Сергей Лукиянов – Кот, который живёт сам по себе (страница 27)

День пролетел относительно быстро. Наверное потому, что Мухин был занят работой дольше обычного. То ли на его участке добавилось работы, то ли начальство решило потихоньку его грузить. В любом случае, стоило рабочему дню закончиться, как Мухина тут же выскочил на улицу.

После работы Антон зашёл в магазин за продуктами. Две упаковки сушёной воблы и двухлитровая бутылка «Жигулёвского» – на вечер этого должно было хватить. Обычно к этому он покупал ещё пару сосисок, яйца и хлеб, но в прошлом месяце он потратил на пятьсот рублей больше, отмечая свой день рождения в офисе, поэтому до зарплаты приходилось жутко экономить.

По дороге домой он заметил в окне первого этажа бледную рожу филармониста. Парень стоял возле окна и с вытаращенными глазами пялился куда-то за спину Антона.

«Всё-таки тронулся умом, шизик ненормальный», – не без удовольствия подумал Мухин, подходя к подъездной двери. Чуть замешкавшись перед входом, перекладывая рыбу с пивом в одну руку, чтобы другой достать из штанов ключи, он подпрыгнул от неожиданности, когда кто-то дотронулся до его плеча. Из-за играющей в наушниках музыки он не услышал позади себя шагов.

Вскрикнув, Мухин с трудом сумел удержать в руках бутылку пива. Но зато выронил ключи, которые с тихим звоном приземлились на бетонный пол. Обернувшись назад, он уже собирался обматерить напугавшего его человека, да так и остался стоять с раскрытым ртом.

Перед ним стояла Светочка. Мечта многих мужчин этого дома и что-то говорила ему. Судя по выражению её лица, она была чем-то недовольна, но прежде, чем Мухин успел вытащить наушники, чтобы услышать, что она хочет ему сказать, Светочка прошла мимо него с силой толкнув дверь в сторону Антона. Тот даже не заметил, как тяжесть двери пришлась на его плечо.

«Она со мной заговорила», – продолжая стоять с раскрытым ртом, подумал Мухин.

Нажав кнопку паузы, он наклонился, чтобы поднять с пола ключи и различить в подъезде звуки Светочкиных шагов. Но он услышал только, как хлопнула дверь её квартиры.

– Чёрт, – на всякий случай оглядываясь по сторонам, в поисках других симпатичных соседок, Мухин, наконец, вошёл в подъезд. Перед его глазами стояло лицо Светочки с ярко накрашенными губами.

Эти губы он сегодня ещё будет вспоминать перед сном.

Проходя мимо квартиры Полежаева Мухин различил за его дверью шорох. Как будто мышь переросток копошилась в запасах крупы.

«Так вот на кого пялился ботаник, – вновь одевая наушники, злорадно осклабился Антон. – Решил попытать счастья с королевой красоты? Ну-ну». Он бы с удовольствием пнул дверь Влада, но он уже поднялся на первый лестничный проём и ему было лень возвращаться обратно. Привычная музыка снова заполнила его мозг, парализуя волю.

До своей квартиры Антон добрался без приключений. Разложив на покрытый пятнами столик свой незамысловатый ужин, Мухин включил ноутбук.

«Позарился на Светочку. Значит, позарился на Светочку», – скидывая с себя одежду, Мухин не заметил, как одна и та же фраза стучит у него в голове. Он вообще мало что соображал, когда готовился погрузиться в мир интернета. Сотни порно-роликов ждали его на любимых сайтах, пиво с рыбой были тут же, рядом. Что ещё требовалось для полного счастья? Мухин считал, что Мир танков вполне завершил бы собой идеальную картину его маленького мирка. Потому что насмотревшись порно, он неизменно лез вконтакт и зависал там до позднего вечера, ругаясь с малолетками и обещая начистить каждому рожу, если увидит его на улице.

Иногда даже ему приходило в голову, что это пустая трата времени. Вот если бы у него вдруг оказалась большая куча денег, тогда бы он купил себе нормальный компьютер, поставил бы скоростной интернет и зарегистрировался бы в Мире танков. А там… Перед глазами пробегали радужные мечты о мощной бронетехнике, командной игре и как он неизменно побеждал во всех сражениях.

Беда в том, что его ноутбук не тянул даже самой простой версии танков, зависая на их сайте ещё при регистрации. На работе компьютеры были не лучше, иначе бы он давно утащил оттуда один к себе домой. Оставался один, не самый приятный для Мухина выход – надо было скопить деньги на новый компьютер. Но даже если он чудом продаст свой ноутбук за пять тысяч рублей, ему всё равно придётся потратить порядка тридцати тысяч, а при его зарплате в двадцать тысяч, минус шесть тысяч за квартиру, накопить такую сумму было нереально. В долг денег ему никто не даст, кредит под такую зарплату тоже не оформят. Здесь он исчерпал все возможные решения своей проблемы и опустился на дно своей депрессии.

