Сергей Лагутин – Поиск силы. Познавая все грани реальностей (страница 8)

Непонятная война, когда нет четкого разделения на «свой» и «чужой».

Пропавшие без вести.

Чьи-то сыновья, мужья, отцы, «двухсотые» с молодыми пацанами и материнские слезы…

Но война войной, а нагрузки и умения, которые я получал на тренировках, стали давать и силу, и выносливость, и злость. Будь то упражнение, когда против меня ставили несколько соперников, и задачей было держаться как можно дольше. Когда нужно было взваливать себе на плечи упитанных ребят и крутить их в воздухе, контролируя ситуацию.

Когда мне раз за разом пытались пробить пресс, хотя я его и так не чувствовал после интенсивных «прокачек».

С тех пор появилась еще одна полезная привычка – при любых стрессовых ситуациях переключать мозг на режим выполнения задачи и идти напролом или, по крайней мере, в обход – при непреодолимом препятствии. Но идти до конца, до победного конца. Во что бы то ни стало.

Однако и здесь судьба преподала мне урок.

Однажды на тренировке в свободном спарринге с одноклассником, коренастым крепышом, в отличие от высокого и худого меня, я немного «увлекся» и, то ли злясь на громоздкие перчатки старшего брата-боксера, неудобно облегающие тощую руку, то ли от усталости, начал выбрасывать бесконтрольные удары.

Не хотел, правда, не хотел…

Ванькина голова неестественно дернулась от пропущенного удара в челюсть. А дальше – как в замедленном кино (такое восприятие ситуаций у меня было еще не раз, когда каждая секунда врезалась в мозг массой фрагментов, как бы «прищелкивая» ситуацию).

Практически одновременно с «отскоком» головы у Ваньки как-то неприятно закатились глаза. И он упал во весь рост на деревянный пол спортзала. Правая рука неестественно подвернулась под тело, которое неподвижно распростерлось перед моими ногами.

«Что я наделал? – мысли мелькали в голове. – Убил? Что делать?» Стал накатывать какой-то неприятный холодок в груди.

– Ничего себе ты его приложил. Чего стоишь, давай помогай! – голос подбежавшего тренера вывел из оцепенения. – Держи голову, я за нашатырем.

И я держал голову своего обмякшего одноклассника.

Тут же другие ребята стали собираться вокруг.

– Чего собрались, работаем, работаем, – скомандовал тренер, – нечего тут зевать!

Через минуту он уже подносил ватку с нашатырем к носу Вани, одновременно похлопывая по щекам.

Глаза моего партнера открылись, но взгляд оставался затуманенным, а язык заплетался.

– Что со мной? – как-то непонимающе спросил он, как будто жуя слова.

– Как себя чувствуешь? – вопросом на вопрос ответил тренер.

– Не знаю, – как-то невпопад ответил Иван.

– Давай-ка мы тебя на лавочку посадим, – тренер подал мне сигнал глазами, и мы посадили Ваню на лавочку.

– Вот ватка, только совсем близко к носу не подноси, я сейчас приду, – сказал тренер, метнув в мою сторону быстрый взгляд. – Что ж ты его так приложил? – спросил он, вернувшись с намоченным холодной водой вафельным полотенцем и обтирая им лицо пострадавшего.

– Как-то само получилось, – не найдя другого ответа, сказал я.

– Удар поставишь, будет и не такое получаться, только у вас-то не бой за звание чемпиона был, а разминочный спарринг. Удар контролировать нужно и силу соизмерять, – немного успокоился и сам тренер. – Ты как? – спросил он у Ваньки, потихоньку приходившего в себя.

– Нормально. Можно я на лавочке пока посижу? – тот еще выглядел очень бледным.

– На сегодня для тебя занятие окончено, посидите пока с Сергеем. Для тебя, кстати, на сегодня тоже все. Всем остальным – работаем, работаем!

Так и сидели два пацана до конца тренировки на лавочке, один – откинувшись на стену с закрытыми глазами, а другой – упершись взглядом в одну, только ему известную точку.

«А если бы я попал в висок или удар пришелся бы во время перемещений рядом со скамейкой и Ванька бы «ушел» головой в нее. Пробитая голова, переломанная шея, могло же что угодно случиться…» – прокручивал я у себя в голове.

