Сергей Куц – Вор и проклятые души (страница 8)

— Да! — Я уже зарычал.

Мы двинулись за Ирменгрет: я следом, Велдон за мной, последним шел Бран. Гуськом меж веток деревьев ступать легче.

— Может статься, что это не лучшее решение, — послышалось из-за спины.

— Придумал что-нибудь лучше, монах? — бросила через плечо вампирша.

Проклятый пепел! Надо выяснить все раз и навсегда!

— Рассказывайте! — Я остановился; Томас Велдон чуть не влетел в меня. — Да живее!

Мы сбились в кучу под раскидистыми ветвями высокой ели.

— Говори, — инквизитор зыркнул на вампиршу, — я мало что ведаю про Волчий дом.

Прежде чем начать, Ирменгрет оглянулась.

— Слуги Низверженного ускорили шаг. Нам нужно торопиться. Я буду кратка. — Вздохнув, она продолжила, но отчего-то смотрела лишь на меня: — Волки, так эти эльфы себя называли, не захотели сдаваться на милость победителям и связали себя со своим замком. Собрались под главной башней и задушили сначала детей, потом жен. Потом накинули на шеи бечевки, которыми стягивали горло своих близких. Последним покончил с собой самый старший из разведчиков. Замок превратился в место, которое обходят стороной и ночные дети.

Я помрачнел. Ночные дети — это нечисть и нежить, и даже им не по себе от места, куда повела нас Ирма.

— Что случилось со штурмующими? — спросил Бран.

— Убиты. Все до единого, кто зашел за стены. — Взгляд вампирши устремился мимо меня, она смотрела в прошлое. — Я была там, рядом. Крики, что доносились из-за стен, были жуткими даже для меня. Мертвые волки с тех пор навсегда поселились в своем доме.

— Я читал об этом, — молвил Велдон, — и подтверждаю сказанное этой… женщиной. Пока армии четырех псов не покинули пределы Гвендара, ставшего Запустением, в Волчий дом несколько раз засылали смельчаков. Вернулась лишь одна экспедиция.

— Почему? — продолжал спрашивать Бран.

— В тот раз мертвые волки спали, — ответил Велдон и многозначительно посмотрел на вампиршу.

— Сейчас эльфы тоже спят, — сказала Ирма.

— Ты уверена, женщина? — Вопрос либо просьба, обращенные к вампирше, давались инквизитору непросто. Каждый раз он преступал через что-то внутри себя, все более отдаляя душу от Спасения и Прощения.

— Можешь называть меня отродьем дьявола, — Ирменгрет вдруг стало весело, — коль от этого легче будет.

— Довольно! — вспылил я. Надоел этот разговор, за которым так и не добрались до самого главного. — Мне до сих пор не ясно, что мы забыли в Волчьем доме.

Вампирша пожала плечами, показывая, что ответ-то прост:

— Никакая магия не в силах проникнуть внутрь замка мертвых волков.

— Вырваться наружу тоже, — добавил Томас Велдон, — не может.

Бран вдруг расхохотался и хлопнул церковника по плечу.

— Вы как муж и жена, — выдал предвестник, — одна сатана!

Церковник мгновенно вскинулся, обращая воспылавший праведным гневом взор на предвестника, да тут же поник. Я мысленно выругался: зная инквизитора, нетрудно догадаться, что он хотел высказать Брану. Не богохульствуй! Но не заявлять же подобное всаднику апокалипсиса…

А вампирша скривилась, словно вкусила что-нибудь донельзя противное. Наверное, для нечисти это могла быть церковная гостия, маленький освященный хлеб. Стало смешно. Глядя на кислые физиономии монаха и вампирши, я почувствовал, что уходит охватившая меня злость.

Вот только мы снова погрязли в долгом разговоре, а время тает.

— Так зачем же мы идем в Волчий дом? — Кажется, я начал понимать, что задумала Ирма, но хотел услышать ответ из ее уст. Дабы полностью выяснить, что ждет в старом замке эльфов.

— Мы сильны, — произнесла вампирша. — Бран, ты, я и церковник. Уничтожим погоню, но тогда в Черном городе поймут, что дело нечисто, что, скорей всего, именно ты и был здесь.

— Но если впустим преследователей в замок эльфов и прикончим их там, то никто не прознает, как погиб отряд.

— Верно, — сказала Ирма, — они спишут потерю на мертвых эльфов.

— Хороший замысел, — хмыкнул Бран, — но если наши враги тоже знают, что эльфы спят?

— Никто не знает. Даже я не знала, пока не оказалась рядом, — ответила вампирша и добавила с уверенностью: — Они спят.

— Надолго ли? — Церковник поежился от холода и оглянулся; где-то там за деревьями расположено место, которое черней самого Запустения.

— Они спят, — повторила Ирма.

Мы продолжили путь, оставляя следы на белом снегу, будь он неладен. Пока тратили время на разговоры, Велдон отдохнул, но скоро вновь начал сдавать. Ход нашего небольшого отряда ощутимо замедлился. Проклятый пепел! Черная магия Неакра, что открыта для святого отца, могла бы придать сил инквизитору, только нельзя являть приспешникам Низверженного ни меня, ни его. Слуги Возвратившегося бога легко учуют колдовство и поймут, кто его источник.

