Сергей Куц – Инкорпорация (страница 52)
— Какое время? — прохрипел Боббс.
— Время для раздумий. — Офицер из разведки Белой корпорации сделал два шага вперед. — Даю вам для этого десять минут.
— Сначала предложение! — выкрикнул Упырь.
Андрей поймал взгляд Ричарда Шелли. Пока Боббс отвлекся на европейца, второй лейтенант перестал делать вид, что происходящее его не касается, и сосредоточенно уставился на Русского. Но ни черта не понятно, что именно нужно от Ливадова. Мигнул бы, что ли…
— Предложение? — Капитан Фальтер приблизился еще на один шаг. — Это справедливый вопрос!
Второй лейтенант смотрел теперь на Дюбува, и, кажется, комендор-сержант сразу сообразил, что на уме у Ричарда Шелли. Старший дрилл закрыл глаза и открыл их через секунду. Он прекрасно понимал офицера и без нетчипа, который не работал здесь так же, как связь. Получив согласие Дюбува, второй лейтенант перевел взор на Бульдога. Брукс кивнул. Дурак!
— Майк! Эти уроды переглядываются. — Бывший напарник Бульдога легко сообразил, что дело нечисто. Что-то затевают, падлы!
— Так смотрите за ними в оба! — бросил Упырь и зло покосился на Андрея.
Ливадов и остальные ничего не предпринимали. Андрей ждал каких-нибудь действий Шелли либо Дюбува — тогда и он включится. Просто ждал, потому что, в отличие от Француза и Брукса, он не столь понятлив, как нужно. Эх, даже Бульдог обставил его…
— Так что за предложение? — Майк Боббс немного успокоился.
— Вы складываете оружие и взамен получаете новую жизнь, — улыбнулся капитан. — Новая жизнь в прямом смысле этого слова. Я гарантирую, что все сдавшиеся будут вывезены в Новую Европу, получат гражданство, подъемные. Поэтому говорю о настоящей новой жизни!
Бывшие «тевтонцы» переглянулись. Утерянное гражданство являлось пределом мечтаний. Им повезло, они в морской пехоте — это реальный шанс дослужиться когда-нибудь до гражданства. Но оно будет потом, и не факт, что доживут до этого. Для начала, например, нужно выкарабкаться из большой такой задницы, куда влезли благодаря заботам Шелли.
Но сейчас им предлагают гражданство за просто так — не нужно ничего делать, тянуть много лет лямку; всего лишь сложи оружие — и гражданство в кармане. Заманчивое предложение, только щедрость чужака наталкивает на нехорошие мысли.
— Зачем мы вам? — спросил Упырь. По натуре он был зол и подозрителен; Андрей удивился бы, прими он предложение европейца без расспросов.
— Это вас не касается, — отрезал капитан Фальтер. — Либо соглашаетесь, либо будете уничтожены!
— Какие гарантии? — Боббс давил на свое.
— Гарантии? — раздраженно поинтересовался европеец. — Я уже сказал про гарантии: это мое слово! А у вас перспективы однозначные. Либо смерть, либо довериться мне. Повторюсь: я гарантирую вам гражданство и новую благополучную жизнь в Новой Европе.
— Маловато обещаешь, — вспылил Упырь. Он метал яростный взгляд на европейца и назад, косясь на неподвижного Шелли с каменным лицом, на котором не отражалось ровным счетом ничего, что чувствовал и о чем думал второй лейтенант. — Да и кто ты такой? Понятия не имею, кого вижу перед собой!
— Майк! — один из стороживших Дюбува «тевтонцев» забыл про комендор-сержанта и направился к Упырю. — Ты рехнулся! Они ж порешат нас и не поморщатся!
ЧВКашник взмахнул рукой, показывая на офицера и несколько десятков террористов за его спиной. Если это не террористы, а спецназ европейцев? Тогда морпехам конец — превосходства в выучке и снаряжении нет и численность противника явно не в пользу сводного отделения.
— Не подходи! — Упырь поднял штурмовую винтовку, нацелив ее в товарища.
— Ах ты ж, урод! — Он тоже вскинул оружие.
Пора! Второй лейтенант подмигнул Андрею, и тот выстрелил. На близком расстоянии целиться нужно в шею или голову — так учили рекрутов. Сочленения бронескафандра гарантированно не выдержат калибр штурмовой винтовки «125CN». Шлем тоже не убережет при огне с нескольких метров.
Ливадов попал в лицо Упырю. Пуля вышибла кровавые брызги и мгновенно убила Боббса, который рухнул на сидящего перед ним Шелли уже мертвым. Офицер прикрылся трупом, в который пришлось сразу несколько пуль от спорившего с Упырем «тевтонца». Он замешкался и заплатил за медлительность жизнью — получил две короткие очереди из винтовок Шелли и Ливадова. Они стреляли почти в упор, и бронескафандр не справился со всеми пулями. С ЧВКашником было покончено.
— Этот тоже все! — Зак Дюбува стоял над еще одним бывшим «тевтонцем».
Сообщники Упыря быстро расслабились и едва не вцепились друг в друга. Комендор-сержант смог уронить противника лицом в асфальт, а сам вскочил на ноги. Приставил автомат под шлем и нажал на спусковой крючок.
Бульдог оказался не столь расторопным, он ранен. Он тоже на ногах и тоже разделался со своим ЧВКашником, но схватился рукой за бок кирасы. Вон и кровь появилась! Черт!
