Сергей Литвинов – Жемчужные тени (сборник) (страница 26)

Майя закрыла ноутбук, внимательно посмотрела на меня и стала рассказывать. Видно было, что она много раз прокручивала в голове эту историю, потому что рассказ получился короткий и стройный.

Все началось месяц назад. Как-то утром Майя проснулась, вышла из своей комнаты на первом этаже гостиницы, прошла по коридору в холл и увидела на полу змею. Неприятно, конечно, но не критично. Змейка небольшая, не ядовитая. Здесь такие водятся. Хотя по отелям и домам они не ползают, но всякое ведь бывает. Майя как раз собиралась позвать Самира, чтобы тот унес змею подальше от дома, как вдруг заметила в углу комнаты вторую змею, а потом третью.

— Я пошла за Самиром, — рассказывала сестра, — моля Бога, чтобы никто из постояльцев ничего не увидел. Но было поздно: пока он одевался, одна наша постоялица-спортсменка вышла на пробежку и увидела змей. Кричала она на всю Шри-Ланку до хрипоты. Потом плакала, угрожала, требовала вернуть деньги, отзыв написала на сайте отеля. — Майя снова вздохнула. — В общем, конкретно испортила нам жизнь и репутацию.

— Так, со змеями понятно. — Я деловито кивнул. — Если, как ты говоришь, в домах их не встретишь, да еще сразу трех, значит, змей подбросили. Есть же у тебя враги или конкуренты?

— Полно, — спокойно ответила Майя, — только из них никто такую пакость придумать не мог. Я тоже решила, что это чья-то мерзкая выходка, и стала искать виновного. Не нашла. Не успела, честно говоря. Где-то через неделю после случая со змеями по утрам к отелю стали сбегаться собаки. Тоже, знаешь, приятного мало: просыпаешься утром, а они маячат возле ворот.

— Ну и что? — Я начал терять терпение. — При чем тут бесы, маски и прочая потусторонняя ерунда?

— Понимаешь, после истории со змеями и собаками по городу поползли слухи, что у нас нечистая сила завелась, а гады и уличные псы — это знаки.

— Ну, допустим, темное и дремучее местное население распускает глупые слухи, тебе-то что?

Майка усмехнулась и перешла на резкий деловой тон:

— Местные делятся слухами с туристами, туристы пишут сомнительные отзывы в Сети, я теряю постояльцев. Кроме того, теперь любая мелкая неприятность на вилле объясняется бесами. Замок сломался, ужин подгорел, жилец на лестнице пьяный поскользнулся — все бесы виноваты. Вот Самир и придумал, чтобы пресечь слухи хотя бы от местных, нужно повесить национальную маску демона смерти на видное место. Наши верят, что она изгоняет из дома бесов. Увидят маску — прекратят судачить.

Майя немного помолчала и посмотрела в ту сторону, где за стенами дома таращилась на мир уродливая деревянная маска. В этот момент в столовую вошла молодая темнокожая девушка и поставила рядом с нами поднос с фруктами и кофейник.

Майя поблагодарила девушку и, обернувшись ко мне, продолжила:

— Только с появлением маски странности не закончились.

— Почему? — Я налил нам с сестрой кофе и сделал небольшой глоток.

— Маску привезли, — Майя подсчитала в уме, — дней восемь назад. На следующий день приехал мастер, сделавший ее, сказал, маска бракованная, предложил поменять. Но Самир не согласился, сказал, это плохой знак, лучше оставить как есть. К тому же никакого брака мы не заметили.

— А потом? — По старой журналистской привычке я потянулся к карману, чтобы достать блокнот, ручку и записывать. Но в пляжных шортах не было ни кармана, ни блокнота, так что пришлось запоминать.

Оказалось, вслед за мастером приехал еще какой-то человек и предложил маску продать. Муж Майи не согласился. Но теперь, когда маска заняла свое место на стене садовой беседки, сестре все время казалось, что за ней следят. За Майей, естественно, а может, и за маской, кто знает?

— Не скажу, что видела кого-то конкретного, — закончила свой рассказ Майя, — но я все время затылком ощущаю, что за мной наблюдают. Может, правда мистика…

Я уже хотел ответить, что это все ерунда, но тут в столовую спустилась Марго, подсела к нам и стала болтать об океане, новом купальнике, фруктах и прочей ерунде. В промежутках между историями она фотографировала тропические фрукты и меня с папайей в зубах. Чем изрядно позабавила Майку.

После завтрака Самир, как и обещал, повез нас с Марго на пляж. Когда мы сели в машину и стали не спеша выезжать со двора, я краем глаза заметил, что за нами внимательно наблюдают. Через дорогу от отеля в розовых цветущих кустах притаился маленький одноэтажный домик. На его крыльце стояла высокая худющая женщина в синем сари и внимательно следила за нашей машиной.

Я уже хотел спросить Самира о подозрительной соседке, но тут заметил второго наблюдателя. Метрах в тридцати возле уличного магазинчика стоял молодой мужчина с длинными волосами, собранными на затылке в хвост, и тоже не сводил с нас заинтересованного взгляда. Он был так увлечен разглядыванием нашей машины и пассажиров, что чуть не попал под колеса велосипедиста, ехавшего с противоположной стороны.