«Уроды, – вспоминая коллег по работе, думал Мухин. – И откуда у таких козлов столько денег?» Он и не подозревал, что его коллега Пётр вёл сразу четыре объекта и подрабатывал консультантом, стараясь хоть как-то вытянуть выплаты по ипотеке и прокормить семью с двумя детьми; Александр, другой его коллега, по ночам работал системным администратором, а Дмитрий Сергеевич, руководитель Мухина, каждый месяц искал клиентов для их коммерческого отдела по обработке массивов данных, получая за свои старания солидный процент.

Все пристроились на рыбных местах и жили припеваючи.

«Вот что им стоит одолжить мне несколько тысяч рублей? – злился Мухин, вспоминая коллег. – Могут же себе позволить просаживать по пять тысяч в месяц на танки».

Эти мысли не давали ему покоя. Особенно злили моменты, когда коллеги показывали свои победы на смартфонах, как будто хвастались перед Антоном чего они смогли достичь, а он так и оставался жить в своём клоповнике с неприметной страницей в контакте, которая была его единственной связью с внешним миром.

Обычно в такие моменты его успокаивали ролики с Асой Акирой и толпой мужиков, которые грубо обходились с японской девушкой. Но сегодня это не помогло. Даже выпитая за час баклажка пива не заглушила ненависть Мухина.

А всё потому, что его коллеги родились в городе. Появись Мухин на свет не в глухой Оренбургской деревне, а хотя бы в самом Оренбурге, ну, в крайнем случае в Бузулуке, всё могло бы пойти совсем по-другому. Ему бы не пришлось жить впроголодь в студенческой общаге, воруя по кусочкам еду у сокурсников и выпрашивая мелочь на сигареты. В клубах он знакомился бы с правильными людьми, которые в будущем могли стать его хорошими связями. Наверное, поэтому его нынешняя жизнь ни чем не отличалась от студенческой, хотя сначала всё было не так.

Как только ему исполнилось пятнадцать лет, он тайком от родителей съездил в Оренбург и подал документы в технологический колледж. В приёмной комиссии ему попалась смышлёная девчонка, которая и посоветовала ему указать, что он из крестьянской семьи Новокаменки – это увеличивало его шансы попасть на бюджет по льготной программе. Так и случилось.

Когда его отец узнал об этом, первые месяцы он громко высмеивал сына и грозился переломать ему все его учёные кости, если из-за учёбы он бросит заниматься хозяйством. Но благо жизнь в деревне начиналась на несколько часов раньше, чем занятия в колледже, поэтому Антон успевал справляться с хозяйством и, хоть и не к началу первой пары, но всё же приезжать в город на учёбу. Так прошли три тяжёлых года обучения. Мухину было сложно ещё и потому, что ему удалось закончить только три класса сельской школы, после чего родители решили, что научившись читать и писать, Антону больше в этой жизни знать ничего не следует. А свободные руки в хозяйстве нужны были уже тогда.

Поэтому переезд Мухина в Тольятти, за пятьсот километров от родного дома, был воспринят его родителями, как предательство. И бесполезно было им объяснять, что поступить на бюджет в ТГУ для Антона было сравнимо с выигрышем в лотерее. Один шанс на миллион! И возможность вырваться из порочного круга: скотный двор – дом – скотный двор.

Узнав об отъезде сына, отец едва не избил его до смерти. Хорошо, что к тому времени Мухин достаточно окреп и смог от него убежать. Больше они не виделись. Писать письма в деревню неграмотным родителям не было никакого смысла. Да и что он им напишет?

Первые два года Мухин корпел над книгами и старался сдавать экзамены и курсовые работы только на отличные оценки, чтобы получать максимальную стипендию. Знаний колледжа ему вполне для этого хватало.

Все преподаватели в один голос прочили ему отличную работу и яркое будущее, не понимая, что до смерти пугают этим Мухина. Крестьянский сын, которому всю жизнь вбивали в голову, что он ни на что не способен, Антон панически боялся, что кто-то случайно об этом узнает. Какое он имеет право получить хорошую работу, если он ни на что не годен? Он же всех подведёт!

В эти моменты хорошие оценки и успехи в учёбе отходили на второй план. Он снова превращался в испуганного пятилетнего мальчика, который раскрыв рот внимает проповедям отца. Он и школу-то бросил из-за того, что был уверен в своей убогости.

Колледж был для него своеобразным молодёжным бунтом против угнетения родителей. В те годы ненависть к отцу давала ему силы противостоять страхам детства. Но уехав из деревни, Мухин этот стимул потерял. И за те два года, что он успешно сдавал сессию за сессией, взращенный в нём родителями испуганный ребёнок набирал силу, изменяя воспоминания Антона о доме, переворачивая их с ног на голову.