— Не стреляйте! — последний из сообщников Упыря пятился от Глигона и водил перед собой стволом «125CN». Вправо и влево. Взгляд «тевтонца» бегал между офицером и старшим дриллом, сделавшись через несколько секунд затравленным.
— Брось оружие! — рыкнул командир взвода. — Ты слышал меня, Ковбой?
Второй лейтенант обратился к «тевтонцу» по прозвищу, которое всегда произносил с презрением, даже сейчас; не был тот в любимчиках Шелли. Но это подействовало. Ковбой бросил винтовку.
— А ты, Немой, подними свою! — Шелли буквально зарычал на Глигона, который прямо не присоединился к мятежу, но явно выжидал. — Либо ты только моргалками своими хлопать можешь?
— Никак нет, сэр! — Глигон поспешно поднял свою винтовку и по примеру Шелли навел ее на ЧВКашника, который лишь сейчас додумался поднять над головой руки.
— Я с вами! С вами! — повторял он.
— Француз! Посмотри, что с Бульдогом! При отключенной тактической системе рана заживляющим гелем не заткнется. Надо самому! Помоги ему, и расстегните наконец его долбаную кирасу!
Комендор-сержант уже помогал Бруксу. Брань Ричарда Шелли была несправедлива, и это значит, что второй лейтенант стал прежним. Вернулся, черт бы его побрал!
Француз достал из аптечки шприц с плазмокровью — если не активирована тактическая система, то нет и заживляющего геля, который не отключает сознание при воздействии на рану. Зато есть плазмокровь. Она поможет, сейчас в самый раз ею воспользоваться, потому что Бульдогу можно вырубиться на пару минут.
— Ливадов!
— Рекрут Ливадов, сэр!
— Следи за ублюдками! Что-то они притихли! Доложить обстановку! А я поговорю с Ковбоем. Не возражаешь, Ковбой?
— Никак нет, сэр!
Второй лейтенант двинулся к последнему из бывших ЧВКашников, чтобы поговорить, как он выразился. Ох, не завидовал Андрей «тевтонцу» — не хотел бы он вообще разговаривать с Шелли наедине, а тут такой залет.
Ливадов высунулся из-за укрытия. Что изменилось? Схватка с «тевтонцами» и несколько последовавших за этим фраз не заняли много времени, все произошло очень быстро. Но капитан Фальтер исчез, и, по мнению Андрея, поступил он правильно. Когда с другой стороны переговоров звучат выстрелы, надо убираться, и не важно, что стреляют не в тебя — пока еще не в тебя, а потом… Суп с котом.
Все тихо. Офицер-разведчик пропал, но другие террористы на месте: тоже затаились, почти не копошатся и больше не группируются. Все у них готово, ждут только сигнала к атаке. Суки! Сколько же их? Два взвода будет — человек пятьдесят или шестьдесят, а отделение морпехов уполовинилось — расклад совсем не в пользу сводного отделения. Террористы, кем бы они ни являлись в действительности, быстро затопчут пятерых морских пехотинцев, если те попытаются держать позицию. Единственный шанс — идти на прорыв.
— Ты побежишь первым.
Оглянувшись, Андрей увидел, что второй лейтенант похлопывает по плечу наклонившегося к брошенной винтовке «тевтонца». Побежит первым? Скорей бы… Они все побегут, когда противник пойдет в атаку. Ожидание смерти хуже самой смерти. Ливадов не помнил, кто это говорил, но плевать, откуда в голове прозвучали слова, которые лучше всего подходят для его состояния. Тяжело ждать, когда все начнется, и потому скорей бы началось…
— Чего лыбишься? — Комендор-сержант протянул Ливадову винтовку Упыря и четыре полных магазина. — Вторую винтовку за спину на ремень. Полными магазинами заменить два пустых. Пустые выбросить. Все понял?
— Рекрут Ливадов понял, сэр!
— Не умничай, — Француз нахмурился. — Так чего лыбишься?
На его левом плече висели еще три винтовки; комендор-сержант снял оружие и магазины с мертвых «тевтонцев», чтобы раздать Русскому, Немому и Бульдогу, который после укола плазмокровью снова в норме.
Принятая на вооружение корпуса морской пехоты винтовка — штука увесистая, но экзосистемы морпехов могли тащить за собой даже легкий бронемобиль. Лишняя винтовка при десятикратном перевесе противника не помешает. Хотя бы потому, что в нужный момент не потребуется перезаряжать «125CN».
— Слышал мой вопрос?
— Слышал, сэр, — произнес Ливадов, — но обдумывал причину улыбки.
— И как? Надумал?
— Никак нет, — соврал Андрей. — Улыбаюсь, потому что улыбаюсь.
— Ты идиот?
Сейчас у Ливадова не было однозначного ответа на вопрос насчет идиота.
— Француз! — Шелли окликнул комендор-сержанта. — Оставь его! Потом мозги прочистишь!
— Вы оптимист, сэр, — ухмыльнулся Дюбува и направился к Бульдогу и Немому, чтобы дать каждому вторую винтовку и по паре полных магазинов. Четвертую «125CN» и несколько магазинов Француз оставил себе. Второй лейтенант и Ковбой будут налегке — они тоже получат по несколько магазинов, но лишнюю винтовку командиру таскать незачем, а последний из бывших ЧВКашников под подозрением.