Сергей Куц – Вор и проклятые души (страница 6)

— Он прав, — сказала Ирма, — и я согласна с церковником. Уходим немедленно!

— Как они узнали, что мы здесь? — Я не мог так легко уступить совместному напору монаха и вампирши. Мы уйдем чуть погодя.

Ирменгрет пожала плечами, сказав:

— Низверженный — это бог, а пути…

— Пути бога неисповедимы. — Я бесцеремонно перебил даму, но задел вовсе не ее.

— Укоротить бы твой хулительный язык! — напустился на меня инквизитор. — Да поздно уже.

— Вы правы, Велдон, поздно. Лучше поведайте, как Низверженный прознал про нас.

— Низверженный и не знает, — произнесла вампирша, — иначе здесь появились бы половина его войска или он сам. Тебе в третий раз это повторить?

Я со злостью посмотрел на вампиршу и инквизитора. Стоят рядом и не шипят друг на друга, да будто спелись.

— Наш господин, — сказала Ирма, и инквизитора тут же передернуло, его лик исказился от ненависти. Впрочем, вампиршу оскорбленная вера монаха нисколько не заботила, она продолжила без какой-либо заминки: — Был здесь. Возвратившийся бог или его маги могли что-то почувствовать, а где сила сатаны, там можешь быть и ты, Николас.

В самом деле глупец. Не понимаю очевидное, только злость внутри не утихала. Я злился и на себя, и на мир, и на тех, кто с умным видом стоял напротив. Лишь Бран вернулся к костерку, ему на все наплевать.

— Тогда идем! — раздраженно произнес я. — Но куда?

— Сейчас мы в одном дневном переходе на юг от Черного города, а направимся на восток. Чтоб выйти к Тарте.

— Зачем? — спросил я.

Томас Велдон тоже хотел знать. Похоже, мы оба полагали, что будем пробираться назад — к арнийским владениями в Загорье.

— По Тарте много кто плавает, — ответила вампирша, — уплывем и мы.

Вспомнился вид на реку с обрыва, которым кончалась центральная площадь Черного города. Огромный военный лагерь иных на противоположном берегу и широченное русло с десятками больших и малых кораблей. Самые крупные — для морского путешествия. Вряд ли сможем незамеченными пробраться на подобный большой корабль и, скорей всего, просто захватим какую-нибудь небольшую лодку. Но выходить на такой в открытое море да еще в начале зимы посмеет лишь самоубийца.

Я озвучил сомнения, добавив, что лучше идти на своих двоих да на запад. Вернее будет. Рано или поздно, но доберемся до Арнийского Сумеречья, а уж огсбургцы, которые его захватили, всяко лучше, чем соленая вода, какую наглотаемся, коль пойдем ко дну.

— На лодке, — рассмеялась Ирма. — С чего ты взял, что пойдем по Тарте, а потом по морю на лодке?

— А как? Плот свяжем?

— Если хочешь, вяжи, — вампирша все еще смеялась, — а мы отправимся дальше на корабле. Самое меньшее, что у нас будет, — это шебека. Она тебя устроит?

— Устроит. — Я вновь подумал, что Ирменгрет — с Семиградья, там все разбираются в типах кораблей, даже состоятельные дамы.

— Нас ждут? — спросил Велдон. Он отошел от вампирши на несколько шагов, держась от дьявольского отродья подальше, но так, чтобы все слышать и при необходимости вступить в разговор.

— Нет, старик. Но я здесь, чтобы вывести вас из Запустения. — Вампирша провела ладонями по юбке. — Плестись по снегу долгие недели, чтоб добраться до обжитых краев? Увольте!

— Если нет корабля, который нас дожидается, — возразил инквизитор, — то как мы найдем нужный? Как сговоримся с капитаном и матросами? Кругом лишь приспешники Низверженного!

— Это моя забота, монах, — ответила Ирма, — именно для этого я здесь.

Вампирша нарочито томно взглянула на церковника. При столь откровенном взгляде такой красивой женщины, как Ирма, у каждого взыграет кровь, но мы знали, кто она. Я и Томас Велдон мрачно переглянулись, а рыжеволосая красавица громко рассмеялась. Наша реакция показалась ей забавной.

— Не играй со мной, — отрезал инквизитор, — тварь адова.

— А я и не буду. — Ирма ответила белозубой улыбкой без клыков и словно не услышала чуть ли не проклятие в свой адрес. — Лучше с вон тем красавчиком поиграю.

Вампирша смотрела на меня, и что-то сверкнуло в ее глазах. Нечто, что я не смог угадать. Признаюсь, не по себе, когда в нескольких шагах стоит и смотрит на тебя существо, коему сотни, а то и тысячи лет и которое питается жизнями таких, как ты. В сей миг я не думал об Ирме как о роскошной красавице с занятными то ли рожками, то ли ушками в рыжих волосах.

Впрочем… Если забыть о ее сущности… Бедные ее жертвы. Я представил, как очередной бедолага, коему она вскружила голову, входит в темный кривой переулок, каких множество в Семи городах. Тянется к обольстительной красотке, а получает укус в шею. Потом или смерть, или неупокоенная душа в обличье восставшего из могилы тупого бездумного кровососа. Ничуть не похожего на Ирменгрет — высшего вампира… Но я не для нее! И сатана о том же молвил.

Кровь и песок! Я вспомнил Люцифера с благодарностью… Проклят я навеки!