«Странно все это», — подумал я и почувствовал, как внутри заворочалось профессиональное любопытство. В бесов я не верю, а значит, за всей этой историей со змеями, собаками и масками стоят люди. И я их найду.

— Послушай, Самир, — начал я, когда машина отъехала от дома и устремилась по трассе прямо к городскому пляжу, — а что это за женщина из дома напротив так внимательно за нами наблюдала?

— Женщина? — Самир растерянно улыбнулся. — А, старуха, Динеша, любопытная, вечно за всеми приглядывает. Но ты ее не бойся, она добрая.

— Ты давно ее знаешь? — спросил я, пытаясь вспомнить имя своей соседки из квартиры напротив, то ли Аглая Степановна, то ли Степанида Андреевна. Не помню, одним словом.

— Давно, — Самир явно собрался ослепить меня улыбкой, — я в школе с ее дочкой дружил. Она очень меня любила.

— Кто, Динеша или дочка? — не понял я.

— Да обе, — и Самир счастливо засмеялся, — только потом Апсара — так дочку зовут — в Коломбо уехала учиться, а я Майю встретил. А Апсара так и не вышла замуж, все по мне тоскует.

— Какая трагическая история любви! — воскликнула Марго, до этого сидевшая тихо и набиравшая очередной пост для «Инстаграма».

Самир улыбнулся и ответил, что он редкий красавец, очень сильный и умный, поэтому его девушки любят. Марго засмеялась и сейчас же его сфотографировала. А я мысленно пообещал себе больше никогда не иметь дело с тревел-блогершами.

Тут Самир резко повернул, пересек двойную сплошную, нырнул под пальмы на обочине дороги и остановился под навесом из пальмовых листьев прямо на берегу океана.

Отсюда открывался потрясающий вид на золотой пляж и океан.

— Он сегодня злой, опасный, — сказал Самир, задумчиво глядя на волны, — купайтесь аккуратнее.

Я не ответил, просто вышел из машины и как зачарованный побрел к кромке воды. Океан, синий и зеленый, шумел, вздымался на горизонте высокими волнами, которые сталкивались друг с другом, взрывались и рассыпались у берега на белую пену. Океан переливался на солнце и был похож на огромный сапфир в изящной золотой оправе песчаного берега.

Рядом со мной застыла Марго. Она тоже смотрела на высокие волны, накатывающие на золотой песок, на бескрайнюю воду и молчала, завороженная и потрясенная. Какое-то время, минуты три, она даже не фотографировала, и я был бесконечно благодарен ей за это.

Мы с Марго провели на пляже четыре часа. Мы ходили по кромке воды, оставляя следы босых ног и глядя, как эти следы слизывает волна. Мы плескались в воде, катались на волнах до озноба, до тех пор, пока не наглотались соли, пока от нее не заболели глаза и горло. Мы пили сок прямо из кокосов, сидя под навесом из пальмовых листьев. И, конечно, фотографировались на фоне пальм, океана, песка, на фоне прибрежных отелей и разноцветных флагов, украшавших пустынный пляж.

Когда за нами приехал Самир, мы уже немного обезумели от палящего солнца и до отеля ехали молча, в полудреме, с глупыми, но счастливыми улыбками на лицах.

Майя, вышедшая нам навстречу, смерила меня и Марго суровым взглядом, вздохнула и вынесла приговор:

— День, как я вижу, удался, а вот ночь будет адская, готовьтесь.

Я с недоумением посмотрел на сестру, растерянно улыбнулся и пошел в номер, чтобы смыть с себя соль и отдохнуть. Перелет, купание и солнечные ванны меня порядком утомили, глаза слипались.

Не знаю, сколько я проспал, но когда наконец проснулся, в комнате было темно. Я перевернулся с одного бока на другой и почувствовал, как по телу разлилась резкая жгучая боль. «Солнечный ожог», — догадался я. Так вот почему Майя прочила нам адскую ночь, мы сгорели на солнце и теперь будем пожинать плоды собственной беспечности.

Я осторожно повернул голову, Маргариты рядом не было. Видно, она уже проснулась и ушла ужинать. В абсолютной темноте я нащупал под подушкой свой телефон — восемь вечера, самое время поесть. Охая, морщась и постанывая, я сполз с кровати, накинул на горящие плечи футболку и медленно спустился вниз.

В столовой было шумно. До этого момента я не видел Майкиных постояльцев, теперь же они предстали передо мной во всей красе, или, точнее, я, заспанный и сгоревший, предстал перед ними.

Ближе всего ко мне за большим круглым столом сидела компания немцев, человек шесть, все пенсионного возраста. Вероятно, они уже поужинали, потому что вместо тарелок на столе стояли бокалы с вином, а между бокалами толпились карточки для игры в лото, деревянные бочонки с номерами и мелкие монетки из разных стран, разного достоинства.