не вы, то кто же?! Больше просто некому, на вас вся надежда! А по лесу медведи бродят! Кстати, у вас в аварийке шокер специальный есть, супермощный, от медведей.

– Вот прямо бурого завалит?! – загорелся Митя.

– Не пробовали, – сказали ему. – Соглашайся, сам проверишь.

Они согласились и уже через полгода были готовы сами устроить хоть ураган, хоть землетрясение, лишь бы что-то делать руками. Работа оказалась нужная, полезная, но автоматизированная, а главное, бюрократизированная до крайности. Свободой действий тут и не пахло. Дни напролет Дима и Митя просиживали в отделе, наблюдая за системой и составляя бесчисленные отчеты о том, как они за ней наблюдают. Взрослые семейные дядьки были бы в отделе на своем месте, а когда тебе едва за двадцать и душа жаждет подвига – хуже не придумаешь. Десять лет назад все местные ЛЭП прошли модернизацию, стали очень устойчивы к внешним воздействиям, а за тем, чтобы на них не падали большие деревья, Дима и Митя следили, вызывая своевременно пильщиков. И сколько уже было гроз, но как назло, ни в один сельский трансформатор не ударила молния… Дважды внезапным порывом ветра сдувало с курса дрон-наблюдатель, и оба раза спасательная операция заключалась в том, что тяжелый дрон-ремонтник сдергивал его с дерева.