— Игры оставим на потом, — негромко произнес я. Ничего лучше на ум не пришло.

— Как скажешь, красавчик!

Ирма вновь улыбалась. Теперь бесстыже, как последняя распутница, и очень призывно. Представилось, как прижал ее к себе… Что за черт! Что за магия тянет к ней? Только лишь плотское возбуждение? Проклятый пепел! Пришлось сделать над собой усилие, дабы думать о вампирше как о чудовище.

— Долго разговариваем, — произнес я, — а приспешники Низверженного все ближе. Если решили уходить, то нечего медлить.

Хотелось добавить, что неплохо бы замести следы, но не успел.

— Тише! — Предвестник вскочил с места. Правая его рука с поднятым указательным пальцем поднялась к уху, а левую плавно отвел от бедра. — Мы не одни!

Мир вдруг завертелся предо мной. Ирменгрет оскалила длинные клыки, на миг изогнувшись, как кошка, потом выпрямилась и выбросила в стороны руки с длинными когтями вместо ногтей. За ее спиной расправились серые крылья нетопыря. Взмахнула ими и вознеслась спиной вперед к серому зимнему небу.

— Гард! — закричала она, зависнув в дюжине футов над истоптанным снегом. — Сзади!

Бракемарт выскочил из ножен и рубанул по воздуху, очерчивая вокруг меня круг. Лезвие прямой сабли вонзилось в бок женщины, появившейся за спиной из ниоткуда. Тонкая фигура в плотно сидящем черном одеянии, волосы спрятаны под капюшоном, а на лице маска. Руки вскинуты, чтоб нанести смертельный удар парными кинжалами.

Но я развернулся с неподвластной для человека быстротой, невозможной для любого из смертных и меня до той самой сделки. Бракемарт вонзился в открывшийся бок, разрубив ребра. Убийца в черном выронила оружие и, согнувшись, упала на колени. Схватилась за рану и через миг умерла.

Тень! Конечно же, тень! Я увидел кольцо на испачканной в крови неподвижной руке. Такое же, как было у Алисы. Оно превращает в невидимок, и тени минуют огромные расстояния, становятся неуязвимы, только при этом пребывают в призрачном подобии. Ощущают себя живыми, могут коснуться своей одежды или оружия, но не в силах ни за что ухватиться.

Бег времени враз оборвался. Я глядел на мертвую и не чувствовал ничего. Это не Алиса, я сразил не ее, но может… Инквизитор рухнул на колени перед мертвой. Сорвал дрожащими руками капюшон, явив черные, как смоль, волосы. У Алисы и Лилит они цвета золота.

— Не она… — прохрипел он, поднимаясь. — Это не моя дочь. Маску можно не снимать.

— И то верно, — я сплюнул на снег. Мало удовольствия смотреть на сожженное лицо, какое у любой тени после смерти. Черная магия не позволяет узнать, кто носил маску убийцы.

К нам подошел мрачный как туча Бран.

— Не ведаю, кто это, — сказал он, — но она была одна. Только кончайте с разговорами, нас уже нашли. Пора уходить, а то и удирать, если не хотим боя.

— Дело говоришь. — Ирма вновь была прежняя. Статная дама в дорогом одеянии: без крыльев, когтей и клыков.

— Я бы попросил вас возблагодарить небеса, — успокоившись, что обнаружил в тени вовсе не Лилит, церковник вспомнил о ершистости, — да все одно не внемлите.

— За что? — Предвестник вскинул бровь и насмешливо посмотрел на монаха.

Томас Велдон отвернулся от Брана и осенил себя знамением.

— Тень одна, — сказал он, — а значит, не ушла с вестью, что мы здесь.

Я выругался. Более мешкать нельзя.

— Убираемся отсюда!

— После упокоения ее души! — Церковник был непреклонен.

— Святой отец! — Я зарычал лютым зверем и вскинул перед собой змеиную лапу с растопыренными пальцами. Медленно сжал их в кулак, будто стискивая упрямство Велдона.

Однако ни один мускул не дрогнул на его левой половине лица.

— Нет!

Проклятый пепел! Я сдался. Чертов святоша! Но пусть уж тогда нам зачтется это жертвование драгоценным временем. Приспешники Низверженного совсем недалеко! Времени мало.

Глава 4

ЖУТКОЕ МЕСТО

— Они ближе, — ответила на мой немой вопрос Ирма.

Кровь и песок! Не можем оторваться от погони. Приспешники Низверженного все ближе с каждым часом. Идут по следам, будто натасканные псы, но, похоже, не знают, за кем охотятся. Иначе в погоню бросили бы половину войска Возвратившегося бога, потому что это я разворотил Черный замок, уничтожив перстень Бога Сына.

Проклятый пепел! Мертвую тень они точно должны были обнаружить. Такое спустить с рук нельзя. Кто бы мы ни были, теперь от нас не отстанут. Им нужно выяснить, кто смог одолеть тень.

Не думаю, что рассчитывают догнать меня или инквизитора — нас-то двое, а следы оставляют четыре пары ног. Да, преследуют не Николаса Гарда или Томаса Велдона, ведь силы приспешников Низверженного очень незначительны. Уверен, мы легко справимся с ними, но тогда обо мне прознает Ишмаэль. Новой схватки с ним сейчас не выдержу. Сломаюсь, буду уничтожен, коль он явится ко мне.