Тот случай надолго запомнился, и с тех пор я всегда старался себя контролировать. Во время драк на улице, в том числе со старшеклассниками, когда еще существовал определенный кодекс чести лежачего не бить, и если это был бой один на один, никогда не добивал упавшего соперника. На дальнейших тренировках по кикбоксингу – уже в студенчестве – никогда не бил своих партнеров «в полную» и не красовался перед публикой, демонстрируя свои на самом деле скромные навыки по сравнению с тренирующимися вместе со мной чемпионами.

И все же, тренировки заложили серьезную будущую основу для физического и духовного развития.

Запомнившись еще и огромным уважением к тренерам, обучающим ребят, в том числе и жизни.

«Друзья»

Не тот твой друг,

С кем ты всегда гуляешь,

А тот, кто будет рядом,

И не убежит.

Так и пролатали год за годом школьные годы.

Из восьмидесятых мы влетели в уже начинавшимися быть лихие девяностые.

С другом вроде опять стали общаться и даже ходить друг к другу в гости.

Хотя «истории» периодически повторялись…

Как в тот зимний вечер, когда, гуляя по поселку втроем (к нам прибился еще один парнишка из соседнего подъезда, высокий и крепкий парень, тоже на порядок крупнее меня), мы столкнулись с разношерстной компанией из пяти человек.

Возраст у них был разный – кто-то чуть помладше, а кто-то и на пару лет постарше.

Но у них было одно общее – это были местные шакалята, сбившиеся в стаю. Наши компании поравнялись, и завязалась «прицелочная» словесная перепалка.

Откуда «прилетело», я так и не понял.

Удар на секунду вырубил в кратковременный нокдаун, и я навзничь рухнул на землю.

Тут же вскочил на ноги, вскинул руки в стойку, одновременно пытаясь собрать в кучу пляшущие огни окон дома напротив и боковым зрением ища своих друзей.

– Чё, корешей своих потерял? – прозвучало с издевкой от одного из компании напротив. – Так вон они, улепетывают… – захохотали уже все.

Немного повернув голову в сторону, я и, правда, увидел вдалеке своих корешей, без оглядки мчавшихся в сторону своего дома.

«Интересно, а на физре стометровки вы так же будете бегать?» – мелькнула в голове посторонняя мысль.

В это время один из компашки опять начал обходить сбоку, и я, не теряя из виду остальных, чуть повернулся к нему. Второй из компании, уже постарше меня на два года, немного напрягся (мы жили в одном дворе и периодически дрались, и он, будучи старше и крупнее, даже один раз разбил мне в кровь голову, но и сам потом получил на полную катушку).

То ли моя готовность драться, то ли показавшаяся вдалеке компания взрослых, но шакалята, процедив сквозь зубы: «Еще раз попадешься – прибьем», – пошли дальше своей дорогой.

Постояв еще несколько минут, я быстрым шагом направился к своим друзьям.

Нашел их у одного в квартире, сидящих в зале с выключенным светом. Они отводили взгляды и тихо бормотали что-то вроде «Ну как ты? Били, да?»

– Вы почему убежали, нас же было трое, а среди них только двое крупных? – уже понимая бессмысленность вопроса, все же спросил я.

Ребята молчали, виновато уставившись в пол.

– Короче, собирайтесь, раз боитесь драться на равных, пойдем и выловим их по одному.

– Мы не пойдем, – ответил один за двоих «старый друг», так же пряча глаза.

– Ссыте? – то ли подытожив, то ли ругнувшись, процедил сквозь зубы и пошел домой.

Вечером, сидя у телевизора, смотрел какой-то неинтересный фильм, а в это время в душе бушевал шторм.

«Почему? Трусы!» – злился я, но самому идти отлавливать шакалят не имело смысла, тем более что с двумя верзилами из их числа я и так периодически дрался на улице.

По крайней мере, не в тот момент…

Однако уже следующим летом мы встретились еще раз.

Мы с приятелями прогуливаясь как-то вечером, опять наткнулись на подобную компанию, ищущую приключений. Так же среди них были ребята разного возраста.

И так же мои друзья рванули врассыпную, как только запахло жареным.