Сергей Лукьяненко – Лигр (страница 44)
Финли, ныне Свинодав, щурясь, разглядывал свое новое жилище. Не впечатляло.
«Одним словом – свинарник», – подумал он.
– Шевелись, хрюшка! – рявкнул дрессировщик Брога.
Финли он сразу не понравился. Брога походил на медведя – здоровый, заросший густой курчавой шерстью и косолапый. Но больше всего Свинодаву не понравились острые вилы в руках дрессировщика.
– Тебе повезло. Наш славный бургомистр разрешил тебя накормить, хотя вечерняя кормежка уже закончилась. – Брога ухватил Финли за загривок и подвел к корыту.
«Что?! Желуди?! Да ты издеваешься!»
– Жри, хрюшка! Тебе надо много жрать, ведь теперь ты будешь прославлять дом бургомистра!
Финли был голоден, он не ел с утра. Преодолевая отвращение, он погрузил рыло в желуди.
Через мгновение Свинодав уже жадно чавкал и хрумкал – на удивление, еда оказалась даже вкусной. Впервые за этот сумасшедший, ужаснейший день Финли почувствовал себя сносно.
Но Брога сумел все испортить одной лишь фразой:
– Завтра с утречка ты будешь сражаться с нашим чемпионом Пыром! Бургомистр хочет понять, кого из вас выставлять на турнир.
Огромная лапища дрессировщика вновь сцапала Финли за загривок.
«Ну что за отвратительная привычка?! Я могу и сам идти!»
Брога потащил Свинодава к рядам вольеров. Они остановились у самой большой клетки. Оттуда вырывался оглушительный храп. В темноте, сквозь толстую решетку, виднелись очертания громадной туши, в лунном свете поблескивали гигантские клыки. Финли стало дурно, шерсть на лбу взмокла от холодного пота.
– Вот он – наш Пыр! Знаешь, почему его так прозвали? Завтра поймешь, когда он распорет твое жирное брюхо! Впрочем, может быть, и Пыру не поздоровится, если ты так хорош, как расписывал тебя Гелэрд. Как же он сказал… уни… уникастый, во!
«Уникальный, дубина! Только вряд ли уникальность поможет мне против клычищ этого чудовища!»
– В общем, завтра один из вас порвет другого на куски. Не подведи, бургомистр надеется на тебя! А теперь – в вольер, хрюшка, надо выспаться перед боем…
– Погоди, Брога. – Мелодичный женский голос донесся откуда-то сверху. Финли задрал рыло. На балконе, на фоне освещенного окна виднелся стройный силуэт.
– Это тот красавец, которого Гелэрд подарил отцу?
– Так и есть, госпожа Тинара. Завтра будет биться с Пыром.
– Как его зовут?
– Финли, кажись.
– Финли, Финли… знакомое имя. Ладно, завтра поглядим, на что он способен.
Брога загнал Свинодава в вольер, лязгнул засов. Сквозь решетку Финли видел тоненькую фигурку госпожи Тинары, вырисовывающуюся на ярком фоне окна. Из его глаз катились крупные слезы.
Как много всего изменилось с тех пор, как мир стал черно-белым!
…Он написал ей уже три письма.
Она два раза ему улыбнулась! На рынке и на банкете в доме ее влиятельного отца. Это давало надежду! Ничтожную, но надежду.
Нужно переходить к более решительным действиям. Подарить цветы? Пригласить на свидание?
Она любила по утрам прогуливаться по берегу Кавы. Это был его шанс!
– Тинара!
– А… это вы… Простите, забыла, как вас…
– Финли.
– Ах да… точно.
– Вот… Это вам!
– Что?! Морковка?!
– Ой, простите! Я хотел наколдовать букет роз. Я не волшебник, я только учусь, но позвольте вам сказать…
– Что ж, давайте сюда ваш… подарок. Надо признать, мне еще никто не дарил морковок! Возможно, если бы вы колдовали не с закрытыми глазами, результат был бы лучше?
– Простите, я так стесняюсь.
– Хорошо, конечно же, я вас прощаю… а теперь вам надо уйти. У меня здесь встреча…
– Эээ… прошу прощения, я не знал…
– Тина, что это за сморчок?!
Финли ворочался на сене, уснуть не получалось.
Тинара давно покинула балкон, а Финли все думал о ней, вспоминал карие глаза, россыпь веснушек, задорную улыбку.
Он хрюкнул с тоски, и этот непривычный звук напомнил ему обо всем ужасе его нынешнего положения. Мысли мигом перетекли в другое русло. Из соседнего вольера слышался громогласный храп. Завтра с утра Финли ждала неприятная встреча. Последнее время ему очень везло на неприятные встречи…
…Финли уже довелось видеть Мортона Гульда подле Тинары. И каждый раз он сгорал от ревности. Еще бы, на фоне стройного мужественного Мортона тощий нескладный Финли смотрелся как облезлая дворняга рядом с породистой гончей. К тому же Мортон – гуард, а в этот элитный полк кого попало не берут.
Мортон оглядел Финли брезгливо, словно смотрел на коровью лепешку.
– Тина, что этому прыщу от тебя надо? И почему у тебя в руке морковка?
– Это он мне подарил, – улыбаясь, призналась дочь градоправителя.
– Он что, повар? В жизни не видел более идиотского подарка! А что, если засунуть ему эту морковку в…
– Не надо, Мортон. Он уже уходит.
Финли собрал все остатки храбрости и проблеял:
– Вовсе нет.
– Неужели? – оскалился Мортон. – Такому отребью не место подле дочери бургомистра. Наверное, придется тебя проучить.
– Мортон, стой! – вскрикнула Тинара, но было уже поздно.
Кулак гуарда врезался в челюсть Финли, и бедняга рухнул на песок набережной. Он с трудом поднялся, выплюнул кровь и два передних зуба. В голове звенело, еще чуть-чуть, и из глаз бы брызнули слезы.
Надо было хоть как-то сохранить вид в глазах Тинары! Только какой уж тут вид, губы разбиты, вся одежда в песке, еще и двух передних зубов теперь не хватает!
Тогда Финли сделал то, о чем сразу же сильно пожалел.
Не соображая, что творит, он прочертил носком башмака в песке перед Мортоном глубокую черту.
– Что?! Тина, нет, ты видела?! Поваренок вызывает меня на дуэль! Меня – гуарда! Да у тебя даже сабли нет! Чем ты будешь сражаться? Морковкой?! Я не буду убивать тебя, клоун! Ниже моего достоинства пачкать руки о простолюдина и неумеху!
В этот миг сердце Финли разрывало два противоречивых чувства. Счастье от того, что дуэль не принята, и он будет жить. И жгучий стыд перед Тинарой.
– Ты еще здесь?! Если ты сию же минуту не уберешься, я выбью тебе оставшиеся зубы, и тебе нечем будет стучать от страха при виде настоящего мужчины вроде меня!
Финли понимал, что если сейчас уйдет, поджав хвост, то дочери бургомистра ему не видать. Девушки не любят трусов, тем более здесь – в Каваррене, где мужество и отвага стоят превыше любых добродетелей.
И тут у Финли родился великолепный план.
Шепелявя из-за выбитых зубов, он пролепетал: