Сергей Ленин – О людях, любви и о войне. Доброта спасёт мир (страница 1)
О людях, любви и о войне
Доброта спасёт мир
Сергей Ленин
© Сергей Ленин, 2020
© Ольга Решетникова, дизайн обложки, 2020
© Алексей Яшкин, иллюстрации, 2020
ISBN 978-5-4490-3743-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
От автора
1. Они ушли молодыми
Павел Щепин
«Павел Савватеевич родился 22 апреля 1922 года в Республике Бурятии (Кабанский район, село Кабанск). Окончил 10 классов средней школы.
После школы ушел добровольцем на фронт в Красную армию. Был музыкантом духового оркестра имени Гершевича, служил в музыкальном взводе, сначала на ст. Мальта, в 1940 г.
Хотел быстрее отдать мужской долг – отслужить в армии, дальше мечтал получить хорошее высшее образование, но война спутала все карты и надежды на будущее.
В 1941 году воевал в составе Сибирской дивизии, под Москвой был ранен, и после госпиталя, в 1941 году, его направили учиться в Саратовское Краснознаменное танковое училище, где были очень трудные бытовые условия: голод, холод, усиленная, сокращенная программа обучения.
У нас с ним была хорошая переписка, где вначале обсуждались бытовые житейские темы, затем – серьезные, патриотические. Он писал: «Вот скоро закончу учебу и поеду бить немецких фашистов, очень хотелось увидеться с вами, но, ничего, разобьем немецких псов, тогда заживем все вместе».
Письма проверялись цензурой, и писать о трудностях жизни было нельзя. Три раза был ранен, лежал на лечении в госпиталях (г. Энгельс; Пушкино под Ленинградом; Джамбула, Алма-Ата).
После окончания училища имел звание младшего лейтенанта (командир взвода), был танкистом. Его направили на фронт, где воевал до последнего вздоха. Часть – п/п 28832. Писал, что представлен к правительственной награде ордена Красной Звезды, но награду получить не успел.
Писал, что насчет берлянства (это значит – жратвы, так говорили музыканты) очень плохо.
Потом мы получили письмо от незнакомого бойца по фамилии Дейнека, он сообщил, что после тяжелого танкового сражения Павел погиб в 1944 году в Кировоградской области, в районе сел Дмитровки и Петровки, в возрасте 22 лет.
На поле около подбитого танка на спине лежал Павел с открытыми глазами, в упор расстрелянный. В кармане было свежепрочитанное мое письмо с фотографией. Товарищ взял письмо и фото и написал нам письмо. Мы стали с ним переписываться. Переписка длилась несколько месяцев, затем связь прервалась, наверное, также погиб.
Через некоторое время мы получили официальное извещение от Кировского ГВК № А/1128 (выписка из приказа ГУК ВС СССР №0426—1949, вх. ИОВК №8191 от 15.08.1949 г., что Павел пропал без вести в декабре 1944 года. Видимо, похоронили брата в братской могиле.
Позднее получили за подписью командира полевой части 28832 «П» гвардии полковника Юревича извещение №25/0944 от 25 сентября 1944 года: за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество награжден Орденом Красной Звезды.
Выписка из Приказа №019/Н по 116-й Александрийской танковой бригаде 8-го Александрийского механизированного корпуса от
20 декабря 1943 года Второго Украинского фронта
Занесен в книгу «Солдаты Победы». г. Иркутск, 2005 год, том 2, стр. 715. Сохранилась переписка с семьей (письма-треугольники), фотокарточка курсанта танкового училища 1942—1943 гг.
Вот так закончилась наша переписка.
В школе брат учился хорошо, но дисциплина была необразцовая. Парень был шаловливый.
В училище был направлен курсантом на заготовку леса (дров). Жил в семье стариков и дочкой его возраста, спал на печи. Отношение было хорошее, уважительное, как к сыну.
Перед Новым годом получил от нас посылку с теплым бельем и белыми сухарями – был для него праздник, что полно в желудке, на фронте питание было лучше, чем в училище».
Решетникова Надежда Савватеевна, моя мама, у стенда с фотографией брата Павла
Где-то при переписке в написании фамилии произошла неточность. Так я никогда не узнаю, Гайворонов или Гайворонков был этот, видимо, вскоре погибший боец Андрей Григорьевич.
Живые уроки военно-патриотического воспитания
На всю жизнь мне запомнились моменты, когда я заставал бабушку Веру Щепину (в девичестве она носила фамилию Коткова) за чтением писем – фронтовых треугольников: это все, что у нее осталось от сына Павла, погибшего в возрасте двадцати двух лет в 1944 году во время Великой Отечественной войны.
Моя сильная, веселая, боевая бабушка отрешенно сидела у окна, перед ней были разложены эти письма-треугольнички, в которых Павел рассказывал о своей фронтовой жизни.
Она молча плакала, плакала горько. Казалось, она в своем сознании переносилась в то военное время.
Вот она бежит по полю. Тут и там рвутся снаряды, со свистом разлетаются осколки. А она бежит вперед, за советским танком, который наступает на позиции врага. Ей хочется догнать его, убедиться, что там ее сыночек Пашенька, ее кровиночка, ее первенец, ее старший сын. Она рядом, она сможет спасти и защитить своего сыночка, не попробовавшего вкуса взрослой жизни. Не женившегося и не порадовавшего маму внучонком и красавицей-внученькой.
«Все будет хорошо, беда минует этот танк и этих ребят, воюющих вместе с Павлом против черной чумы», – думает мать.
Танк догоняет немецкую машину, забуксовавшую в липкой непроходимой грязи. Затем он наезжает и давит эту легковую машину вместе с сидящими в ней офицерами вермахта. Мама Вера все видит. Видит, как они сначала корчатся от боли, потом гусеницы танка перемалывают тела фашистов. Всюду кровь и ужас.
Фашисты-убийцы позируют на фоне своих жертв – мирных жителей