Другое дело — место, откуда магии не вырваться. Черные заклятия Неакра пригодятся в Волчьем доме. Надеюсь, Велдон не ограничится одними молитвами.

Идем на юг, все дальше отклоняясь от Тарты, воды которой бегут восточнее. Но сначала Волчий дом, и уж после него повернем к реке и обещанному Ирменгрет кораблю. Сперва засада и бой. Я ощутил волнение, внутри живота забегали мурашки. Кровь и песок! Как же рад этому чувству — оно человеческое, и, значит, я все еще человек. Надеюсь, что еще человек.

Смеркается. Мы все идем и идем. Велдон несколько раз споткнулся, силы его уже на исходе.

— Почти дошли. — Вампирша увидела мое беспокойство, когда смотрел на инквизитора.

— Старик, — сказал Бран, — если не можешь идти, я тебя понесу.

— Я сам! — отрезал Велдон и вдруг встретился взором со взглядом Ирмы. — И ты! Не смей предлагать, что донесешь меня по воздуху.

— На своих двоих дойдешь!

Ирма демонстративно фыркнула, а я подумал, что, возможно, именно так ей придется поступить. Если инквизитор свалится с ног прежде, чем доберемся до замка мертвых эльфов.

Инквизитор сдюжил. Лес расступился, и мы узрели Наур Адаб. Правду сказала Ирма. Лес не забрал замок эльфов себе, деревья так и не подступили к нему. Лес не стал отвоевывать когда-то давно вырубленное, открытое пространство перед его стенами и рвом. До них, как и в год падения Гвендара, три полета стрелы и припорошенная снегом желтая трава с редкими стеблями до колен.

Мы смотрели на частично разрушенные пушками лекантийцев стены и башни. Верхняя часть с зубцами и бойницами почти полностью снесена по всей длине укреплений, а справа от двух башен, меж которыми — засыпанные землей ворота, зияет большой проем. Должно быть, туда устремились штурмующие, когда снесли этот участок стены. Обороняющиеся почему-то не насыпали там земляной вал, хотя успели забить землей разрушенные пушками ворота. Завал в них давно порос такой же травой, которая покрывала все открытое пространство вокруг Волчьего дома.

Нам туда, в проем, зияющий тенью в сгустившихся сумерках. За ним — смутно различимые очертания замковых построек. Не скажу, что рад добраться до Волчьего дома. От него веет недобрым. Страшным.

— Мне тоже жутко, — негромко сказала вампирша.

Глава 5

ВОЛЧИЙ ДОМ

— В сказках эльфы всегда живут на огромных деревьях или в рощах, — произнес я.

Мы по-прежнему стояли на опушке леса, так и не приблизившись ни на шаг к Волчьему дому. Не одну минуту уже мнемся на месте. Там впереди, в замке из серого камня, затаилось нечто такое, от чего даже высший вампир стремится держаться на отдалении.

— В Гвендаре предпочитали рощи, — произнес Томас Велдон. — Кроме тех, кого служба либо иная надобность заставляли селиться в городах, но таких было меньшинство. Лес что дом для всякого перворожденного.

Ирма фыркнула:

— Всегда поражалась, как ловко эльфы устроили, назвавшись перворожденными, а все это приняли. Первыми в Орноре были мы! Люди!

Я с удивлением покосился на вампиршу. Она все еще относит себя к людям? В своей сущности Ирменгрет — оживший мертвец и только, но вот думает про себя иначе. Что ж, тогда я тоже человек и, наверное, в гораздо большей степени, чем она. В моей груди хотя бы бьется сердце. Кровь и песок! Не о том мысли.

— Первыми были эльфы или нет, — произнес я, — но не похоже, что замок строили они.

Проклятый пепел! Вспомнилось и несколько слов покрепче. Хотел сказать, что пора кончать с разговорами, а сам опять в рассуждения пустился.

— Выглядит будто баронский в какой-нибудь глухомани, — сказал Велдон, — да возведенный в старые времена.

— Совсем не годен против пушек, — заметил Бран и покачал головой.

Я снова оказался озадачен. Предвестник знает про пороховую войну? Впрочем, почему нет? Тем более что Волчий дом действительно не смог выстоять под пушечным огнем. Высокие стены с башнями, лишь немного выступавшими вперед, и полное отсутствие собственной артиллерии не давали засевшим в нем эльфам-разведчикам ни шанса.

Мы видели только часть укреплений, которые, как поведала вампирша, сверху образуют круг, и вся верхняя часть стен и башен, где когда-то были зубцы, снесена пушечными ядрами. Почти начисто.

— Да, не похож Наур Адаб на эльфийский замок. — Я понял, что оттягиваю неизбежное. Выигрываю разговором минуту-другую, лишь бы не подходить к замку. — На гравюрах все построенное перворожденными какое-то совсем иное.

— Изящное? — спросила Ирма. В ее взгляде, что бросила на Волчий дом, не было безразличия, в нем тоже тревога.

— Можно и так сказать — ответил я и угрюмо исподлобья посмотрел вперед.